Чтение онлайн

— Последствия… да… это… враги…

— Мам, никого нет! Я проверял на невидимость.

— А они видимые. Только далеко еще. Забор ваш теперь вещий. Я, кажется, переборщила с мерами безопасности. А враги… враги далеко, вот их и не видно. А… Храфн, ты ждешь какого-нибудь нашествия. В тебя вчера стреляли… это они?

— Они… наверное… подожди, что значит: «вещий забор»?!

Другого объяснения я не видела. Вообще-то, кровь должна была предупредить о приближении магии, нечисти и прочих мистических неприятностей, но что-то явно пошло не так. Или чересчур так. Прикрыв глаза, я услышала шаги нескольких десятков человек. Просто людей, без всякой магии. Очень интересно… на нас что,

напали?

— Мррр? Враги? — Томирис прошуршала мимо меня и безошибочно обратилась к человеку, который был больше всех в курсе происходящего.

— Ого! Эээ… Томирис? Вы… очаровательны. В любом облике.

— Я в курсе, — из трепетной красотки она уже успела превратиться в суровую наемницу, но убийственная красота никуда не делась, — что происходит? У тебя конфликт?

— Да, что-то вроде того… я в четвертый раз отказался жениться на дочери одного князя… недалеко тут живет… так что вчера мне привет был от матушки нежной девы, а теперь, значит, батюшка ее в гости пожаловал. И что они во мне нашли?

— Ты — очень привлекательный! Могу их понять.

Коша на секундочку оторвалась от завораживающего всех присутствующих процесса вооружения, чтобы окинуть конунга цепким оценивающим взглядом и вернулась к клинкам.

Вообще-то, я сама делала это заклинание, так что знала каждый нож, но даже мне было удивительно, сколько же всего она может на себя навешать! Что уж говорить о неподготовленном зрителе. Когда изящная брюнетка достает прямо из воздуха с десяток метательных ножей, тяжелый охотничий нож, тонкий стилет, и два легких меча, окружающие впадают в транс и отказываются из него выходить. Удивительное зрелище. Богиня войны за утренним туалетом, да и только!

— Так, стоп! Томирис, ты и без того популярностью пользуешься! А этот мамин!

— Так я для нее и говорю! — коша закончила вооружаться и принялась собирать в косу растрепанные волосы, — смотри, Римма, блондин, глаза голубые, чело благородное, спина сильная… что еще тебе нужно?

— Мне нужно, чтобы вы, два умственно неполноценных вояки не имеющих представления о приличиях заткнулись и дали уже высказаться человеку! Это не кабацкая разборка, между прочим, и не вы тут командуете!

Мгновением позже, злость улеглась, но яростный взгляд я решила не гасить. Если этим двум дать поблажку, то они до послезавтра будут пытаться устроить мою личную жизнь! Да и вообще, должна же была быть у них хоть какая-то тактичность! Особенно у Торвальда, его же я воспитывала… ну, пыталась, по крайней мере… ладно, не будем о грустном… И все равно, можно и потише, вон засмущали человека вконец! Все лицо красное.

— Ну, отчего же, девушка права. Я — такой!

Как вы понимаете, единственным смутившимся человеком была я. Ну и еще Эйнар немного, но ему-то легче, это не его нагло сватают!

— Давайте потом это обсудим! Храфн, тебе разве не надо как-то… ну… воевать?

— Вообще-то да. Но мы вернемся к этой теме! Римма, ты можешь сказать, где враги?

Три дня от них не было никаких вестей. За это время я успела напрочь извести себя тревогой, раз за разом представляя батальные картины одна хуже другой. Все мои знания о боях и сражения ограничивались минимумом, необходимым всякому образованному человеку для подержания светской беседы, да еще практикой в военно-полевом госпитале во время одного международного конфликта, значения которого я так и не поняла. Чего они там делили? Мне объясняли, конечно, но поток раненых не прекращался, а мне было всего пятнадцать лет и страдания живых людей меня занимали гораздо больше. С целителями вообще всегда так. Чужие ранения для нас ощутимы почти физически. Как зуд где-то между полушариями мозга. Там вообще-то

чувствовать совершенно нечем, но мы все равно чувствуем. И чем сильнее болезнь, тем концентрированнее ощущение. А уж когда вокруг одни только раненные, стонущие, страдающие, распространяющие вокруг себя ауру страха и боли, заниматься политикой практически невозможно. Да и ничем вообще.

Так что о войне я знаю только что это страшно, кроваво и непонятно. Мой сын, родившийся в удивительно мирное время, и то вникал в планы Храфна больше, чем я. Даже умудрился внести какое-то рационализаторское предложение, за что заработал пару уважительных восклицаний от старших хирдманов и злобный, уничижительный взгляд Хелега, согревший мое материнское сердце даже больше. Оно и неудивительно, парня самого пустили на тот совет со скрипом, уж больно молод! А Торвальд умудрился не только пролезть, куда его не звали, но еще и умное что-то выдать! Счастье мое!

Порывался он ринуться в бой, но тут уж мне пришлось напомнить честному собранию кто из нас маг высшей квалификации, а кто сопливый школяр, не доросший еще до того, чтобы перечить матери. Мне даже усыпить пришлось этого нахала, возомнившего себя великим воином! Не надолго, правда, минуты на две, но ему хватило, чтобы понять, что прямо сейчас кровожадные мечты не сбудутся. Ну да ничего, успеется еще! Вот я помру…

Зато за всей этой веселой возней от меня успела сбежать раненная подруга, она же любимая пациентка. Но тут уж делать было нечего, так как разумным аргументам коша не поддавалась никогда, а магия моя… ну… можно, конечно, попробовать, только позориться не хочется. Да и кто я такая, чтобы учить ее жить? Скорее это ее прерогатива. Моя жуткая необразованность и неумение ориентироваться в реалиях окружающего мира временами заставляла мою прекрасную подругу хвататься за голову. По ее мнению, такие, как я, должны погибать еще в колыбели, заблудившись в пеленках.

И во многом она была права. Мельс — свободный город магов. Мы не подчиняемся ни одному из окрестных монархов, хотя сотрудничаем со всеми. Причем в основном частным образом. Чаще всего договор заключается между конкретным специалистом и конкретным нанимателем. О чем угодно, от лечения геммороя до вызова демона. При таком подходе, бардак в городе царит полный! Особенно это, конечно, касается боевых магов, способных запросто оказаться по разные стороны линии фронта с друзьями и любимыми. Видимо, поэтому они так редко вступают в браки. Даже с представителями других направлений. На всякий случай…

Единственное, в чем Магический Совет непримирим, так это в соблюдении заключенных договоров. Магов — мошенников просто не бывает! Отступники караются на месте, причем наказание всегда одно. Смерть.

Ну, и есть еще Великие Правила. Эдакий себе свод законов, где говориться, за какие заказы браться нельзя ни в коем случае, из-за опасности разрушить этот мир ко всем демонам!

Вот примерно таким образом Мельс представлен на арене международной политики. И лично мне этого всегда хватало. В отличие от Томы, всю свою сознательную жизнь проторчавшую у ступеней трона одного из самых крупных и влиятельных монархов на континенте.

— Мам, да не волнуйся ты так! — отошедший от обиды Торвальд оторвался от игры в кости с Туром, дабы посочувствовать страдающей матери, — она же опытный боец! Что может случиться?

— Видел бы ты, что с этим «опытным бойцом» уже случалось! Еще один такой раз, и ты лишишься матери окончательно, потому как я скончаюсь от ужаса!

— А что с ней случалось? — Тур отвлекся от костей, со своим неизменным любопытством бросаясь выяснять очередную страницу биографии любимой хозяйки, — и как вы вообще познакомились?