Чтение онлайн

С ним нужно говорить на понятном ему языке.

— Ну, мы хотим минимизировать разрушающее влияние. Если бы, скажем, киберлюди разрушили Землю до того, как человеческая раса достигла своего полного потенциала, последствия для вселенской истории могли бы быть катастрофическими.

— Значит, вы становитесь на чью-то сторону! — булькнул рутанин. — Мы для вас лишь тля в вашем саду? Время — оружие! Чем ваша «установившаяся история» отличается от надменного мнения сонтаран о том, что у них есть Установившееся Пространство?

— Давным-давно, — начал Доктор, —

примерно через поколение после Рассилона, примерно тогда, когда разгоралась ваша Война, некоторые из нас думали так же, как вы. Они пытались использовать время для уничтожения и покорения своих врагов. Тридцать тысяч лет мы вели Войны Времени на тысяче планет. Опустошение могло распространиться на всю вселенную, если бы не вмешательство некоторых высших сил. С того времени время стабилизировано. Невозможно ни изменить прошлое Галлифрея, ни узнать его будущее. Это цена, которую мы вынуждены платить как его хранители.

— Но вы знаете будущее, — сказал Строк. Он был самым рассудительным в сонтарской делегации, хотя нельзя сказать, что у него были сильные конкуренты. — Вы можете наблюдать за нашим будущим. Вы можете наблюдать за вселенной, эти переговоры — история с вашей точки зрения. Вы хотите сказать, что вы знаете их результат?

— Нет. Мы выбрали вас из такой эпохи, о которой мало что известно.

— Мало известно повелителям времени, — медленно сказал Сонтар. — Мы снова подчиняемся плану повелителей времени.

— Нет!

— Вы можете менять историю, — резко сказал рутанин. — Вы говорите, что это сложно объяснить, а мы говорим, что это сложно оправдать. У вас есть версия истории, которая выгодна вашей расе, и вы предотвращаете все остальные версии за счёт знания того, что должно произойти. Вы изменяете историю.

Они злились на него, а не друг на друга.

— Да, если это необходимо. И вы это знаете. В прошлом мы, повелители времени, пользовались нашими возможностями для устранения из вселенной сил, угрожающих всей жизни…

— И что, сонтаране и рутане сейчас представляют собой такую угрозу, что повелители времени внезапно проявили интерес к нашей военно-политической ситуации?

— Нет, нет. Я вовсе не это имел в виду.

— Есть способ закончить эту войну, — сказал Сонтар.

— Да? — тихо спросил Доктор.

Сонтар сжал кулак и махнул им в сторону рутанина:

— Сотрите их! Не дайте им эволюционировать. Это паразиты, существа из ничего. Эта война длилась миллионы лет и сонтаране столько потеряли. Рутане — надругательство над природой, недосформировавшиеся существа, похожие на биологические отбросы, а не на форму жизни.

Лидер сонтаран опустился в кресло, возможно, решив, что сказал лишнее. Когда он снова поднял взгляд, он смотрел прямо на Доктора. Глаза Сонтара были красные, но, если не считать складки кожи и кровеносные сосуды, они выглядели так же, как глаза повелителей времени. Усталые галлифрейские глаза, которые не видели мир несколько геологических эпох, которые никогда не могли позволить себе роскошь сна.

— Я помню, как было до Войны, — устало сказал Сонтар. —

Тогда были сражения, подавление местных популяций, даже войны между враждующими сонтарскими фракциями. Но тогда была не только война.

Сонтар немного помолчал.

— Я помню выезды с друзьями на охоту в леса Сонтара. Столько разных лиц. Я помню женщин, детство, взросление, секс, амбиции, праздники, старость, смех. А это существо ничего из этого не знало. Как не знали и мои люди. Мы столько потеряли, и если рутане победят, всё это будет утеряно навсегда, — великий сонтаранин то ли вздохнул, то ли застонал. — Сотрите их с лица вселенной.

Доктор не мог смотреть ему в глаза.

— Нет, вы должны прийти к соглашению.

— Но вы могли бы это сделать? — ворчал Сонтар.

— Технологии и возможности повелителей времени не имеют границ, мы сами не до конца осознаём имеющиеся в нашем распоряжении возможности. Существует возможность стереть и сонтаран и рутан нажатием одной кнопки. Я не буду это делать. Я хочу, чтобы вселенная выиграла от вашего существования, а не от вашего уничтожения.

— У меня есть встречное предложение, — заявил рутанин. — Союз между рутанами и повелителями времени. Мы восстановим во вселенной порядок, мы объединим для вас вселенную, умиротворим её. Мы будем вашей армией. Мы поклянёмся в преданности вашей расе в обмен на уничтожение сонтарских орд.

От его голоса воздух звенел ещё секунду или две.

— Вам нечего предложить Галлифрею, во всяком случае, ничего такого, что мы не могли бы взять сами. Но это не по-нашему. Я здесь не для того, чтобы выбирать между вами. Я здесь для того, чтобы помочь вам говорить, найти общее для сотрудничества. Генерал Сонтар, вы говорите, что хотите прекратить войну, и я вам верю. Так прекратите её! Рутанин, вы хотите быть силой добра, галактическим полисменом. Будьте. Вот так всё просто.

— Нет. Сонтаране планируют обострить этот конфликт, они скорее уничтожат галактику, чем признают поражение.

— Вы сидите за столом переговоров, чтобы обсуждать мир. Вы слышали слова Сонтара. Почему вы считаете, что сонтаране хотят обострить войну?

Рутанин сформировал горло и кашлянул.

В Капитолии мало кто выглядел моложе Ларны, но капитан Реймор был как раз одним из этих немногих. Его шлем чуть ли не сползал ему на глаза. У него и голос-то наверно совсем недавно перестал ломаться. Он и его напарник, констебль по имени Пелтрок, отвели её для допроса в ближайшую нишу.

Стул был только один, и они предложили его ей. Они неловко стояли над ней, видимо, не зная с чего начать. Где-то через минуту капитан неуклюже отстегнул от своего пояса наголовник и вручил его ей. Ларна тут же вернула его обратно.

— Это ваше право, миледи, разумеется, — начал Реймор, стараясь придать голосу нотки повидавшего многое, но в реальности его голос был просто резким, — но позвольте спросить, почему вы отказываете нам в праве использовать зонд сознания? Он мог бы быстро установить вашу невиновность.