Драконы Акселя
Шрифт:
– Когда я уже начну драться?
– Когда ты будешь готов к этому.
Однажды после очередной партии вращений старик сказал слово, которого Аксель ждал так долго:
– Пора!
– Неужели? Наконец-то я займусь чем-то настоящим? – старик сделал вид, что не заметил этого ехидства. Аксель был послушным и упорным учеником. Некоторую долю недоверия и сарказма можно было потерпеть.
– Пора сделать тебе устройство для тренировок, – сказал он и принялся за работу. Аксель уже владел весом клинка. Теперь нужно было научиться наносить удары.
Они взяли большое бревно
Парень должен был, вращая мечом, сделать пару шагов навстречу мишени, нанести удар и отойти назад. Через несколько дней таких тренировок учитель стал раскачивать бревно. Потом они приволокли с десяток плоских камней и лекарь заставил Акселя прыгать только по ним, не касаясь земли.
Вскоре первое бревно было разрублено, и тогда они повесили сразу два в нескольких метрах друг от друга.
Аксель всё еще не знал ни приёмов, ни ударов, ни выпадов, но теперь ему ужасно нравились их тренировки. Он очень гордился собой. Разрубая в щепки пролетающие мимо брёвна, он ощущал клинок продолжением себя. Старик хвалил его успехи, но Аксель хотел услышать другое.
– Учитель, скажи честно, как я?
– Ты сегодня молодец!
– Не сегодня. Вообще, какой я воин?
– Аксель. Если ты просишь меня о честности… то ты не рыцарь и не воин… пока. Но уже сможешь за себя постоять. И если ты ещё хочешь отправиться к замку, то иди сейчас – до того как осень сделает ночи промозглыми и длинными, а ветер за сопкой обжигающе ледяным.
Аксель начал собираться в дорогу. На этот раз он решил пойти другой дорогой. Обогнуть сопку с восточного склона было быстрее, хотя путь этот был опаснее. Каменистые русла пересохших ручьёв и расщелины, крутой подъём и не менее крутой спуск. Зато после прекрасная дорога, соединяющая столицу с портовым городом на востоке.
Сентябрь уже подходил к концу, когда парень надел старую куртку, прицепил к рюкзаку с провизией и водой завёрнутый в материю меч, прихватил старое серое одеяло, чтобы укрыться осенней ночью и отправился в путь.
Глава 10
– Кого ты убил? – Руэл выпучил на рыжего верзилу единственный глаз так яростно, что тот оторопел.
– Монаха убыл, – прохрипел озадаченный Коротыш, – Просты, Руэл, я не зынал, чыто ты набожный.
– Какая набожность, недоумок! Я ненавижу того бога, который дав тебе такие рост и силу начисто лишил тебя мозгов! Ты убил чёрного брата и ограбил его повозку, чёртов идиот! Ты знаешь, чем это нам грозит? – Руэл просто сгорал от гнева, его пальцы сжимались и разжимались, единственный глаз дико вращался. Высоченный и совершенно необъятный Коротыш никогда его таким не видел. Верзила был озадачен и думал, что же на это ответить:
– Ну нэ знаю… – прохрипел он, – Тэпер монахи нас проклянут?
Руэл ещё больше выкатил глаз, он начал шипеть и плеваться, махать руками и изрыгать нечленораздельные мычания, потрясая чёрной бородой.
– В нашем языке просто нет слов, чтобы описать твою тупость и глубину твоего заблуждения, Коротыш, – проговорил сухой загорелый помощник главаря с лицом коричневым и изъеденным морщинами как сосновая кора, – поэтому Руэл всё расскажет тебе на языке воронов и горных крыс. Благо в их словаре достаточно ругательств и унизительных оскорблений.
– Да-а-а-а,
чёртов идиот! – прорычал наконец вернувшийся к человеческой речи Руэл, – Сучок прав, чёрт тебя задери! Свиной ты отпрыск…– Сколько ты уже в нашем отряде, Коротыш? Десять лет? Восемь? Ты не мог не знать, что чёрные братья самые опасные враги в этой части света, которых только можно вообразить.
– Я нэ знаю этыго, Сучок. В маэй странэ монахи молются богам.
– Твоя страна отсталая деревня, олух, – проорал Руэл, – У нас этих монахов действующая армия боится, дьявола свиного тебе в пятку!
– Коротыш, покажи нам, что такого ценного было в повозке чёрного брата?
– Хэ, – усмехнулся Коротыш, – Было золыто и…
– И всё?
– Ну… и хлам какой-ты… одэжда, книги…
– Ты всё забрал?
– Конэчно! Книгамы удобно разводит огон!
– Покажи, – Сучок призывно посмотрел на главаря.
– Да, чёртов Коротыш, веди нас, покажи всё, что награбил у него! – подтвердил Руэл.
Они вышли из землянки Руэла и пошли к горе вещей, наваленной в центре поляны.
Коротыш не без гордости указал на кучу одежды, книг, непонятных фигур и странной утвари.
Сучок и взял какую-то вещь, потом вторую, поднёс их к лицу и понюхал:
– Тонкая работа… хороший улов… – задумчиво проговорил он. Коротыш расплылся в довольной улыбке.
Сучок небрежно выронил тряпки и взял первую попавшуюся книгу:
– Мореходство, – прочёл он вслух и бросил книгу в кучу, сразу подбирая другую, – Тарабарский язык, – отбросил он вторую книгу, – Снова тарабарский язык… о! Дневник! Это интере-е-е-есно! Дневник – это всегда возможность кого-то шантажировать! – все громко заржали, – Посмо-о-отрим!
Он открыл дневник на середине и почитал немного, потом пролистал несколько страниц и ещё почитал. Открыл первую страницу и… улыбка пропала с его лица. Сучок побледнел и медленно раскрыл рот.
– Похоже, дурень Коротыш нашёл-таки врага пострашнее чёрных братьев… Он ограбил повозку графа Дореса.
У Руэла отпала челюсть. Он медленно повернулся к Коротышу:
– Где ты оставил повозку?
– Как обычно, на дорогэ. Я жэ…
– Убрать… уничтожить… чтобы никто её не видел… все вещи и книги сжечь, всё золото срочно сбыть… за любую цену… избавьтесь от всего, что принадлежит этому дьяволу… – он говорил сначала шёпотом, постепенно все возвышая голос, и последние слова проорал как помешанный, – Чтобы через час я даже вспомнить не смог, что здесь были эти вещи!
Руэл дико осмотрел бандитов, собравшихся на крики со всех сторон. Все они были жестоки и свирепы, скоры на расправу и беспринципны. И сам дьявол подтвердил бы, что Руэл был отчаяннее и свирепее их всех, но… сейчас он испугался.
Он не только боялся за общее дело. Когда-то двано, став главарем банды, Руэл внезапно ощутил ответственность за всех этих недалёких чурбанов. И услышав сегодня утром, что Коротыш убил чёрного брата, он сначала подумал именно об этом общем деле, но сейчас…
Сейчас он боялся за себя. Перед тем как он первый и последний раз в своей жизни встретил Дореса, у него ещё было два глаза. Тогда проклятый граф сказал ему, что если они встретятся снова, то Руэл уже не увидит ни божьего света ни адского пламени, потому что лишиться последнего. И Руэл чертовски верил, что так оно и будет.