Дружество Кольца
Шрифт:
— Ты советуешь мне посмотреть, Владычица? — ответил вопросом на вопрос хоббит.
— В таком деле я не советчица. Ты можешь увидеть нечто прекрасное или, наоборот, ужасающее; увиденное может пригодиться тебе, а может и навредить. Зеркало весьма полезно, но и очень опасно, особенно для неискушенных. Однако, на мой взгляд, тебе хватит силы и мудрости совладать с тем, что тебе откроется, иначе бы я не привела тебя сюда. Поступай, как знаешь.
— Я загляну, — решил Фродо. Он взобрался на пьедестал и склонился над темной чашей. Зеркало тут же очистилось, и взору хоббита предстала незнакомая земля. Вдалеке, на фоне бледного неба, в тусклом сумеречном свете вырисовывались темные очертания гор. Длинная серая дорога петляла по широкой долине, пересекая ее из края в край и уходя за горизонт.
Затем, всего лишь на краткий миг, хоббит увидел Бильбо, беспокойно расхаживавшего по своей комнате возле заваленного бумагами стола. В окно барабанил дождь.
Зеркало затуманилось, а далее последовала череда видений, каковые — Фродо это чувствовал — являлись эпизодами великой истории, в которую он был вовлечен. Как только туман вновь развеялся, хоббит, хотя никогда прежде не видел ничего подобного, сразу же понял, что перед ним Море. Бурное, штормовое море. Грозно вздымались и опадали валы, а едва пробивавшееся сквозь черные тучи багровое солнце высветило пляшущий на волнах корабль с изорванными в клочья парусами. На смену этой картине пришло видение огромного густонаселенного города, рассеченного надвое могучей рекой. Затем появилась горделивая крепость с семью белыми башнями — и снова корабль; на сей раз на высокой мачте реяло знамя с изображением белого дерева. Все затянуло дымом: полыхали пожары, рушились твердыни, шли нескончаемые битвы. Кровавое солнце кануло за окоем, затянутый туманной дымкой, и туда, в этот туман, ушел, поблескивая огоньками на реях, маленький серебристый кораблик.
Фродо вздохнул и уже собрался оторваться от Зеркала, когда поверхность его вдруг потемнела, и хоббиту показалось, будто он смотрит в бездонную пустоту. И там, в глубине черной пропасти, возникло Око. Оно приближалось и росло, пока не заполнило собой все Зеркало. Обрамленное багряным пламенем, оно отливало тусклой желтизной, а черная щель зрачка походила на провал в ничто. Фродо охватил ужас: он оцепенел, не имея сил ни крикнуть, ни отвести взгляд. Око всматривалось, всматривалось настойчиво, напряженно, и охваченный страхом хоббит понял, что чудовищное Око силится увидеть его. Но вместе с тем, неизвестно откуда, пришла уверенность — он не будет обнаружен, пока не поддастся сам, пока у него хватит воли сопротивляться. Однако висевшее на шее Кольцо сделалось вдруг тяжелым, как жернов, и голова под его тяжестью клонилась к чаше, вода в которой бурлила и клокотала. Хоббит наклонялся все ниже и ниже.
— Осторожнее. Не коснись воды, — послышался тихий голос Галадриэли. Око исчезло. Поверхность Зеркала успокоилась, и теперь в нем отражалось лишь звездное небо. Фродо отпрянул и соскочил с пьедестала. Его била дрожь.
— Я знаю, каково было твое последнее видение, — спокойно промолвила Галадриэль. — То же самое не раз представало пред моим взором. Не бойся. Да будет тебе известно, мир и покой Лотлориэна оберегают не только песни, что звучат на ветвях мэллорнов, и меткие стрелы эльфийских лучников. Темный Властелин думает об эльфах с мстительной ненавистью, непрестанно ищет способ погубить нас, но даже сейчас, когда я разговариваю с тобой, мне открыты все его коварные помыслы. Он же, хотя и жаждет этого со всей силой своей злобы, проникнуть в мои мысли не может. Дверь заперта!
Владычица высоко воздела белые руки и простерла к востоку, словно преградив ладонями дорогу враждебной воле. На небе сияла вечерняя звезда — Звезда Эарендила, почитаемая эльфами более всех прочих. Свет ее был так ярок, что фигура Владычицы отбрасывала на землю смутную тень. И тут, в звездном свете, Фродо увидел сверкнувшее на пальце
Галадриэли золотое кольцо с белым камнем, что и сам был подобен спустившейся с неба звездочке. Хоббит остолбенел — ему показалось, будто он понял.— Да, — кивнула Владычица, хотя Фродо не вымолвил ни слова. — Об этом не позволено говорить, поэтому молчал и Элронд. Но его не скрыть от Хранителя Кольца, видевшего Вражье Око. Здесь, в Лориэне, пребывает Нэнья, Кольцо Адаманта, и хранить его вверено мне.
Он подозревает об этом — пока лишь подозревает. Теперь-то ты понимаешь, что для нас твой поход подобен поступи рока? Если ты не справишься, мы станем беззащитны перед Врагом. Ну а справишься… Тогда наша сила пойдет на убыль. Лориэн потускнеет, а потом и вовсе будет смыт волнами времени, а эльфы уйдут за Море или, оставшись здесь, постепенно превратятся в народец пещер и холмов, о котором забудут и который сам забудет былое.
Фродо склонил голову.
— А что изберешь ты? — спросил он, помолчав.
— То, чему суждено свершиться, — ответила Галадриэль. — Любовь эльфов Лориэна к своей земле и своим трудам глубже морских глубин, и печаль наша будет неизбывна, но мы скорее оставим все, чем покоримся Саурону, ибо знаем, кто он таков. Не тревожься о судьбе Лотлориэна, ты за нее не в ответе. У тебя своя судьба. Я бы могла пожелать, чтобы Кольцо Всевластья никогда не было выковано или навсегда осталось потерянным, но эти пожелания тщетны.
— Владычица! — воскликнул Фродо. — Ты мудра, бесстрашна и прекрасна. Хочешь, я отдам тебе Кольцо? Столь великое дело мне не по плечу.
Неожиданно Галадриэль звонко рассмеялась.
— Мудра, говоришь? Может, и так, но сегодня мудрая Владычица Галадриэль встретила достойного соперника. При первой встрече я позволила себе испытать твое сердце, и вот — ты уже сквитался. Ты стал прозорлив, Фродо из Хоббитании. Долгие годы я размышляла о том, что могла бы сделать, окажись Единое в моих руках — и вот Оно здесь. Его принесли мне и предлагают взять, даже отнимать не надо!
Древнее зло, заложенное в Кольце, действует само по себе, избирает свои пути, независимо от того, пал Саурон или пребывает на вершине могущества. Если ты отдашь Кольцо мне — отдашь добровольно! — то вместо Темного Властелина мир обретет Королеву. И я не стану Темной. Нет, я буду прекрасной, как утро, и ужасной, как ночь, грозной, как буря, испепеляющей, как молния! Я буду неколебимее скал, тверже корней земли! Боготворить меня, трепетать передо мной — такова будет участь всех, обитающих на земле!
Галадриэль подняла руку, и Адамант вспыхнул, высветив ее фигуру, тогда как все остальное оставалось во мраке. На миг Фродо увидел перед собой невыразимо прекрасную, безмерно могущественную и грозную Королеву Мира. Но она тут же рассмеялась и опустила руку. Свет померк; перед хоббитом вновь стояла Владычица эльфов в простом белом платье.
— Испытание пройдено, — молвила она нежным, печальным голосом. — Я уйду за Море и останусь Галадриэлью.
Некоторое время стояли молча. Наконец Владычица заговорила снова.
— Вернемся, — предложила она. — Поутру вам надо уходить, ибо мы оба сделали выбор и, может быть, предопределили свою судьбу.
— Если позволишь, еще один вопрос, — попросил Фродо. — Мне доверено владеть Единым, так почему я не вижу носителей остальных трех и не проникаю в их помыслы?
— Так ведь ты и не пытался, — ответила Галадриэль. — Да и Кольцо надевал на палец всего три раза. Не пытался и не пытайся — это тебя погубит! Разве Гэндальф не говорил, что магические Кольца наделяют своих обладателей силой в соответствии с мерой их собственной мудрости и воли? Использовать Кольцо ты не сможешь — скорее, оно воспользуется тобой, чтобы вернуться к своему изначальному Властелину. Тебе доверено не владеть, а только хранить. Однако и то, что ты хранишь его, не прошло для тебя даром: тобой обретена способность прозревать сокрытое. Ты заглянул в мое сердце и прочел мои мысли яснее, чем могли бы многие из тех, кто зовется Мудрым. Ты увидел Око обладателя Девяти и Семи. От тебя не укрылось Кольцо Адаманта, и ты сразу понял, что это такое. Вот ты? — Галадриэль обратилась к Сэму. — Ты видел мое кольцо?