Допрос третьей степени
Шрифт:
– Возможно, дон Энрикес заложил душу дьяволу, - ухмыльнувшись, предположил Блейд.
– Вот это вы и установите, мой дорогой, - Ли ответил ему ухмылкой. Пожалуй, стоит еще припомнить, что три месяца назад с алмазных копей Оппенгеймеров в Южной Африке пропало несколько крупных необработанных камней, один из которых тянул на пятьсот каратов. Элфин нем, как рыба, и понятно почему: он-то свои деньги получил заранее, и прокол с наркотиками на <Звезде> его не касается. А Энрикес тоже молчит. Для него эти алмазы возможность снова подняться после недавних потерь и положенной отсидки... Так что, Ричард, - полковник похлопал Блейда по плечу, - постарайтесь найти камешки. Парни из Скотленд-Ярда
– Ли невесело рассмеялся.
– Словом, наша репутация на карте! Срок - неделя, и если понадобится какая-нибудь помощь, обращайтесь лично ко мне. С Богом, мой дорогой!
* * *
До Кенсингтона, цитадели лондонского истеблишмента, Блейд доехал быстро и без приключений. Внешне трехэтажный особняк Рикардо Энрикеса не слишком бросался в глаза на фоне столь же роскошных и вместительных соседних зданий; впечатляли разве что размеры окружавшего его сада.
У входа разведчика поджидал маленький сухопарый человечек, одетый неброско, но с претензией на элегантность; вытянутые вверх уши и длинная челюсть придавали ему сходство с овчаркой. Его миниатюрная комплекция разительно контрастировала с монументальной входной дверью, усиленной стальным листом полудюймовой толщины.
– Инспектор Финбоу, - отрекомендовался коротышка, - Кажется, я имею честь видеть мистера Блейда, сотрудника спецотдела? Полковник Ли говорил о вас, как об уникальном и опытнейшем работнике, - проворковал инспектор с тем оттенком фальшивой сердечности, который ясно свидетельствовал, что он не считает Блейда ни тем, ни другим. Ричард не доставил себе удовольствия снисходительно усмехнуться, а только сжал протянутую мягкую руку чуть сильнее, чем требовалось, с насмешкой наблюдая, как блекнет физиономия полицейского.
Но инспектора Скотленд-Ярда - мужественные люди, а потому Финбоу кисло скривил губы в улыбке и поклонился, приглашая гостя перешагнуть порог. В следующий час он не подходил к визитеру ближе, чем на полтора ярда.
Двери с шумом захлопнулись, и Блейд очутился в сказочном Зазеркалье: его рослая фигура отразилась сразу в дюжине продолговатых венецианских зеркал в роскошных серебряных рамах. Несомненно, их владелец хотел поразить воображение посетителей с первых же минут знакомства с его особняком.
– Отправимся на небольшую обзорную экскурсию, - проговорил маленький детектив тоном гостеприимного хозяина.
– Я полагаю, что в конце ее суть проблемы станет вам понятной без слов.
Блейд коротко кивнул в ответ, с удивлением разглядывая две претенциозные мраморные лестницы, симметрично уходившие вверх и вниз; каменные перила поддерживали нагие женские фигурки, запечатленные в довольно откровенных позах.
– Прежний вид здания сохранен только с фасада, - ухмыльнулся Финбоу, перехватив недоуменный взгляд разведчика.
– Внутри произведена полная реконструкция, оборудованы два подземных этажа и солярий на крыше. У пария денег куры не клюют, э?
– добавил он совсем запанибратски.
Не проронив в ответ ни звука, Блейд устремился наверх широким размашистым шагом, предоставив Финбоу трусить сзади. На каждой лестничной площадке полукруглые окна с цветными витражами, утопленные в изящных эркерах, блестели, как россыпь драгоценных камней, намекая, что гостя ждут впереди сокровища пещеры Али-бабы. Середину второго этажа занимала внушительных размеров гостиная, претендовавшая на роль картинной галереи. Направо и налево открывались анфилады комнат, беспорядочно забитых антиквариатом, словно их хозяин гнался лишь за самым дорогим и ценным, стаскивая в дом все, что только под руку попадется. Зато картины -
и малые, и побольше - подбирались не столь хаотично. Кареглазые и сероокие красотки, блондинки, брюнетки и огненно-рыжие, обнаженные как минимум до пояса, томно поглядывали на зрителя, с интригующими улыбками расстегивая юбки и джинсы кто на дюйм, кто на два, а кто и на целых десять.На третьем этаже раскинулся цветник розовых, голубых и нежно-салатных спален. Блейд насчитал их с десяток, а потом сбился со счета. По внутреннему убранству они напоминали друг друга как две капли воды: низкое широкое ложе, застеленное пятнистым, как шкура леопарда, покрывалом; зеркала на потолке; мягкие, ласкающие ноги пушистые ковры; стены, обитые тканью; резные столики и шкафчики; полуоткрытая дверь в ванную.
– Он что тут оргии устраивал?
– поинтересовался Блейд.
– Южный человек, темпераментный, - неопределенно пожал плечами Финбоу.
– М-да-а...
– уже не скрывая досады, протянул разведчик.
– Тут можно искать до Второго Пришествия... Обширные хоромы!
– Не забудьте о подземных этажах, - живо откликнулся Финбоу. Гараж, бассейн, сауна, бильярдная, кладовые... Огромные холодильные камеры! Мне таких еще не приходилось видеть.
Они спустились вниз, осмотрели столовую, библиотеку и хозяйский кабинет на первом этаже, прошли через кухню - вернее, кухонный блок из трех помещений, обследовали бильярдную и гараж, заглянули в гимнастический зал с бассейном и, наконец, обревизовали кладовые и холодильники.
От хранившихся там съестных припасов у Блейда зарябило в глазах. Роскошное изобилие голландских натюрмортов разом поблекло в этом собрании цельных мясных туш, розовых окороков, балыков, птицы, копченой рыбы - и так далее, и тому подобное. Похоже, здесь готовились к многомесячной осаде или атомной войне, которую хозяин явно желал пережить в условиях максимального комфорта. Одна небольшая кладовка была забита коробками с восточными сладостями, другая - коробками поменьше, от которых шел приятный дух дорогого шоколада. В отдельном отсеке-холодильнике стояли контейнеры, до верха заполненные разнообразными фруктами: спелыми бананами, сочными золотистыми персиками, ярко-оранжевыми апельсинами, светлозелеными фейхоа.
Блейд только махнул рукой и повернул к выходу, старательно делая вид, что сражен наповал.
– Винные погреба?
– предложил Финбоу.
– Не стоит, - рассмеялся разведчик, - боюсь, там мы окончательно истечем слюной.
Они молча добрались до зеркального холла.
– Вот так, - подытожил маленький детектив, сдувая воображаемые пылинки с безупречно отутюженных лацканов, - вы все видели сами. В процессе поисков нужно прозондировать каждый квадратный дюйм поверхности стен, полов и потолков, а также детально исследовать все находящиеся в здании предметы, включая мебель, картины, кухонную посуду, консервные банки, бараньи туши и залежи бананов с персиками. Это работа для бригады специалистов месяца на три. У нас же нет ни времени, ни денег... надо все же пощадить карманы налогоплательщиков. Мы в тупике, - произнес Финбоу скорбным голосом и приложил кончики пальцев к подбородку на манер Шерлока Холмса.
– Ну, а чем кончились попытки расколоть этого португальского пройдоху?
– Блейд привык называть вещи своими именами.
– Он полностью признал свою вину, но ни слова об алмазах. Крепкий парень! Прекрасно воспитан, потрясающе учтив и корректен до тошноты. Когда допрашиваешь его, так и хочется одеть смокинг с бабочкой.
– Серьезные меры к нему применяли?
– Серьезные меры? Что вы имеете в виду?
– Коленом в пах и кулаком в челюсть.
– Ну что вы!
– Финбоу выглядел шокированным.
– Это же незаконно!