Чтение онлайн

Уколова, чуть шатаясь, подошла к борту, глянула вниз. Никого, ничего. Черная вода, волнующаяся из-за «Арго». Азамат, уже стоящий за спиной, пожал ей плечо.

Зуич подвел судно аккуратно и ровно. Пирс, обшитый бревнами с остатками покрышек на них, вздрогнул от толчка бортом. Водники, стоявшие на берегу, надвинулись, радостно махали прибывшим. Уколова с Пулей спустились на берег последними. Шкипер «Арго», жадно глотнув мутного самогона, бросил Азамату ключ от своего дома и убрал сходни.

– Пить будет полночи, - Азамат сплюнул, - Пят’як! А нам ведь плыть еще…

Женя кивнула, идя за ним и механически оглядываясь.

Поселок,

довольно большой, ютился по берегу реки. Домов сто, не меньше, теснясь по плавной горке, окружал тын. Стеной не особо высокий забор из бревен назвать не стоило. Именно тын.

Дома тоже смотрелись так, тяп-ляп на скорую руку. Где из неровных обломков кирпича, где из дерева, обшитого железом или досками. Крыши из дранки или неровных кусков жести вперемешку с совершенно выцветших участков профилированного настила. Неуютный, хлюпающий грязью поселок. Вода по берегу, вода сверху из туч, вода в лужах на земле. Истинно рай для людей, ставших водными мутантами.

На них, вернее, на нее, оглядывались. Пару раз Уколова слышала даже злой шепот за спиной. Ну, сама виновата, громко и вслух высказывая мнение о мутантах. Это какой же авторитет здесь и у Зуича, и у Азамата, что никто теперь ничего и не скажет?

Саблезуб, постоянно и недовольно отряхивающий лапы, спокойно трюхал впереди, явно зная дорогу. Женя шлепала вперед, порой спотыкаясь обо что-то, спрятанное под жирной черной грязью. Азамат успевал подхватывать и, в конце концов, пошел впереди, таща ее на буксире.

– Нам сюда, - он кивнул на крохотную хибару, поставленную из бревен, - дошли.

Она только кивнула.

Внутри, на удивление, оказалось уютно, хотя и стыло. Азамат, поставив сапоги у двери, сразу же прошел к печи. Растопка занялась тут же, а дрова, сухие и нарубленные загодя, быстро застреляли, разгораясь. Пламя гудело ровно, печь потихоньку согревалась, даря дому и людям тепло.

По стенам, сбитым из неровных досок, Зуич натянул веселенькую, синюю в желтый цветочек, клеенку с несколькими прорехами.

Женя села на широкую низкую кровать, сколоченную надежно и прочно. Виновато покосилась на оставленные следы. Черные и влажные они заблестели, как только Пуля запалил керосиновую лампу.

– Тряпка знаешь где тут?

Пуля кивнул.

– Где?

Тот вышел в крохотные сени, чем-то погрохотал и вернулся.

– Ты отдыхай, сам уберу.

Женя кивнула.

– Откуда керосин?

– Из Кротовки. Это форт по железке, чуть дальше нужного нам места. Откуда он там – не знаю. В Кротовке делают топливо, но не жидкое. Достают из земли какую-то пластичную массу, сушат, делают брикеты. Думаю, что керосин откуда-то дальше, торгует какой-то умный человек, что научился добывать нефть и ее перерабатывать.

– Понятно.

Тепло накатывало все сильнее, но, странно, ее даже не разморило.

– Хочешь есть? – Азамат достал из небольшого шкафчика кастрюлю с темными клубнями, кусок сала и несколько сухарей.

– Нет. – Женя встала. – Жалко мальчишку. Да и девочек тех жаль.

– Бывает. – Азамат пожал плечами. – Но Сёмку жаль, да. Мамка убиваться будет.

Уколова наклонилась к окошку. Темнело все сильнее, дождь еле крапал.

– Выходим утром. – Пуля разложил кожаную укладку со щетками, ветошью и масленкой. Взялся за оружие. – Ложись и поспи. Не хочешь спать – погуляй. Только старайся далеко не уходить. В самом поселке безопасно, но в лес лучше не соваться.

– Угу, - буркнула Женя, - пойду, пройдусь.

– Давай,

давай. Всяко лучше, чем киснуть.

Она надела куртку и вышла. Саблезуб, согнанный с рюкзака, пшикнул вслед и запрыгнул на лавку, накрытую стеганым ватным одеялом. Азамат посмотрел на уходящую Уколову и вздохнул.

– Знаешь, друг, - Саблезуб поднял одно ухо, чуть повернувшись к нему, и приоткрыл глаз. Как он видел им, красовавшимся двумя зрачками, Азамат так и не понял. – Чего-то с ней не то. Ходит, злиться. Как думаешь, что ей надо?

Саблезуб зевнул, показав черное нёбо, свернулся клубком, уткнувшись в короткий хвост носом.

– Во-во, и я так же думаю, друг, что мужика. А не бродить с оружием взад-вперед.

Калитка, тяжело просевшая на скрипучих петлях, скорбно доказала уход Уколовой.

– Ну, а если мужика нет, так пусть лучше походит. Устанет, да и спать ляжет. Э, лентяй, снова дрыхнешь?

Саблезуб, ясное дело, не ответил.

Женя шла по улице, чавкая подошвами по грязи. Местных уже практически не встречалось. Прошло несколько хмурых мужиков с оружием, тетка прокатила на тележке клетки с какими-то крупными зверьками. На нее старались не смотреть, но взгляды Уколова все же ловила. А она просто шла себе, куда вели ноги и смотрели глаза. А ноги почему-то упорно шли к большой воде.

В голове метались мысли. Не вовремя, не кстати, но отмахнуться от них не получалось.

Почему она так легко пошла на задание? Из-за Дармова. Из-за преданности ему. Из-за… Признаваться самой себе не хотелось. Евгения Уколова всегда была честной по отношению к себе. Но в этом случае хотелось промолчать. Или уйти в сторону от прямого ответа. Потому что… в общем, потому что. И все тут.

Волны реки набегали на берег. Морось и ветер, холод… но ей не хотелось уходить. По левую руку что-то мелькнуло. Уколова оглянулась, успев заметить невысокий силуэт, скрывшийся в прибрежных кустах. И если ей не показалось, то туда, наверняка заигравшись в прятки, убежала та девочка с третьим глазом посреди лба.

Женя оглянулась, надеясь увидеть кого-то из водников. Но тех не оказалось.

– Ненавижу мутантов. И детей не люблю. – Уколова вздохнула. – Сдалась мне эта дура маленькая!

Кусты шуршали, встряхивая на нее капли. Уколова ругалась и лезла дальше, продираясь через них.

– Эй, как тебя! – Женя, наконец-то, выбралась из зарослей и выпрямилась. Присвистнула. – Эй!

Лес ее не пугал. Но насторожил сразу же. Слишком темный, частый и дикий. Как-то она совершенно не ожидала увидеть такое сразу за тыном. И как тут искать девочку? Впереди пискнуло. Или показалось? Пистолет она не опускала уже минут пять.

За тем деревом, где пискнуло, Уколова остановилась. Пригляделась, заметив кусок ткани, зацепившийся за сучок. Шагнула к нему, когда земля неожиданно ушла в сторону. Ее подбросило вверх, дернуло, выбив воздух. Когда перед глазами мелькнул ствол, она не успела даже крикнуть.

– О, глянь-ка, кого тут нам бог послал? – Голос дошел через гудение и бьющие молоточки в ушах. Женя попробовала посмотреть в его сторону, но не успела. По голове ударили быстро и умело, отправив ее в темноту.

Руки затекли. Немудрено, коли они притянуты чем-то за спиной к спинке стула. Уколова не торопилась открывать глаза, пыталась хотя бы в чем-то разобраться. Ощутимо болела голова, мутило. На какой-то момент подкатило к горлу, но она удержалась. Сидела, вслушивалась.