Дикое сердце ветра
Шрифт:
Она приподняла за подбородок светловолосую девочку, словно обращаясь только к ней.
– Учиться у нас очень сложно, - произнесла Виржиния тише.
– Отсев в течение первого года большой. Дисциплина суровая все годы. Может быть, вам стоит попробовать на более мирных и интересных профессиях? У нас специально испытания проходят чуть раньше, чем в других учебных заведениях, чтобы дать шанс отсеявшимся на новое поступление. Подумайте. Даю вам десять минут, - оно вновь повысила голос.
– А затем мы начнем вызывать вас для личной беседы, где вы должны убедить нас, что без вашей кандидатуры
Она вышла, оставив в аудитории только молодого летчика. Тот шелестел списками, изо всех сил старался быть серьезным, но все же улыбка, как солнышко из-за туч, проглядывала на его лице. О чем он думал? Арвисо решил - летчик вспоминает, как поступал сам. Ну да, теперь, с высоты жизненного опыта, смешно наблюдать за волнениями молодых!
Арвисо задумался. Что он скажет? Ему было важно просто летать. Его завораживали прекрасные металлические конструкции, скользящие среди облаков. Он расскажет об этом! И о том, что сколько себя помнил, мастерил модели. Он и сейчас взял с собой несколько. Вдруг они убедят строгую комиссию?
Он посмотрел на Танри. Та сидела, закрыв глаза, погруженная в свой мир. Она встрепенулась, ожила только тогда, когда летчик вызвал ее.
– Танира Комидари!
Танри достался сам ректор. Он с улыбкой посмотрел на девушку.
– Ну что, путешественница, вспомнила что-нибудь?
– спросил он.
– Вы же знаете, господин Кризо, почти ничего, - опустила она глаза.
– А сюда почему решила поступать? Твоя приемная мать ждет от тебя карьеры врача. Это ты за компанию с племянником Джеральдо?
– Нет, - смутилась Танри.
– То есть и это тоже. Просто я очень хочу отыскать свою родину. Она где-то на севере. Или на юге. Рядом с полюсом. Наверно…
Она видела, как ректор очень внимательно слушает ее. Испугавшись, что сказала не достаточно в защиту своей цели, она продолжила.
– И еще самолет - это свобода. Ни корабль, ни автомобиль, ни поезд не могут быть такими свободными. Им вечно мешают то моря, то реки, то горы! А самолетам они не помеха! Весь мир принадлежит самолетам! Знаете, что мне иногда представляется? Я вижу, как я лечу над снежной равниной, над морем, утихшим после бури, над скалами и айсбергами. Ночь, но вокруг так светло, что можно вышивать. Светит полная луна, и звезды яркие-яркие. И метеоры. Их длинные хвосты порой вытягиваются на полнеба… Я лечу, и чувствую, что создана для нечто большего, чем просто домашний уют! Я хочу летать, господин Кризо!
– Север… Полярный летчик… Не женское это дело, - в замешательстве пробормотал ректор.
– Девочек у нас обычно учат на медсестер и стюардесс дирижаблей.
– Пожалуйста!
– взмолилась Танри.
– Я подумаю, посмотрю, - смягчился Артур Кризо.
– Спрошу, что скажет наш командор, господин Ванибару, и тогда решу, по какой специальности тебя зачислить. Но на медсестру или стюардессу в дирижабле можешь рассчитывать смело. Зови Синарда, если он еще не попал в цепкие коготки Виржинии.
Но Арвисо уже попал. К гатуру. И вдохновенных речей о красоте самолетов и небесных кораблей оказалось недостаточно.
– У вас мало шансов, молодой человек, - заявил он Арвисо.
– На эту специальность я вас не возьму
Арвисо вышел из комнаты, убитый горем.
– Что случилось? Тебя не взяли?
– испугалась Танри.
– Лучше бы не взяли!
– Арвисо привалился к стене, изо всех сил пытаясь сдержать слезы.
– Он сказал, что мне только на дирижаблях летать!
– Но ведь ты любил дирижабли!
– удивилась Тарни.
– В навигаторы берут только из летчиков! Из ассов! Мне всю жизнь быть воздушной крысой!
– Подожди, - принялась утешать его Танри.
– Главное, что ты поступил. А дирижабли… Меня, скорее всего, определят туда стюардессой. Будем летать вместе.
– Дирижабли? Здорово!
– над ними возник рыжий.
– Мне тоже обещали дирижабли. Лети себе, не заморачивайся, наслаждайся, как внизу красиво! Лео грозила мне почтой, но я, кажется, ее упросил. А там как гатур скажет.
– Ты действительно считаешь, что дирижабли - не плохо?
– с надеждой в голосе спросил Арвисо.
– Конечно!
– обнадежил его рыжий.
– Ты подожди еще конечный результат. Уже скоро объявят. Знать бы, насколько они укомплектовали дирижабельное отделение в прошлые вступительные дни… Но надеюсь, мы будем учиться вместе!
– он повеселел.
– Я знаю, тебя звать Танри, а тебя Арвисо Синард. А я Рофирт. Рофирт Бингар.
Наконец всех "выживших" при отборе вновь собрали в большой аудитории. И сам ректор зачитывал результаты.
– София Марес. Медслужба.
Вздох облегчения.
– Виктор Свенс. Дальняя авиация.
Тихое "Да!"
– Мирен Награс. Диспетчерские курсы.
Смех.
– Арвисо Синард. Дирижабельное воздухоплавание.
– Рофирт Бингар. Дирижабельное воздухоплавание.
…
– Стефан Виридоре. Почтовая служба.
– Марина Тоур. Медслужба.
– Танира Комидари. Дальняя авиация.
– Ого! Ничего себе!
– Встань, покажись!
– Как Виржиния Лео!
– Да не стесняйся же! Нам тоже интересно!
Все взоры обратились на вставшую Танри. Девчонка в дальней авиации! Это ж надо!
Танри дождалась, пока ректор кивнет ей, мол, садись уже. И никто не обратил внимания, что гатур старался не смотреть в ее сторону. Но девочка этого даже не почувствовала. Она была ошарашена и одновременно счастлива.
– Как тебе удалось?
– Арвисо и Рофирт подозрительно уставились на нее.
– Не знаю. Я просто рассказала, как я вижу себя в небе. И все!
– И все?! Говори теперь!
– подмигнул ей Рофирт.
– Знаю я, как ты туда попала. Глазки ректору состроила, он и не выдержал!
– Почему сразу "глазки"?
– почти обиделась Танри.
– Может, я действительно подхожу для неба, как никто другой?
– А мы… - начал Арвисо.
Но договорить им не дали. Объявление результатов закончилось, и счастливые студенты Академии принялись поздравлять друг друга.
В шестой день приема их было сорок девять человек.