Чтение онлайн

Девятнадцатый президент САСШ Рутефорд Б. Хейс был в недоумении. По трансатлантическому телеграфу из Европы пришли сообщения, моментально оказавшиеся на первых полосах утренних газет. За какие-то несколько дней таинственная русская эскадра, ворвавшаяся, подобно торнадо в Проливы, сокрушила огромную Османскую империю. При этом подробности этого сенсационного события удивляли больше, чем сам факт поражения турок.

Президент вызвал в Белый дом Госсекретаря

Уильяма Эвертса, и потребовал, чтобы он дал вразумительные объяснения случившемуся. Однако глава внешнеполитического ведомства и сам был сбит с толку.

Сухое бритое лицо Госсекретаря было растеряно.
– Сэр, это черт знает что! Если верить газетчикам, то на бедных турок обрушились все силы ада! Корабли, которые ворвались в Проливы, смели турецкие батареи, словно крошки со стола! А вооружение этих кораблей просто потрясает воображение! Наши мониторы против них - плавучие мишени. Связь с нашим посланником в Стамбуле до сих пор отсутствует, но мы анализируем информацию, полученную по неофициальным каналам. Самое же главное - никто не может понять - откуда взялась эта проклятая эскадра?
– Русский посол в Вашингтоне отказался комментировать газетные сообщения, заявив, что у него нет никакой информации из Петербурга о событиях в Проливах.

Президент задумчиво потеребил свою окладистую бороду.
– Билли, я обеспокоен тем, что эта эскадра, вполне вероятно, будет искать приложения своим силам и вне Средиземноморья.
– А что для нее Атлантика?

Госсекретарь кивнул.
– Да, сэр, незнакомые ангелы опасней знакомых чертей. Россия на протяжении последних десятилетий была нам союзна. Мы не забудем их помощи во время Гражданской войны, когда две русские крейсерские эскадры вошли в наши порты. Англичане, готовые вступить в войну на стороне конфедератов, тогда поджали хвост. С другой стороны, мы помним, что во время турецких зверств на Балканах именно американский журналист Януарий Мак-Гахан, женатый, кстати, на русской, развернул пропагандистскую компанию, обличающую жестокость башубузуков.
– А вот эти новые, незнакомые русские?
– Что они хотят?

Президент Хейс изобразил на лице улыбку.
– Знаешь, Билл, мне кажется, что твои опасения напрасны. Вряд ли эта эскадра пойдет на край света завоевывать нашу страну. У нее есть противник гораздо ближе. Я имею в виду Англию. Я думаю, что англичане, взбешенные появлением русских на Босфоре, сцепятся с ними, как два голодных койота. И русские сделают с ними тоже, что уже сделали с турками. Тут, Билли, надо продумать - на чьей стороне стоит оказаться в нужный момент. Я бы предпочел быть на стороне русских.

Британская империя разрослась до неимоверных размеров, как удав, проглотивший антилопу. Но это чревато заворотом кишок. Ты помнишь, как тряслись англичане, когда сипаи в Индии резали их, как цыплят. Потом, конечно, лимонники задавили индусов, но страху бритты натерпелись немалого. Я слышал, что в Афганистане сейчас неспокойно, и вот-вот может начаться очередная война англичан с пуштунами. В Африке подданные королевы аннексировали Южно-Африканскую республику, и недовольные этим буры смолчали. Но война там будет, я в этом не сомневаюсь.

Что все это значит?
– Это значит, Билл, что в случае поражения Англии, все завоеванные британцами территории восстанут, как восстали сто лет мы, колония Британии.

Уильям Эвертс поднял глаза к потолку, призадумавшись.
– Да, сэр, если Британия потерпит поражение, то мы должны не упустить шанс занять место англичан в тех странах, откуда их выкинут.
– Значит, господин Президент, вы считаете, что в возможном столкновении России, или той силы, которая помогает сейчас России, с Британской империи, в нужный момент необходимо оказаться на стороне русских?

Президент Хейс глянул в окно.

Сквозь тьму пробивались огоньки в окнах домов.
– Да, Билл. Я думаю, что когда русские развернут крейсерскую войну против английского судоходства, нам надо предоставить наши порты для базирования русских крейсеров. В конце концов, им надо будет где-то закупать продовольствие, уголь, давать возможность отдохнуть экипажам. А мы, помимо щедрой оплаты за наши услуги - вы, Билл, прекрасно знаете, что на войне деньги не считают - сможем покупать у них по дешевке захваченные у англичан товары. Ну, а если англичане вздумают объявить нам войну... Тогда мы сами начнем захватывать их суда. Да и Канада у нас под боком. Без помощи метрополии она долго не продержится.

Госсекретарь пожал плечами.
– Сэр, я полностью с вами согласен. Но надо точно знать, что же произошло на Босфоре. Я полагаю, что необходимо послать в Ставку русского царя нашего спецпредставителя, который смог бы разобрался во всем происходящем. Я думаю, что, во-первых, он должен быть военным, а, во-вторых, достаточно уважаемым и авторитетным.

Президент Хейс кивнул.
– Билл, я думаю, что кандидатура генерала Уллиса Гранта, моего предшественника, будет наиболее подходящей. Он военный, прославившийся во время Гражданской войны, и к тому же бывший президент САСШ. Все это придаст его миссии достаточный вес. Я думаю, что генерал Грант, с пользой для себя познакомится с новинками вооружений, которые появились на Балканах.

Госсекретарь Эвертс захлопнул свой бювар.
– Сэр, я завтра же напишу письмо генералу. Думаю, что он не откажется еще раз понюхать порохового дыма на полях сражений.

Сказать по правде, я и сам не могу понять - какой черт меня дернул отправиться с моряками на этой миноноске. Но наши войска готовились к форсированию Дуная, и для того, чтобы турецкие мониторы стоящие в Рущуке не могли помешать навести мост для переправы, было решено поставить мины поперек фарватера. Ну, а мой однокашник по Морскому корпусу лейтенант Гвардейского экипажа Николай Илларионович Скрыдлов уговорил меня вместе атаковать турецкий монитор на его миноноске, носящей несколько легкомысленное имя "Шутка".
– Дескать, Василий, ты хотел увидеть, как выглядит взрыв мины -- так если пойдешь с нами, то обязательно увидишь.

И увидел!
– В ночь с 6-го на 7-е июня, где-то ближе к полуночи я услышал над головой странный шум. Как будто в небе стрекотала какая-та машина, летящая над нами на большой высоте. А потом с неба, на то место, где стояли на якорях турецкие мониторы и канонерские лодки, стали падать огненные стрелы. Вы видели падение звезды?
– Так вот, что-то похожее на это падение, только гораздо ярче и стремительнее. Бегом бросился я в домик, где мы остановились, схватил этюдник и горящую свечу, приказав казаку, который, выпучив глаза, наблюдал за этим необычным явлением, держать ее у меня над головой. Не успел я сделать и нескольких мазков кистью, как в Рущуке раздался страшный взрыв, и в небо всплеснулся сноп ярко-желтого огня.

– Видать, у турок корабль взорвался!
– С недоумением сказал казак, наблюдая за этим странным "звездопадом".

Несколькими минутами спустя прогремел еще один взрыв. Как одержимый я бросал краски на холст. Такого зрелища мне никогда еще не приходилось видеть.

Потом в Рущуке вспыхнули два огромных костра, которые горели долго, без малого час. Высыпавшие из домиков и палаток офицеры, словно завороженные наблюдали за тем, как с неба сорвалось еще с десяток звезд, и в Рущуке громыхнуло несколько сильных взрывов.