Дочь Шамана
Шрифт:
– Это для драконов делают, - пояснил Ковальский. – Чтоб прилетали на вонь, и на них можно было охотиться.
Ася вздохнула.
Тетка демонстративно ушла в зал и погромче включила телевизор. Участвовать в мракобесии она отказалась, хоть и была рада избавиться хотя бы от Ленина в нынешнем его воплощении, но про шторы что-то все равно проворчала.
– Да постираем мы шторы! – заверил ее Ковальский.
– В химчистку отнесем, - добавил брат.
Потом отец долго перебирал кулечки и пакетики из цветастого поношенного шелка, содержавшие в себе загадочные чаи из Великой Азии. Нюхал, встряхивал,
– Почти готово, - понюхав синеватый дым, идущий от варева, сказал отец. – Так что, ребенок? В кого мы будем превращать дедушку Ленина?
Ася подумала, что в целом ей бы не помешало ездовое животное, но провести его в школу, да и вообще везде таскать с собой будет не менее проблематично, чем самого вождя мирового пролетариата. А значит, предстояло сделать нелегкий выбор между кошкой, собакой и птичкой. Что-нибудь средненькое. Даже добермана, как у Глюкозы, ей сделать, скорее всего, не позволят.
Девушка сосредоточилась, пытаясь вызвать в памяти наиболее точный образ. Затрудняло процесс то, что все внимательно на нее таращились, ожидая, и это очень смущало.
– Вы бы хоть в стол смотрели, что ли! – не выдержала Ася. – Бесит же!
Отец с Ковальским синхронно вздохнули и уставились друг на друга. Брат – в окно. Ленин – в глубины собственного разума. Лучше если и стало, то ненамного.
Ася старательно представляла себе кошечку из «Сэйлор мун». Отец помешивал в кастрюле, по квартире все гуще стелился синеватый дым, в котором плавали какие-то нечеткие фигуры. Ася задалась вопросом, выплывают ли они в подъезд, и вся магия пошла насмарку. Кошачий образ в голове сразу рассыпался.
Зато возник небольшой, но очень симпатичный дракончик, сопровождавший четверку еретиков в путешествии на Запад. Плюсом его было то, что он умел превращаться в джип. И хотя прав у Аси еще не было, определенные амбиции в этой области имелись...
Что-то хлопнуло, свистнуло, со стены сорвался шкаф и треснуло стекло в кухонной двери.
– Ну, оригинально, что сказать! – спустя пару очень долгих секунд сказал отец.
Ася, успевшая зажмуриться, открыла глаза.
Дым рассеялся.
Частично он утекал в окно, которое открыл Ковальский.
Брат беззвучно ржал и, кажется, плакал.
На столе сидел крупный серый варан и лакал остывший чай из чьей-то чашки.
– Ну, какой уж есть, - вздохнула Ася.
Брат, икая, сполз под стол. Отец с интересом разглядывал результат коллективнного творчества. Что думал Ковальский, никто не видел, потому что Макс наполовину высунулся в открытое окно – в комнате остались только задница и ноги, обтянутые добытыми где-то трениками «абибас».
– Вообще, это должен был быть дракон, - пояснила она. – Небольшой такой дракончик. Портативный.
– Близко, близко, - вздохнул отец. – Варан – очень хорошая идея.
– А что они едят?
– Это надо будет в интернете посмотреть или в энциклопедии.
– Мышей, наверное, - из-под стола, похрюкивая, выдал Эрно.
В зале смолк телевизор, и вскоре на кухне появилась тетка. Выражение лица у нее было нечитаемое. Увидев на столе варана, который по-прежнему лакал чай,
и больше ничем особо не интересовался, Лена вздохнула и сказала:– То есть мы его все это время жаждой морили.
– Как-то я не подумала, что памятники нуждаются в пище и воде, - повинилась Ася.
– То памятники, - резонно заметила тетка. – А это – гад ползучий.
– У него ноги есть!
И словно в подтверждение этих слов, варан на коротких кривых лапах прошествовал к краю стола и тяжело плюхнулся оттуда на пол, а там ушился за мусорное ведро. Остался торчать только мощный мясистый хвост.
– Вот ему и гнездо, - хмыкнул отец.
Из окна вернулся Ковальский, бледый и зеленый, как будто страдавший от морской болезни.
– Аллергия у меня на эти чаи, - пояснил он. – Каждый раз дурно.
– Ну, кажется, на сегодня мы закончили, - вздохнул Сорьонен.
– Ага, сейчас, - злорадно улыбнулась Лена. – А посуду мыть кто будет?
– Помою, помою, - пошел на попятную отец. – Дочь, поможешь?
– Куда мне деваться, - Ася, стараясь не наступить варану на хвост, обосновалась возле раковины.
– Я пойду мусор вынесу, - предложил Ковальский. – Проветрюсь заодно.
– Смотри, никого там не убей!
– Спать пора вообще-то, завтра на работу, - сообщила тетка. – И зарубите на носу, если вот эта пакость мне ночью в постель заползет, в окно выкину!
Варан, почувствовав, что говорят о нем, поджал хвост.
Глава 29
До школы Ася дошла с вараном на поводке. Одетый в купленный в зоомагазине комбинезончик для собаки средних размеров, он в принципе не так уж от нее отличался. Мало ли, какие на свете бывают породы! И пострашнее, если уж на то пошло.
Дальше оказалось сложнее.
В школу с животными не пускали в принципе, и не важно, вараны это или динозавры. На этот случай Ася вооружилась большой спортивной сумкой, которую одолжила у Ковальского. Сумка была изначально какого-то военного происхождения, но в качестве тюнинга имелись большая наклейка с бойцовой собакой и логотип «Никто кроме нас».
– Вовойя тебя звать не могу, - сказала Ася варану.
Она разложила перед ним сумку и теперь раздумывала, как запихнуть питомца в нее. Комбинезончик надевали всей семьей, зажав варана в ведре. Отец, придумавший способ, пояснил, что так в деревне кастрируют поросят. Откуда у него такие познания, никто спрашивать не решился. Как бы то ни было, из ведра варана вполне успешно пересыпали в комбинезон, но теперь никаких приспособлений в зоне доступа не было. Разве что вот урна, но она, кажется, была крепко зафиксирована...
– Тебе придется сюда залезть, - сообщила Ася своему стражу. – Иначе останешься тут меня ждать. Тебе никто не позволит просто так бегать по школе!
Варан спокойно и без всякого выражения смотрел на нее своими каменными глазками, которые Ковальский покрасил желтым маркером. Получилось своеобразно.
– Ну! Давай!
Конечно, можно было попробовать посадить варана в сумку насильно, но к чему это приведет, Ася уже выяснила на примере того же Макса. Тот сперва пытался нарядить животное в комбинезон по-хорошему, потом по-плохому, и в результате оказался поцарапан. Когти у бывшего Ленина оказались что надо.