Чтение онлайн

Брекинридж тихо сказал:

– Нам было известно, что он уезжает, но мы полагали, что к этому времени он вернется.

– Вам известно, куда он намеревался уехать? – спросил Селлерс, несколько остыв.

– На северо-запад страны – через Орегон, Вашингтон, Монтану и Айдахо.

– А более точно вы не знаете его маршрут?

– Нет. Вы понимаете, когда он попал в дорожное происшествие, то сразу сообщил нам. Он все рассказал, и мы спросили, где можно его найти, если потребуется уточнить показания. Он совершенно откровенно сообщил, что уезжает, что у него неприятности с женой, которая его бросила и, возможно, подаст на развод, и что он согласен развестись.

– О’кей, – сказал Селлерс, потерявший к этому времени всю свою самоуверенность, – все шло как надо, и никто бы так ничего

и не узнал, если бы пропавшую машину не обнаружили на дне ущелья под Техачапским уклоном и если бы она не оказалась сожженной. К моменту обнаружения машины тело уже немного разложилось, и если бы не огонь, то разложилось бы еще больше. Вскрытие показало, что миссис Честер была мертва еще до того, как загорелась машина. Врач полагает, что она была мертва за час до того, как вспыхнул огонь, а возможно, и раньше. Ну все это еще ничего не значило, поэтому мы пошли в агентство по прокату машин и осмотрели машину, которую нанимал Честер. К тому времени фару уже заменили и закрасили царапины. Но на том месте, где машина миссис Честер съехала с дороги, мы обнаружили треугольный осколок стекла, отлетевший от разбитой фары. Уверены, что это осколок от фары той машины, которую Честер брал напрокат. Но так как стекло на фаре уже заменили, эта улика не является решающей. Мы, конечно, докажем, что осколок принадлежит фаре машин того же типа, которые используются агентством проката, в котором Честер брал машину, но это все же не бесспорно. Недалеко от того места, где был найден осколок фары, за мощеной обочиной обнаружены следы протекторов.

Несмотря на то что прошло немало времени, следы довольно хорошо сохранились и рассказали о многом. Миссис Честер ехала в направлении Техачапи, когда неизвестная машина столкнула ее с дороги. Удар, видимо, был настолько силен, что она не справилась с управлением, и машина покатилась вниз по крутому склону, который заканчивался обрывом с высохшим речным руслом на дне. Но несмотря на полученные травмы, миссис Честер, по-видимому, сумела-таки удержать машину на склоне. Тогда ее муж спокойно остановил свою машину, нашел тяжелый металлический предмет – вероятно, рукоятку домкрата, – спустился к машине жены и, открыв дверцу, нанес ей несколько ударов по голове, пока не убедился, что она мертва. Затем он стал размышлять, что же делать дальше. В конце концов он решил уничтожить все оставшиеся улики с помощью огня. Он отжал тормоз и, потратив немало сил, сумел столкнуть машину под откос. Она упала на дно оврага. Честер спустился вниз, облил машину бензином и поджег. Но он совершил одну маленькую ошибку.

– Какую? – спросил Брекинридж, и я уловил в его голосе некоторый скептицизм.

– Он не завинтил крышку бензинового бака. Он отвинтил ее, засунул в бак какую-то тряпку и вылил из нее бензин на машину и на тело. Затем он бросил в машину зажженную спичку и убежал. Его ошибка была в том, что он оставил бак открытым, забыл вернуться и завинтить крышку. Когда мы начали понимать, что произошло на самом деле, мы нашли место на склоне холма, где машина остановилась, перевернувшись несколько раз. Мы обнаружили, что кто-то подходил к машине и пользовался рычагом, чтобы сдвинуть ее с места и пустить под откос. Обнаружили следы и внизу, недалеко от сгоревшей машины. Если бы машину подожгли ночью, пламя наверняка привлекло бы внимание проезжающих мимо водителей, и те сообщили бы о нем дорожному патрулю. Поэтому мы уверены, что пожар был днем. Но загвоздка в том, что миссис Честер выехала из дому в половине пятого и направилась в Сан-Бернардино, где у нее есть друзья.

Мы интересовались и выяснили, что она приехала туда в начале седьмого, пообедала и около девяти отправилась в Бейкерсфилд через Техачапи. Друзья уговаривали ее остаться на ночь, но она заявила, что любит водить машину ночью. Она сказала, что с мужем у нее все кончено, что она не желает больше иметь с ним ничего общего, что в ее жизни появился новый мужчина, который может сделать ее счастливой. Выяснить его имя пока не удалось, известно только, что он ковбой и что она была влюблена в него. Вот в общих чертах и вся история. Есть опасение, что Честер сбежит, если узнает, что мы обладаем всеми этими уликами. Он может заподозрить неладное

и дать деру. Тогда чертовски трудно будет его найти. Поэтому полиция устроила наблюдение за его квартирой. Необходимо Честера задержать и заставить рассказать, как и при каких обстоятельствах от него ушла жена, а также повторить историю о том, как он наехал на ворота или как кто-то задел его припаркованный автомобиль. Все его показания будут записаны на магнитофонную пленку и предъявлены на суде.

– Собранные вами косвенные улики впечатляют, сержант, – проговорил Брекинридж без особого энтузиазма.

– Благодарю вас, – сказал Селлерс. – Я раздобыл их сам, если не считать незначительной помощи шерифа графства Керн.

– Но, – продолжал Брекинридж, – в связи с этим мы попадаем в чертовски трудное положение. Мы должны уладить дело, касающееся этого дорожного происшествия, до того, как истец узнает, что вы подозреваете Честера в убийстве. – Он посмотрел на меня укоризненно: – Надеюсь, Лэм, в дальнейшем вы больше будете доверять опыту. Я вам сказал, что у меня предчувствие. Я много лет занимаюсь этим бизнесом. Мои предчувствия всегда оправдываются. – Он повернулся к Селлерсу: – Я могу идти?

Селлерс проговорил задумчиво:

– Полагаю, да. Думаю, вам можно доверять. Вы человек разумный и умеете держать язык за зубами.

– Разумеется, – сказал Брекинридж.

– А как насчет меня?

– Да ты только портить все умеешь, – раздраженно ответил Селлерс.

– А что вы собираетесь делать с Элси Бранд? Арестуете и запрячете в кутузку?

Селлерс почесал голову, пожевал сигару, тяжело вздохнул и изрек:

– Ладно. Вы все можете идти. Убирайтесь подальше от дома и не пытайтесь сами искать Честера. Оставьте его нам. Избавьте меня от этого сыщика, – обратился он к Брекинриджу, – и держите его подальше от Честера и всего этого дела. Как зовут человека, машину которого задел Честер?

– Хелманн Бруно. Он живет в Далласе.

– Ладно. Возможно, мне понадобятся сведения об этом инциденте, – сказал Селлерс.

– Наша документация всегда в вашем распоряжении. Мы охотно сотрудничаем с полицией.

– Разумеется, все, что я рассказал вам о деле Честера, строго конфиденциально. Возможно, завтрашние или послезавтрашние газеты сообщат, что он обвиняется в убийстве, но в данный момент мы хотим его перехитрить. Он не должен знать, что у нас есть улики против него. Мы хотим, чтобы он начал делать заявления, которые будут противоречить тому, что он будет говорить позднее.

– Я понимаю, – заверил Брекинридж. – Мы сами сталкиваемся с подобными проблемами, когда имеем дело с симулянтами.

– О’кей, – сказал Селлерс. – Извините, что мои ребята затащили вас сюда, но это входило в наши планы. Мы задерживаем всех приходящих сюда приятелей Честера, особенно если среди них есть женщины. Опасаемся, что кто-нибудь предупредит Честера. Вы не представляете, что может выдумать хитрый адвокат, если ему дать время.

– Знаю, знаю, – с чувством проговорил Брекинридж. – Поверьте, сержант, у нас те же проблемы.

Они обменялись рукопожатиями.

Мне Селлерс руки не подал.

Мы покинули квартиру, спустились в лифте и вышли на улицу.

Брекинридж сказал с достоинством:

– Если ваше агентство рассчитывает и впредь представлять наши интересы, вам, Дональд, следует наладить отношения с полицией.

– Буду иметь в виду, – пообещал я.

– Значит, так, – сказал Брекинридж, – завтра я посылаю на ферму нашего представителя. Он вылетит первым самолетом. Я велю ему расплатиться с Бруно. Вероятно, придется выплатить колоссальную сумму, но делать нечего… Об одном жалею – что не сделал этого сегодня. У меня было дурное предчувствие.

– Мы еще не выслушали Честера, – сказал я.

– Нам и не нужно его выслушивать, – отрезал Брекинридж.

Мне оставалось одно – замолчать.

– Я сейчас еду домой. Вас, Лэм, я полностью освобождаю от всякой ответственности по этому делу. С этого момента всю ответственность я беру на себя… Да, кстати, если вы еще раз увидите мою супругу, не вспоминайте при ней об этой ферме в Аризоне. Она почему-то с предубеждением к ней относится.

Мне оставалось только попрощаться:

– До свидания, сэр. Доброй ночи.