Дриблинг безликих
Шрифт:
Аркаша натянула покрывало до самого носа и облегчено выдохнула.
— Неугомонный кусок кошачьей шерсти. — Момо опустился на корточки и беззлобно щелкнул Роксана по лбу. — Заканчивай бузить и вали дрыхнуть.
— Направление... Ро-о-ошик. — Котейка с энтузиазмом огляделся. — Рошик. Дай знак. Куда... ползти?
— Туда, куда я хотел бы тебя отправить, ты просто не доползешь. Шерстистый дух испустишь. — Момо перехватил соседа за воротник, затем за плечо и пристроил хихикающего котяшку у своего бока, как вяло шевелящееся, но очень счастливое полешко.
Примерно в такой структурной собранности
Достигнув назначенной точки, Момо, мощно крутанувшись, зашвырнул Роксана на его лежак. Тот, вновь не показав публике ни намека на чудеса ловкости, повалился плашмя на покрывало и натурально замурчал, чередуя восторженную «песенку» с хихиканьем и лукавым подмигиванием.
— Дрыхни, — распорядился Момо и накинул на вышедшего из строя котейку покрывало.
Искусственная смена дня на ночь подействовала. Мурчащая горка благополучно засопела.
Парень с полминуты подежурил возле нагулявшегося приятеля, а затем, ероша собственные яркие локоны, направился к своей кровати.
— Проснулась? — Момо остановился на середине комнаты, намерено или неосознанно создавая безопасное пространство для Аркаши.
Сон пока цеплялся за сознание, формируя апатичные облачка в мыслях и зазывая пустить его властвовать дальше. Поэтому дистанция между ней и хозяином обиталища помогла очухаться и внутренне собраться.
— Внешние обстоятельства заставили.
Кратко и емко. Никаких эмоций. И так дел наворотила.
— Он заснул?
— Вырубился. Или отлично изображает сопящего кошака.
— Не заметил меня?
Аркаша стала невольным зрителем смущающей сцены и очень сомневалась, что Роксану хотелось бы, чтобы она видела его в таком состоянии. Хотя после того, как на глазах у всей студенческой группы Данил под воздействием зелья Лакриссы лез к дикому коту за лобызаниями, смутить этих ребят вряд ли вообще что-то способно.
— Считаешь, что он видел дальше собственного хвоста? — Момо показательно и преувеличено громко фыркнул. — Горячительная гадость отбила у него все, в том числе нюх. Так что, скукожься, Шмакодявка, и откинься на подушку.
Аркаша подобралась и вместо того, чтобы последовать требованию, одним рывком очутилась на краю.
— Ты собираешься обратно?..
«Лечь рядом со мной».
Нелепо стесняться произносить конец подобной фразы, когда саму ее буквально недавно ничуть не волновало пребывание в месте, где почти голышом свободно бродили парни. И речь вовсе не о постирушках обитателей мужского общежития Блэк-Джека, а о раздевалке прежней команды Аркаши — баскетбольной.
— Еще рано. Спи давай. — Момо зашевелился и попытался присесть рядом.
— Я уже все... — Аркаша соскочила с кровати и, двигаясь на носочках, принялась искать свою обувь. — Выспалась.
«Какая же дикость! Ночевать с Момо. И это совершенно отличается от ночевки с Макки».
— И куда направишься?
Мелькнувшая над ее головой рука взбудоражила Аркашу. Эмоциональный всплеск преобразовался в движение, и безумный прыжок в сторону пришлепнул к стене. Словно у мухи, безрезультатно отбившей все
тельце о стекло.— Ай... — вырвалось у девушки.
— Похоже, и правда выспалась. — Момо передвинул руку, и та все же оказалась над головой Аркаши. — Не скачки, а поэзия. Горные козлы аплодируют стоя.
— В общежитие свое вернусь. — Спасаясь от напора его ухмылок, ответила она на предыдущий вопрос. — Как и собиралась.
— А землица из-под ног больше не убегает? — Парень сузил глаза.
— Нет, я в порядке. — Всего секунду назад поднятая рука намеревалась оттолкнуть Момо. Но ведь это значило бы обеспечить новый контакт. — И мне нельзя здесь находиться. По правилам.
— Заканчивай вешать свисающий хлам на мои уши. — Демон наклонился к ней. — Тебе безразличны правила.
— А вот и... нет, — убито отозвалась Аркаша.
Тяжело противоречить, когда, будучи девушкой, проживаешь с парнем в мужском общежитии.
Но Момо-то об этом не знает. А узнавший обо всем Снежок уж точно не помчится ему об этом докладывать. Про Грегори лучше и вовсе не думать.
— Ладно, убедила. — Парень спокойно отпустил ее — как из визуального плена, так и ментального, — и отошел к шкафу.
— В чем убедила? — насторожено уточнила Аркаша.
Со стороны в их диалоге логика, конечно, прослеживалась, однако собеседником являлся Момо, а значит, от выводов, которые он сделал из их беседы, и от его действий можно ждать чего угодно.
— В том, что выспалась. И твердо стоишь на своих павлиньих ножках.
Закрыв дверцу шкафа, Момо повернулся. И швырнул в ее сторону нечто темное.
Рванув в бок, Аркаша присела и, максимально отодвинув ногу, перебросила тело в противоположную сторону. Это позволило ей полностью проконтролировать маневр уклонения и избежать прикосновений всех элементов кинутого предмета. Тот оказался довольно объемным, а в полете словно раскрылся и стал еще больше.
Застыв в полусидящем положении, девушка прилипла взглядом к развалившейся на полу вещи.
Черная кофта с капюшоном.
— Неплохая реакция, Шмакодявка. — Момо прошел мимо озадаченной гостьи и наклонился, чтобы подобрать предмет. — Но весьма невежливо валять по полу чужие вещи. К тому же те, которые одалживают по доброте душевной.
Сочетание «душевная доброта» как-то не вписывалась в демонский образ, но Аркашу больше озаботил статус кофты.
— Эта вещь «одолжена»?
— Именно. — Момо с показательной чинностью стряхнул невидимые пылинки с капюшона.
— И кому она одолжена?
Вместо ответа Аркаша получила легкий тычок в живот и машинально потянула руки к месту прикосновения. На локте повисла та самая многострадальная кофта.
— Это мне?
— Как догадалась? — притворно изумился Момо, выпучивая алые глаза. — Напяливай.
— Нет, спасибо. — Аркаша попробовала сунуть вещь собеседнику, но тот толчком ладони отвел ее кулак обратно. — На мне достаточно одежды!
— Да уж, даже слишком, — насмешливо посетовал он и хмыкнул еще раз, реагируя на ее насупившееся выражение. — Сама же недавно о суровых общажных правилах щебетала. Вряд ли по коридорам уже кто-то из местных разгуливает, но перестраховка лишней не будет. Капюшон на твоей страшненькой мордочке послужит маскировкой. Никто и внимания не обратит. Надевай.