Чтение онлайн

— Ничтожная сука, как ты смеешь ломать нашу игрушку!? — дроу стремительно приблизился к жене старосты, что сейчас отсутствовал. Наклонившись приставил к жирному горлу ядовитый веер: — Жить надоело, свинья!? Крыса — это самая меньшее из зол. Знай, что если мы еще раз разочаруемся в тебе, то твоя безобразная плоть будет кормить червей в ближайшей канаве!

Одновременно с его монологом, почувствовав резкое облегчение, ноги Мориарти все же подогнулись и он бессильно рухнул на пол, харкая кровью! Еще на полпути к земле его перехватили чужие руки и смягчили падение.

— Как он? — к сидящему Зеврану подбежал испуганный лисий дух. Попытался притронуться ко лбу владыки, но

тот внезапно отшатнулся в бок и истошно закашлял, выплевывая кляксы крови. Цинсо побелел.

— Что мнешься!? — прикрикнул на него старший, вырывая из оцепенения.

— Живо неси мои вещи!

Тот пулей испарился.

— Зев…ран… — ели слышно прохрипел Мориарти, утирая рот. Его дрожащая рука слабо взялась за его локоть, смяла рукав темных одежд. Человек хотел было сказать, что все в порядке, мол ему не в новинку все шишки собирать, но вдруг передумал. Вслушался в ощущения и решил повременить, став наблюдать за развитием событий и охать от зудящей боли в ребрах и спине. Темный эльф, видя как мелкому хреново, притянул того к себе поближе, усадив меж ног. Слегка приобнял, облокотив себе на грудь. Пальцы успокаивающе, погладили затылок. Молодого господина вновь стало потряхивать.

Цинсо и Бай-Чон-Е, который уже выгнал прочь несносную кухарку, подошли к ним в одно время. Один протянул сумку со склянками, другой молча встал у плеча, ожидая приказаний. Кивнув обоим и приняв вещи, Зевран соединил брату пару символов из пальцев и стал дожидаться, когда тот возьмет у него Аллароса и перенесет к ближайшей постели. Второй лонк не удержался от комментирования:

— Вот страдалец. Сколько еще ты будешь ломаться от каждого чиха, а?

— Пока ты… носишь меня на-а руках, ст-только и буду… — прошептал Ал, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее. Эльф закатил недовольно глаза.

***

Его вновь бесцеремонно раздели и по новой заштопали рану. Увы, на этот раз Мор был в сознании. Отчего у дома взлетала крыша, едва игла касалась нежной кожи человека!

— Ай-я-яй! БОЛЬНО! ПЕРЕСТАНЬ! — плакал молодой господин, извиваясь ужом. Всеми фибрами души желал сбежать, но его руки и ноги держали нерадивые спутники, пока наставник ста-арательно поправлял стежки. — Про-ошу, хва-а-атит…

Слезы градом стекали по лицу. Сердце выпрыгивало из груди, ибо истерика брала свое.

— Еще раз меня оглушишь, и я зашью тебе рот! — раздраженно отчеканил Зев, не реагируя на мольбы. — Кто ж знал, что тебе так скоро понадобится обезболивающее! Последняя порция ушла на прошлый инцидент, а новые я еще не готовил. Так что лежи, терпи.

Хнык. Хнык.

Ал смотрел на расплывающиеся лица двух дроу, иногда терял их из виду из-за темных пятен в глазах. Мучился. Корчился. Он не ожидал, что столь узкий, но глубокий порез может быть таким ужасным! Фильмы, где герой получил с десяток ран и, как ни в чем не бывало, пошел дальше бить врагов, отдыхают! Где-то у ног вошкался дух. Его теплый хвост заботливо накрыл разутые стопы молодого господина, стал согревать. Однако юноша этого совсем не заметил.

Секары сменялись минутами. Долгими…

— Готово. — выдохнул наконец старший дроу, расплываясь в улыбке от проделанной работы. Темные пальцы аккуратно заправили кончик бинтов, а после накрыли оголенный торс Аллароса пледом. Тот был едва живой. Он впервые осознал, что такое операция без наркоза. — Эй, мелкий, дышишь вообще?

Вопрос риторический. Отцепившись от запястий юноши, лиловоглазый эльф поднял с пола небольшой флакончик и высыпал себе на руку пару таблеток черного цвета. Осторожно сунул в рот болезненному и заставил проглотить. Парень скривился от их горькости. А после инстинктивно вздрогнул

от прошедшей истерики. Ему было ужасно скверно, как внешне, так и душевно. “Я такая обуза для них. Эльфы все лекарства потратили на меня…” — горестно промелькнула мысль у него в голове. Моргнул и отвернулся прочь от мужчин. Ели слышно сказал: — Я в порядке. Спасибо вам.

Чушь! Не о каком порядке и речи не было! Сейчас Мориарти очень сильно нуждался в чужой поддержке, но прекрасно знал, что кроме Цинсо, с ним возиться никто не будет. И это так расстраивало…

— Рыжий, сходи проветриться. За одно и оценишь обстановку вне дома. Чую, что та отмороженная свинья устроила представление на всю их дыру. Да Олэона предупреди, чтоб настороже был.

Цинсо кивнул и вылетел вон. Однако не прошло и полминуты, как к Зеврану подошел второй лонк. Почтительно поклонившись, холодно произнес: — Оставлю вас, старший.

Командир благосклонно моргнул и уже в уходящую спину протянул:

— Sit’roal, din gu se pu en’khea. (Можешь не церемониться с ними, брат).

Коварная ухмылка озарила лицо темного эльфа. Ему развязали руки. И теперь он мог при случае позабавиться вдоволь. Настроение сразу же достигло ста баллов!

— Наставник, что вы ему сказали? — тихо спросил Мориарти, едва приподнявшись на локтях, когда второй лонк вышел. Заглянул в довольные зеленые глаза. Те ему подмигнули. Это сразу же насторожило. — Неужели это…!?

— Умолкни, мелкий. — резко оборвали его высокомерным голосом. Темные руки коснулись оголенных плеч Аллароса и неумолимо опустили на постель. — Тебе не о чем волноваться. Мои братья просто избавятся от незначительной проблемки и сразу же воцарится покой!

— Вечный? — с сарказмом бросил молодой господин, протягивая руку к ладони наставника. Последний, заметив, что хочет сделать человек, удрученно вздохнул, но все же не отнял пальцев от светлой кожи. Следом сразу же почувствовал, как мягкие подушечки стали массировать его запястье. Немного сжал когтями плечо, чтобы выбить довольную улыбку с губ паренька, но тот так разнежился от этого прикосновения, что едва заметил это. Тогда, сверкнув глазами и чуть наклонившись к лицу Мориарти, первый лонк ласково прошептал:

— Конечно вечный. Им не следовало нас провоцировать.

Поглаживания неожиданно прекратились.

Отцепив взгляд от потолка и переведя его на эльфа, Мориарти хотел было возмутиться на столь садистские методы. Ведь это вырезание целой деревни! Но заметив непробиваемые изумруды, передумал. Удрученно покачал головой: “Выживают сильнейшие. Они же правят балом. Защищать проигравших, значит, подписать себе смертный приговор. Такой мир Фортунати. Мне давно стоило это понять. Давно…”

— И о чем же мой адепт так задумался? — наблюдая за мимикой Аллароса, весело поинтересовался Зевран. Подсел чуть ближе. Наклонился вплотную, чтобы парень меньше тратил сил на разговор. Последний мягко хмыкнул и ответил:

— Да так, пустяки… — чуть помедлив, юноша заалел от счастья: — Мой лонк, вы наконец-то назвали меня своим учеником. О, я так рад этому!

— Не обольщайся сильно! — цокнули рядом языком. — Чтобы я больше не слышал это обращение на публике, ты меня понял?

— Под публикой в этой глуши вы имеете в виду третьего лонка? — не получив ответа, Алларос невинно заявил: — Так он знает, кто я на самом деле.

Белая бровь слегка приподнялась в вопросе.

— Вам нечего удивляться. Ваш младший не дурак, да и вы не сильно старались что-либо скрыть. Просто эта тема не поднималась на совете, а вот со мной, он уже успел перемолвиться ласковыми словами. И как вы с ним живете? Такой невыносимый скряга, похуже Бай-Чон-Е!