Чтение онлайн

– Нет - я хочу получить ответ именно на этот вопрос.

Странный горец кивнул:

– Хорошо - ты это узнаешь.

Сеул не поверил своим глазам - во взгляде собеседника он впервые заметил оттенок чувства. И чувство нехорошее - "человек-скала" явно насмехался. Он внезапно отчетливо понял - ответ ему не понравится. Он в лучшем случае будет бесполезным, а в худшем сильно на него повлияет, причем повлияет плохо. Есть вещи, которых лучше не знать, а уж если знать, то получать это знание мелкими порциями. Нет - надо остановить собеседника!

Сеул не успел - тот начал отвечать. И перебить его дознаватель даже не пытался - это уже не имело бы значения.

Ответ дан.

– Ты задал неверный вопрос, но это твое право. Ты этот ответ знаешь - просто отказываешься его замечать. Люди смешны - каждому предмету находят свое место, и, встретив его там, где он не должен быть, могут не

понять, что это такое. Я сын двух народов, а, значит, сам могу выбирать свою родину. Я свой в Империи и в этих горах, и одинаково чужой одновременно. Я умен, и я знаю, что мир наш слишком мал, чтобы делить землю на свою и чужую. Это мой мир. И так думаю не только я - у меня есть единомышленники. У нас свое братство. Только не путайте его с карманным братством принца Монка - мое не такое. Нас много, и мы умеем скрывать свои тайны. Очень хорошо умеем. И себя мы хорошо скрываем. Вы в собственной жене вряд ли заподозрите нашего человека. У нас есть цель, и мы к ней стремимся. Это достойная цель. Но слишком много препятствий на нашем пути... Иные убирает золото, другие расступаются под натиском оружейной стали, третьи... Третьи мы не можем сокрушить... Пока не можем... Сейчас все начинает меняться. Плохо... Мы не готовы... Приходится принимать решения, которые могут привести к непредсказуемому результату. Сейчас мы не можем предугадать все. Но смотреть со стороны тоже нельзя - в нашей борьбе оборона это неминуемый проигрыш.

Горец резко встал, с той же насмешкой взглянул на Сеула сверху вниз:

– А теперь я скажу тебе, кто я. У меня много имен, но назову лишь одно - тебе этого хватит. Скажу шепотом в ухо - даже стены не должны это слышать. После этого ты встанешь и уйдешь. Ты не скажешь ни единого слова - уйдешь молча к своим людям. И больше не возвращайся.

Склонившись к Сеулу, он прошептал несколько слов.

У дознавателя едва не отнялись ноги.

* * *

Столичный дознаватель покинул дом, слегка пошатываясь - будто портовой грузчик, в одиночку разгрузивший баржу с мрамором. Горец усмехнулся - надо же, так опростоволоситься с третьим вопросом. Сеул все же его удивил - спросил не то, что должен был спрашивать. Приятно встретить имперца, способного на непредсказуемые поступки. Хотя без разницы - результат все равно один. Он будет делать то, что должен делать и лишь смерть его сможет остановить. Надо только немного его направить в нужную сторону. Для начала придется прекратить его розыск - не туда он идет, совсем не туда... Ему надо подумать о другом... Как его увести с неверной дороги? Самый надежный способ - эту дорогу перекрыть.

– Млако, - громко и четко произнес горец.

На пороге вырос один из четырех мужчин, что ошивались во дворе.

– Я здесь, некхе.

– Отправляйся в Змеиное ущелье. Возьми людей Такоко и Сасвы. И возьми Мокедо - без него вам придется туго. Убейте там всех. Никто не должен уйти. Когда все сделаете, унесите своих убитых и больше там не показывайтесь. И ничего там не берите, и вообще не трогайте. Даже если там будет гора золота, не прикасайтесь. Сам туда не заходи - посмотри со стороны. Если люди Такоко и Сасвы умрут, возьми в три раза больше людей и вернись. Павшие в этом бою попадут в края, где круглый год зреют сладкие абрикосы, и душистый изюм растет прямо на лозах, а все женщины красивы и сладость их превосходит сладость самых спелых фруктов. Чужаки должны умереть все. Ты понял?

Млако, нервно сглотнув, кивнул:

– Да, некхе, чужаки умрут.

– Поспеши, вы должны опередить полусотника Тиамата - его отряд направляется туда же.

– Опередим, некхе. Егеря хорошо знают горы, но все о них знаем лишь мы.

* * *

Карвинс, развалившись в глубоком кресле, был занят весьма увлекательным делом - полировал ногти. Он, конечно, мог поручить это занятие ловкому слуге - но зачем? Подобное времяпровождение его успокаивало, да и вообще нравилось. Смысл поручать приятное дело постороннему? Вот и сейчас, оторвавшись ненадолго от кипы бумаг, можно неспешно позаниматься пальцами, заодно приводя в порядок разбегающиеся мысли.

Мыслям было от чего разбежаться. Карвинс ведь прежде всего делец, а при войне, даже не особо масштабной, дела начинают плодиться в геометрической прогрессии и вести себя не всегда предсказуемо. И это надо не забывать отслеживать, чтобы не ошибаться в стратегических решениях. Да и принц взвалил на плечи Карвинса немало всего. Спасибо хоть умчался в Тарибель, и не стоит теперь за спиной со своими мрачными палачами наготове. Дела принца надо вести аккуратнее, чем свои. Если ошибка в своих делах

будет стоить потерянных денег, то ошибка в делах принца может оставить Карвинса без важных частей организма (вплоть до головы).

На пороге возник секретарь - лысое пожилое существо уродливой наружности (Карвинс обожал симпатичных мальчиков, но работу с удовольствием не смешивал - смазливые мордашки не должны отвлекать его от дела).

– Лавочников Ириониса и Туканиса только что публично выпороли. Вы просили доложить об этом.

– Как народ отнесся к возвращению практики публичных телесных наказаний?

– Толпа сброда ликовала, но лавочники были угрюмы.

– Еще бы сброду не ликовать - наказали ведь торгашей за взвинчивание цен, что стало для лавочников немалым огорчением. Если остальные не одумаются, завтра уже придется пороть сотню... Проклятые лавочники... Они вынуждают нас применять дикарские меры...

– Только что прилетел голубь. Срочная почта из анийской конторы.

– Из Ании? Да что там такого срочного - на зерно цены вздули? Так это было предсказуемо, тем более что озимые у них не слишком уродили.

– Вам зачитать, или передать?

– Читай сам. Не люблю это невесомую бумагу - в руках расползается.

Секретарь, умело развернув миниатюрный свиток, вставил в глаз монокль, наморщил лоб, скороговоркой зачитал:

– Вчера к ювелиру Брамису днем пришли три человека: двое мужчин и женщина. Они принесли ему вазу Древних. Он купил ее после осмотра. После этого один из мужчин спросил, есть ли в городе контора нашей китобойной или торговой кампании. Брамис сообщил что есть, и сказал, что знаком со мной. Мужчина попросил его передать мне, что китобойный корабль "Клио" погиб в южных водах, его затерло льдами. Спасся лишь он один, больше не выжил никто. В доказательство своих слов он оставил ювелиру трокель, попросив его показать мне. Сам он это сделать не мог, так как спешил куда-то. При осмотре трокеля на металле было обнаружено клеймо наших кузниц. Брамис сильно близорук, и ненаблюдателен, и внешность тех людей описал скупо. Тот, что назвался матросом с "Клио", был очень молод и темноволос, второй мужчина атлетического телосложения и старше, женщина очень молода, вряд ли ей более восемнадцати. Волосы золотистые, очень длинные, телосложение изящное, одета очень скромно, но на ногах дорогие сапожки тонкой выделки и держится не как простолюдинка. Попытки найти этих людей к успеху не привели. Но Брамис из их слов запомнил, что мужчины хотели завербоваться в нерегулярные войска. Если это так, найти их будет нелегко - нерегулярщиков набрано около пятнадцати тысяч и сейчас их спешно перевозят в Империю по морю. Кроме того неизвестны их имена, что сильно осложняет поиск. Здесь сейчас неразбериха: одни отряды формируются, другие грузятся на корабли, третьи уже давно в море. Ввиду этого я не могу гарантировать, что найду следы этих людей. Это все - больше мне сообщить нечего".

Карвинс, не упустив ни одного слова, ухмыльнулся:

– А ювелир-то этот бабник - про мужчин и двух слов сказать не сумел, а девку описал от макушки до пяток. Ладно, ступай в приемную, мне нужно подумать над ответом.

Секретарь вышел, а Карвинс действительно призадумался. Хотя, что тут отвечать? В Ании сейчас смесь бедлама и борделя - в таком хаосе там стадо слонов не сыскать, не то, что парочку мужчин. "Клио", очевидно, действительно погиб - вряд ли кто-то специально стал бы такое придумывать. Хотя и непонятно - как этот матрос сумел выбраться изо льдов без корабля? На вельботе, что ли? И почему не явился в контору сам? Хотя последнее не удивительно - если он решил податься в солдаты, в конторе ему делать нечего.

"Клио" было жаль - весьма болезненная потеря для кармана Карвинса. Но далеко не фатальная. Этот корабль успел несколько раз побывать в море, и ни разу не принес убытков. Давно уже окупил все расходы на постройку. Мог бы, конечно, служить еще долго, но море это море - то подарит, то отнимет. Выплачивать деньги семьям капитана и офицеров Карвинс пока не будет - в ситуации, касающейся собственного кошелька, полностью доверять словам какого-то сомнительного бродяги нельзя. Не исключено, что китобой вскоре войдет в гавань с полными трюмами добычи, хотя верилось в это слабо, а Карвинс привык доверять своей интуиции.

Что же теперь говорить принцу? Вряд ли он забыл о поисках интересного юноши-кочевника, попавшего на корабль Карвинса. Принц тогда мелочиться не стал - целый дракононосец послал на поиски "Клио". Флот, правда, ничего тогда не нашел, и пришлось "Эристару" возвращаться в гавань после двух недель бесплодных поисков, чтобы поспеть к берегу до начала драконьего гона. Но Монк о своем приказе помнил. В каждой гавани люди Карвинса дожидались появления китобоя. Не дождались - море решило, что пора ему принять очередную жертву...