Дороги для смертников
Шрифт:
Капитан, горделиво вскинув голову, небрежно оглянулся, оценивая обстановку. Узрев, что все десантные в великой спешке ломают курс, разбегаясь кто куда, презрительно процедил:
– Трусы - они даже не помышляют о бое! У всех полные трюмы солдат, но никто не желает идти на абордаж!
– Вы что, на абордаж собрались?!
– чуть заикаясь, уточнил боцман.
– Ты что, сбрендил окончательно?! Завязывай пить! Видано ли дело, чтобы простой зерновоз на абордаж шел! Нам не скрыться - эти красавцы догонят вмиг, они будто на крыльях летят. Ишь сколько парусов поставили - прямо белые горы! Спускайте шлюпку - спасемся на веслах. Пока эти некроманты будут топить корабли, мы успеем добраться до берега.
Тим понимал - спорить нельзя. Сейчас ему повезло, что не протрезвевший капитан до сих пор не понял, что на палубе посторонний. Но если поймет, то точно не позволит ему спуститься к солдатам - шлюпка одна, и может вместить лишь команду. До берега здесь пара миль - даже хорошему пловцу нелегко добраться, а если здесь неблагоприятное течение, то и вовсе невозможно.
Сделав вид, что все идет, как и должно идти, Тим отошел в сторонку, скрылся за надстройку, быстро ее оббежал, нырнул в люк, скатился в кладовую, приземлившись прямиком на ноги Глипи. Тот, вскрикнув от боли и неожиданности, высказал ряд критических замечаний в адрес сумасшедшего степняка и его предков, но Тим не обратил на это внимания:
– Ребята! Подъем! На нас напали корабли хабрийцев - разве не слышали грохот?! Хотя тут мало что услышишь!.. Быстрее хватайте оружие - команда собирается удрать на шлюпке, бросив корабль! Мы утонем, если их не остановим!
Товарищи не стали высмеивать слова Тима - эти простые люди не верили в то, что он способен так жестоко пошутить. А раз не шутит, значит, правда. Без лишних расспросов похватав оружие, все кинулись вверх, едва не образовав у лестницы пробку из своих тел. На ходу Фол уточнил:
– У матросов есть оружие?
– Только ножи.
– Это хорошо! Эй, Ап и Рубака - вы сможете пробить днище шлюпки быстренько?! Хотя, что я спрашиваю! Выскакивайте и сразу рубите! Шлюпку рубите, а не людей - команда нам еще пригодятся!
Солдаты выскочили на палубу очень вовремя - пара матросов уже крутила лебедки, собираясь спустить шлюпку на воду, рядом переминался капитан с помощником и боцманом, а остальные спешили к ним. Ап с Рубакой, выполняя приказ интенданта, подскочили к зависшей шлюпке, от души заработали топорами.
Сам Фол, на ходу вытащив свой короткий меч, без замаха вонзил его в бок одного из матросов на лебедке, повернул в ране, вытащил жестоко, с расчетливой оттяжкой. Кровь направленным фонтаном брызнула на палубу, испачкав ноги капитану. Тот, ошеломленный от таких неприятных новостей, визгливо вскрикнул:
– Вы что делаете?!
Фол, молниеносно приставив к его горлу окровавленный меч, ответил нехорошо:
– Препятствуем вашему дезертирству.
– К-к-к-к-какому д-д-д-ддезертирству?
– Парень - на твоей посудине десант, и ты выполняешь военный приказ. Попытка бегства из действующей армии называется дезертирством. Эй вы! Всем стоять! Кто шевельнется без приказа, вырежу печень через глотку! Шутить с солдатами решили? Что побледнели? Думаете, раз я вашего прирезал, то я злой? Да я тут сама доброта - любезно показал вам кровь, чтобы вы, крысы морские, почувствовали, каково это. А вот этот парень, Тимур, что стоит тут с добрыми глазами недельного теленка, так его пугать кровью не надо - он на ней вырос, вместо молока. Я только подмигну, и он один вам башки снесет своим косым мечом. Осознали? Вижу, что осознали. Будем считать, что это все вина капитана, а вы просто выполняли его преступный приказ. Маста и Торк - тащите этого дезертира и его помощника
в кладовую, и руки свяжите им. Вон, у них много лишних канатов болтается - отрежьте пару кусков, не обеднеют. Эй, Тимур - ты вроде говорил, что ходил на китобойном корабле?!– Да.
– Теперь ты здесь капитан - командуй. А я пойду за полковником - ценатера Хфорца сейчас не поднять, да и не он тут самый главный из вояк. А дело серьезное.
– Так полковник же пьян?
– удивился Тим.
– Плохо ты его знаешь - как только дело начинает плохо пахнуть, он мгновенно трезвеет. Ну, или почти трезвеет. Да и дело после этого не всегда на лад идет - иногда оно смердеть сильнее начинает. Будем надеяться... Давай, не стесняйся - этот корабль твой и на меня не оглядывайся. А вы, ребятки, приглядывайте за матросами. Сейчас приведу полковника, и он тут быстро разберется.
Тим, став капитаном корабля, первым делом этому не обрадовался - он был не готов к такому карьерному взлету. Осознав, что на него с опасливым ожиданием смотрит вся команда зерновоза, понял - надо командовать хоть что-нибудь и не медлить с этим. Эти ребята сейчас взвинчены и напуганы, готовы из кожи вылезти, лишь бы идеально выполнить все указания страшного солдата, в которого внезапно превратился этот тихий паренек, любивший раскачиваться на мачтах.
– Все по местам! Рулевой - правый поворот! Править прямиком к берегу! Боцман - следите за парусами!
Занятый внутренними разборками, Тим давно не посматривал на море, но по грохоту пушечной пальбы знал, что вражеские фрегаты не испарились - заняты своим черным делом. Бросив по сторонам несколько взглядов, он оценил, что положение нисколько не улучшилось. Красавец-бриг зарылся носом в воду - его палубу уже заливали волны. Вокруг, среди обломков, десятки матросов пытались отплыть от гибнущего корабля. Фрегат, расправившийся с анийцем, лениво отползал от жертвы, выбирая себе новую добычу. Второй уже выбрал - в упор расстреливал пузатого торговца.
Вражеские корабли напоминали акул, угодивших в стаю черепах. Несогласованные действия жертв играли им на руку - лишь два корабля повернули в открытое море, остальные или почти остановились, пытаясь уходить против ветра, или направились к берегу. Вот среди них и резвились хабрийцские фрегаты. Скорость их была потрясающая - от таких уйти невозможно.
Тим понял, что его приказ верный и в корректировке не нуждается. Да, ветер не благоприятствует, но другого выхода нет - надо шаг за шагом пробираться к берегу. Даже если их утопят на полдороге, половину пути они преодолеют и у людей, оказавшихся в воде, будет больше шансов на спасение. А если повезет, то успеют выброситься на мель, не испытав на своей шкуре мощь хабрийской артиллерии.
* * *
Не повезло. Фрегат, украсивший борт купца огромными пробоинами, следующей целью выбрал "Афилиотис". Видимо, оценил настойчивое желание капитана как можно быстрее добраться до берега, и решил, что этому замыслу надо помешать.
Тим мысли хабрийского капитана читать не умел, и не сразу понял, что надвигаются большие проблемы. Тем более что его серьезно отвлекло появление полковника со свитой.
Полковник Эрмс, командир Второго Артольского, в глазах Тима был личностью почти легендарной. Во-первых, Тим его никогда не видел - не удавалось им пересечься; во-вторых, Фол о нем рассказывал немало удивительных историй. Чего стоила хотя бы та, где он вымазал морду ценатера Хфортца навозом, заметив у него на щеке грязное пятнышко. Логика полковника была элементарна: "Раз ты, свинья, так любишь грязь, то получи еще - мне не жалко". После этого позорного происшествия нечистоплотный ценатер стал относиться к личной гигиене гораздо тщательнее.