Дочь Земли
Шрифт:
Девочка принимается энергично орудовать щеткой. Надо побыстрее разделаться с процессом умывания и одеться, наконец!
* * *
Рука сама делает ставший так быстро привычным жест. Арка открывается. Аля ступает в проход.
Интерьер комнаты существенно изменился. Кровати нет. Вместо нее - широкий диван и кресла. Посреди - накрытый на двоих, круглый стол. Сначала Аля не понимает, в чем дело, что её смущает помимо спонтанной 'перестановки'. Но тут же осеняет: ножки-то у стола отсутствуют. Столешница просто висит в воздухе. Алю даже не удивляет, что Краасса в комнате почему-то нет, так её заинтересовал 'летающий' стол.
Девочка ощупывает его со всех концов, заглядывает под столешницу снизу, пробирается под ней на другую
– Ну что?
– голос Краасса.
Девочка подымает глаза. Рагезт входит с террасы.
– Завтракаем уже?
– Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша, - бормочет Аля, отслеживая его продвижение глазами, но не двигаясь.
– Скажи. Я уже совсем с ума сошла, или только наполовину?
– Отчего именно наполовину?
– Ну... Половину стола вижу. А вторую - никак. Глюк - великое дело!
– А тебе для полного счастья у него обязательно подпорки необходимы? Сделаем, не вопрос.
Краасс прищелкивает пальцами. У столешницы отрастают ножки. Аля подпирает щеку ладонью и почти умиленно наблюдает за процессом. У нее натуральный шок.
– Корвалольчика, валидольчика, энергетика?
– шутливо спрашивает трансформер.
– Пистолет!
– отрубает Аля.
– Зачем же так радикально?
– Зато действенно!
– отрезает она.
– Вроде, я и не Алиса... с утра была.... Ты кролика там не встречал по дороге?
– Какого еще кролика?
– он смотрит на нее заметно обеспокоенно.
– Ребенок, ты в себе, вообще?
– Нет! Позавчера вышла и обратно еще не вернулась!
– Повышает Аля голос.
– И, если не хочешь, чтобы я свихнулась окончательно, расскажи, где я, и что тут происходит!
– Хорошо.
– Краасс подсаживается к столу.
– Но для начала предлагаю поесть.
Аля встает. Опасливо придвигает к столу второе кресло. Ехидно спрашивает:
– А закусывать мною будешь?
– Не дерзи!
– слегка повышает он тон. Алю моментально отрезвляет.
– Извини, - лепечет она, - столько всего навалилось, голова кругом.
– А ты тренируй голову, ребенок.
– Краасс дотрагивается пальцем до её лба.
– Чтоб не потерять ненароком!
Аля молча накладывает порцию себе на тарелку, смотрит на него исподлобья. Он улыбается:
– Слушай внимательно. Ничему не удивляйся. Старайся понять. И - НЕ!- перебивай.
* * *
Завтрак растянулся часа на два. Или она спутала, и это не завтрак уже? Краасс рассказывал просто, доступно и с достаточными подробностями. Аля заворожено слушала, но чувства, которые наполняли её при этом, совсем нельзя было назвать радостными или светлыми.
Это что, правда? И она не ослышалась? Как такое возможно? Она, Аля, оказывается, теперь его собственность. Фактически - вещь! И вся её жизнь отныне крутиться будет исключительно вокруг него. А иначе - она умрет. Для того чтобы выжить в его мире и быть ему полезной, ей придется пройти жесткую муштру и обучиться бесконечному количеству всевозможных навыков и дисциплин. Оказывается, он дает ей на ознакомление и отдых всего один день. И день этот - сегодняшний. С завтрашнего утра они будут видеться достаточно редко. А в моменты встреч он не желает слышать от неё никаких жалоб, капризов и претензий. Она обязана всегда быть с ним приветливой, исполнять все, что он потребует. Никогда не перечить и не хамить. В свою очередь, он намерен сделать её существование максимум комфортным во всем, что касается обстановки, досуга, каких-либо потребностей. Понятия денежных ограничений здесь не существует. Аля получит хотя бы и живого слона, если захочет, конечно. Вот только ухаживать самой
придется.... Услышав это, она пожала плечами. Понимала, это голый пример. В некотором роде - бессмысленный. Он готов завалить её какими-то материальными благами и достатками, но они же сводятся на 'нет' полным отсутствием свободы и возможности самостоятельных решений на свой счет.Все время, пока Краасс говорил, Аля, как условлено было, молчала. Однажды только не выдержала. Глядя ему прямо в глаза, тихонько произнесла:
– Господи, но это же ужасно. Ты не понимаешь....
Краасс недовольно сдвинул брови, запрещающе качнул головою. Больше Аля в его монолог не встревала. Сидела и думала, что за часы эти душевно повзрослела, или постарела - уж и не понятно, как назвать правильнее - лет на десять. И того ребенка, что жил беззаботно до откровений этих, в природе уже не существует. Аля ощущалась себе безмерно уставшей и почти безразличной, ко всему и вся, включая самого Краасса.... Он, что, специально её растаптывает сейчас? Зачем?! Она же и так готова была бы пойти за ним и в огонь, и в воду.... Почему?!
– Ты слушаешь вообще, малыш?
– Аля покорно поднимает на рагезта потухшие глаза. Кивает. Опять опускает голову.
– Теперь можешь задавать вопросы. Я отвечу.
Она смотрит в сторону. На полушепоте спрашивает:
– Как часто мы будем видеться?
– Раз в несколько дней. Там посмотрим. Я еще окончательно не решил.
Аля берет со стола салфетку. Комкает её в руках. Через силу выдавливает:
– Хорошо.
– Что не так, девочка? Говори, я готов пояснить.
– Зачем я тебе, если ты даже не хочешь меня видеть?
– с трудом выговаривает Аля.
– Глупенькая.
– Краасс мягко накрывает её ладонь своею.
– Я защищаю тебя.
– От себя?
– Совершенно верно. Посмотри, чем у нас с тобою все каждый раз заканчивается. Ты еще слишком слаба, чтобы часто выдерживать даже такую примитивную связь. А с завтрашнего дня у тебя начнутся колоссальные нагрузки. И будет очень мало свободного времени. Вероятно, придется подключать и стимуляторы. На этом фоне наша близость становится действительно опасной. Так что, возьми себя в руки, сделай правильные выводы и не изводись понапрасну. Уверен, скоро у тебя времени думать обо мне попросту не останется...
– с улыбкой глядя на Алино вытянувшееся лицо, добавляет, - Да шучу, я, шучу. Я же все вижу, девочка и все понимаю. Рискну сознаться: меня удивляет и глубоко трогает, что ты настолько привязалась ко мне.... Не грусти, малыш. Время, данное нам, сравнимо с вечностью. Ты теперь, по сути, часть меня. Когда-нибудь ты еще будешь иронизировать над собою сегодняшней. Знаешь что, сейчас мы с тобою отправимся на прогулку. И ты кое с кем познакомишься. Разочарована не будешь, обещаю!
* * *
Коридор Аля узнала сразу. Хотя, он, конечно, больше походит на среднестатистический проспект. Вокруг стерильная белизна и, даже излишне сильное, освещение. Никаких острых углов, выступов, закоулков. Все линии и изгибы плавно перетекают друг в друга. Аля касается стены, ведет ладонью. Опять это кажущееся тепло и еще что-то. Сначала она никак не может разобраться в своих ощущениях. И, вдруг, понимает - это здание, по-своему, живо. Оно слышит, видит, запоминает все, что происходит в нем. Оно как отдельный организм, наделенный недюжинным умом и смекалкой. Девочке становится жутко. Она непроизвольно жмется поближе к рагезту, вцепляется в его руку.
– Что случилось?
– следует немедленный вопрос.
– Краасс, ведь оно же живое. Оно следит за нами...
Он внимательно смотрит на Алю. На лице поочередно: удивление, неверие, одобрение.
– Ты догадалась или почувствовала?
– Я его слышу!
– шепчет Аля чуть слышно.
– И чувствую.
– Потрясающе...
– Краасс действительно изумлен.
– Не думал, что это проявится так быстро. Поздравляю. Если Арника пытается выйти на контакт, это значит, ты ей понравилась.