Девоптицы
Шрифт:
Взялись храбрецы за руки, кивнули друг другу и шагнули вперёд. Дымка окутала их, кожу закололи десятки иголочек.
Опомнились друзья в незнакомом месте, напоминающем длинный белый коридор с множеством дверей. Одна из них вдруг заискрилась, превращаясь в радужную арку.
— С чем прибыли вы к Вратам Древних? — послышался чей-то нежный красивый голос. Воители сразу сообразили, что принадлежать он должен Творцу или его посланнику. И как разговаривать с богами?
Поклонились друзья в ту сторону, откуда слышался прекрасные переливы, похожие на пение райских птиц (именно так им виделось в снах, которые наутро забывались, а сейчас воскресли в памяти, точно по волшебству).
— Выслушайте
— Лишь достойный способен попасть в Мир Изначальный, — пояснила невидимая собеседница. — Ни разу за несколько сотен лет ни одному смертному не доводилось попасть к нам и удостоиться чести быть выслушанным.
— Мы готовы даже к тысяче испытаний, — кивнул оборотень. — Однако, разве это честно? Мы страдаем по вашей вине. За какие грехи караете?
— Вообще-то, изначально, отправили к вам Тайных с тем, чтобы они берегли ваш изумительный мир, защищали его, несли счастье и радость, — смущённо продолжил ангельский голосок. — Но с посланцами что-то случилось, они полностью изменились, стали злыми, завистливыми, заразились властолюбием. Возможно, оттого, что вы все сочли их богами, молились истово и подносили дары. Тяжко осознавать, что ты совсем не тот, за кого принимают. Всего лишь наёмные управители, немногим могущественнее подчинённых. Те, кого могут сменить или уничтожить в любой момент. Нет такого тиуна, что не мечтал бы стать дворянином. Задавались предатели вопросом: чем они хуже Древних? Разве не наделены безграничным могуществом, практически бессмертны, имеют собственных последователей. Осталось лишь сделать шаг вперёд и подняться на высшую ступень. Артефакты драконов могли помочь в этом.
— Так исправьте свою ошибку, — горячо воскликнул Дар. — Заберите своих посланцев или дайте оружие, с помощью которого их одолеть можно, умоляем!
— Не всё так просто, — задумался Посланец. — Мы-то создавали добрых Хранителей, оттого сделали так, что им никто не сможет навредить. Лишь когда поняли, ЧТО натворили, попытались решить проблему. Как думаете, отчего ваш колдун позволил двум врагам добраться так далеко? Ему нужно наше оружие, чтобы устранить других Тайных и стать единственным божеством.
— Так дайте нам больше силы на время, чтобы смогли одолеть преступника, — взмолился Орлиан. — А после отберёте, дабы не сошли с ума и, в свою очередь, не заделались завоевателями.
Несколько минут продолжалось молчание, которое резало уши наших героев, заставляя оглядываться по сторонам. Но вокруг ничего не менялось, только арка начала искриться сильнее, вспыхивая то в одном месте, то в другом, причём всполохи менялись в определённой последовательности: синий, голубой, розовый. А затем все цвета смешались, стараясь перекрыть друг друга.
— Спорят, — проронил Дар.
— Интересно, что придумают, — продолжил Ориан.
Наконец арка вновь стала прежней, потом стала сиять меньше, вскоре свет от неё пропал, только контур еле мерцал. Коридор утонул в темноте, только пол возле Врат призывно засветился. Вскоре на светлом квадрате появилась призрачная фигура с яркими глазами цвета льда. Эти глаза смотрели прямо в душу воинов.
— Вам уже сказали, что лишь достойный способен попасть в Мир Изначальный. Только тот, кто чист душой и имеет любящее сердце. Любой другой погибнет или будет странствовать между мирами вечно. Вы готовы?
Друзья переглянулись и в два голоса заявили:
— Победа или смерть!
Тотчас
подул в спину сильный порыв ветра, подталкивая дивинов к Вратам.ГЛАВА 19
Однако пришла пора временно оставить нашу пару храбрецов и вернуться к их боевым подругам. Увы, порадовать любимых читателей нам решительно нечем. Сама крепость после чудовищного взрыва просто перестала существовать. Многоножка, прибывшая с армией хищных тварей, быстро разметала развалины и наскоро наваленные баррикады, разрыла тоннели.
Сколь ни храбры были её защитники, против такого количества врагов решительно ничего не могли поделать. На каждого воина приходилось десятка по два монстров. Несчастных просто смели и повязали всех, кого смогли. Единицы сумели сбежать через потайные норы.
К счастью, в планы колдуна вовсе не входило убивать полезных воителей и слуг. Технику превращения обычных существ в карликов он отработал на царице Киме. Зачем лишать жизни тех, кто может стать против воли твоим верным рабом? И разум пленникам никто оставлять не собирался.
Сестры единственные остались самими собой, их лишь заковали в зачарованные кандалы, не позволявшие даже двигаться, поместили в клетку и повезли к будущему мужу. Красавицам оставалось оплакивать горькую судьбу и молиться, чтобы возлюбленные уцелели и победили злодея, пока не стало слишком поздно.
Кама рыдала сильнее сестры, так горько, что добросердечная старшая, позабыв о себе, начала её успокаивать:
— Мы выкрутимся, обещаю! Потерпи!
— Да что ты понимаешь? — простонала младшенькая. — Подумаешь, бед изведала, карлицей побыла, мне-то куда хуже пришлось. Сказать по чести, ангелом никогда не была, и ту чёртову карлицу пригласила жить в замке от чистого сердца, поддавшись на слова льстивые, а дальше такое началось, как вспомню, сердце замирает. Уверена, что-то в еду или питьё подмешивали регулярно, ибо мир вдруг утратил все краски. Ничто более не радовало, наоборот, раздражало, злило, бесило. Зависть терзала, подобно монстру. Стоило увидеть у кого что-то чуть капельку лучше, чем у меня, пробуждались ярость и ненависть, ни спать не могла, ни есть, ни сидеть, ни лежать. Пока не завладею, успокоиться не могла. А как получу, вроде и не надо уже. Оттого помогла тебя свергнуть, на трон села и Ориана заполучить мечтала.
— Единственным лучиком света в этой бесконечной мгле оказался тот мальчик — царевич Рад. Увидела его и как ударило что-то, на миг даже ослепла, развеялись тучи чёрные над головой и небо стало из серого голубым. Думаешь, только по приказу карликов сделала начальником стражи? Нет, желала видеть подле себя постоянно. И лишь когда Орлиан прибыл, забыла на пару дней о горлиане. Как представила, сколько боли тебе смогу причинить, соблазнив его, от радости едва не свихнулась. Только перевёртыш оказался стойким, даже духи с афродизиаками не помогли. Один крошечный поцелуй — всё, что сумела похитить. И сбежал прочь немедленно. Не знаю, что в тебе такого нашел?
— Красота моя та же, искусство в играх любовных выше многократно, а возбуждаю меньше? Не поверишь, вместе с яростью почувствовала и… облегчение. Даже травить негодника не стала, как собиралась вначале. А потом уже и возможности не представилось. А потом карликов отловили, мне же легче не стало, наоборот. Первые несколько часов болело всё, даже кожа, желудок выворачивало наизнанку, во рту пересохло, сердце колотилось, как бешенное — ломка, видимо началась. Думала, не выживу, но так разозлилась на весь мир, что выдержала, не поддалась. Но после как будто к жизни вернулась. Цвета, запахи, вкус? как, оказывается, их не хватало! И главное, больше ничто не злило. Весь день радовалась, как птичка, пока не пробудилась давно умершая совесть.