Дочь Земли
Шрифт:
– Алира!
– Рокочущий бас ворвался в нее, вернул к действительности.
Вздрагивая от рыданий, девочка посмотрела. Бирюзовые глаза мудро и спокойно всматривались в нее. В них было столько доброты, поддержки, успокоения. Аля обхватила ладонями могучую шею, прижалась лицом, вдыхала тепло его кожи, понемногу приходя в себя, обретая способность мыслить и понимать.
Тамелон сделал сыну и остальным итранам знак удалиться. Опустился на землю. Свернулся кольцом, так что Аля оказалась в центре, у него под боком. Он будто окружил её со всех сторон теплой и надежной стеной защиты. И еще - уверенностью - он не даст её в обиду, никому и ни за что. Он поможет
Таме осторожно опустил голову себе на бок, прикрыв девочку сверху, как щитом. Тоже закрыл глаза. Единороги бесшумно улеглись вокруг. Только Морфей, удалившись в сторону, расхаживал по поляне, погрузившись в мысли. Иногда бросая взгляд на отца и спящую Алю, он потряхивал гривой и морщил нос. Ему в голову пришла недурная идейка, как проучить этого паршивца Краасса и, одновременно, укрепить позиции Алиры всерьез и надолго. Но нужно, для начала, с отцом обсудить и заручиться поддержкой Зэера и оборотня. И тогда... Аля покажет ему... "цыганочку с выходом"!
* * *
Усевшись на поросшем мхом валуне, как на утепленной войлоком табуретке, Аля нехотя жевала холодное жареное мясо. Запивала водой из фляги. И опять жевала, поглядывая временами в сторону поляны, где происходило нечто, похожее на военный совет. Алю на него не допустили. Прибывший полчаса назад Зэер вручил ей контейнер с завтраком и спровадил подальше, строго настрого запретив приближаться и подслушивать. Аля, в общем-то, и не пыталась. Так, всего пару раз, уши навострила, но это не в счет. Ну, услышала несколько ничего не значащих фраз и непонятных названий. И смирилась - захотят, сами расскажут. Смотрела на них и чувствовала, как зарождается, растет в душе тепло признательности. Могла ли она когда-нибудь, в прошлой своей жизни, предположить, что у нее будут такие верные друзья? Даже в самых смелых и дерзких мечтах ей не пришло бы в голову рассчитывать на подобное. И вот теперь все случается наяву.
Утром Аля наотрез отказалась возвращаться в жилблок. На все уговоры твердила, опустив голову:
– Ни за что! Я её убью! Убью обязательно!
В итоге, и Морфей, и Тамелон оставили её в покое и вызвали для принятия дальнейшего решения Носферату и Зэера. И сейчас оживленно обсуждают - как с нею дальше быть. Забавно, наверно, со стороны выглядит - четверо представителей до мозга костей мужского пола так проникаются судьбою какой-то там девочки. Но ведь искренне переживают! Горячая волна благодарности подпирает горло комком. На глаза вновь наворачиваются слезы. Аля бормочет "спасибо", зажмуривается, чтобы не заплакать. Заставляет себя успокоиться и побороть слезливость. Пожалуй, теперь она боится лишь одного: как бы к ним неожиданно не нагрянул с визитом её "хозяин" ненаглядный. Але думается, если так случится, и он ей будет претензии какие-то предъявлять, она и в отношении него может язык, с руками вместе, распустить.
И пусть потом отыгрывается, как хочет. Ей плевать!..
Коллектив на поляне, оказывается, совещание уже завершил. Итраны исчезли. Зэер прощается с Носферату, идет к катеру. Оборотень направляется к Але. Девочка вытирает ладони салфеткой. Складывает остатки завтрака в контейнер. Отставляет. Ожидающе глядит на него. Он садится на камень напротив. Смотрит испытующе.
– Будет трудно, Алира.
Она, не отвечая, кивает ему.
– Ты готова бороться?
Снова кивок.
– Молодец, девочка.
– Улыбается он.
– будем жить.
– Думаешь?
–
– Знаю!
– отвечает Носферату.
Глава 11
– Был бы это кто другой, Тамелон, решил бы, что против меня организуется небольшой такой заговор.
– Краасс смотрел на итрана недоверчиво и сердито.
– В странные вы какие-то игры играть начинаете.
– Уж извини, хозяин, - единорог не отвел глаз, глядел прямо и открыто, - игру начал как раз ты. И игру совсем небезопасную. Или ты забываешь все время, кто она? Или так привык, что она подчиняется и терпит, что уже внимание на очевидное не обращаешь?
Краасс нахмурился, но смолчал. Таме продолжал говорить, спокойно и убедительно:
– Ты очень её обидел. Обидел настолько, что ненависть в её душе подобна ожившему вулкану. В любой момент может начаться извержение, и тогда остановить его ты сможешь, только уничтожив саму Алиру. Готов ты к этому, хозяин?
Помолчав, рагезт буркнул ему:
– Дальше!
– Не надо вам видеться. Ну, хотя бы, дней десять. Она за это время успокоится. В себя придет. Главное, чтоб она никак не пересекалась ни с тобою, ни с Эвфалией. Особенно - с Эвфалией. Ты, ведь, в курсе, что та угрожала Алире, говорила о предполагаемом браке с тобою, а?
– Ребенок пожаловался?
– ухмыльнулся трансформер.
– Нет.
– Почти равнодушно проговорил итран.
– Эвфалия не постеснялась свидетелей. Ты бросаешь девочку во взрослую грызню хищников, но учти, друг - зубы у этого щенка подлиннее, чем у любого из вас. Дело осложняется еще и тем, что теперь она тебе не верит.
– То есть, как это?
– В глазах Краасса проскочила откровенная досада.
– Ничего же не было!
– Он хмыкнул.
– Подумать странно - я начинаю перед тобой отчитываться, как мальчишка.
– Фактически, она решила, что все твои обещания относительно: оберегать, заботиться и не бросать, - пустые слова.
– Смешно.
– Трансформер даже зубами скрипнул.
– Смешно для взрослого. Для того, кто прошел дорогою жизни и опыта, но не для неискушенного в таких делах ребенка. Она живет чувствами. И ранить её очень легко. А ты, вместо того, чтобы воспитывать и приобщать к этой самой взрослости постепенно, швыряешь её в жизнь, как в омут и смотришь: выплывет - не выплывет. Можешь считать теперь, что вчера она почти уже утонула. Дальше - сам решай.
– Ты пришел, чтобы предложить мне что-то....
– Эвфалию ты сейчас с планеты не выдворишь?
– Исключено. У нее в запасе еще две недели оговоренного времени. Я не нарушу слово без крайне веских причин или её собственного желания.
– Тогда разреши девочке на этот период пожить у нас. Они не должны встречаться. Ни - наедине, ни - вообще никак.
– Полагаешь, мне не стоит объясниться с Алирой?
– Только не в настоящий момент. Впрочем, если хочешь закрепить реакцию отторжения, рискни.
Краасс обдумывал его слова. Видно было, что колеблется и борется с собой. Произнес решительно:
– Что нужно?
– Открыть внешний портал у озера. Перенесем некоторые занятия за пределы Кольца. Возьмем один из универсалов, превратим во временное жилье. Будет все время, кроме сна, посвящать тренировкам. И находится под нашим постоянным пристальным вниманием. Только не мешай и не вмешивайся. Обязательно отправь сообщение с какими-нибудь добрыми словами. Она, ведь, действительно, за свой поступок ждет от тебя лишь чего-то плохого. А где ожидание наихудшего и постоянный страх, там нет места ни любви, ни прощению.