Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Действительно.
Амэ не нравилось ее поведение. Она вела себя как императрица, которой можно все. И пусть Бенихиме - жена Главы Рода Имубэ, мама ведь наследная принцесса и социальный статус у нее выше. Так почему Амако не ставила ее на место?
– Какая красота, - восхитилась женщина, от ее близости и тяжелых духов Амэ задыхался, но продолжал вежливо улыбаться, боясь вмешиваться, толком не разобравшись в ситуации.
– Будет жаль, если она угаснет.
– Ей только семнадцать, - недовольно отозвалась Амако.
– Ей пока это не грозит.
– Красота цветет не долго, и угасает слишком стремительно.
Бенихиме шагнула прочь от Амэ. Тот невольно перевел дыхание.
–
– Я знаю секрет, как ее сохранить, - самодовольно отозвалась госпожа Имубэ.
– Могу подсказать. Хочешь?
Амэ поднес к лицу руку, закрываясь широким рукавом кимоно. Это покажет его скромность и уважение к старшим.
– Ничего ты ей подсказывать не станешь!
– вмешалась Амако.
– Амэ еще слишком молода для твоих игр!
Бенихиме засмеялась, и юноше показалось, что кровь стынет в жилах.
– Ты смеешь мне перечить?
– осведомилась она, явно разозлившись. Ее речь была четкой, она чеканила каждое слово, и в голосе звучал металл.
В ответ Амако вздернула подбородок.
Женщины некоторое время сверлили друг друга взглядами. Напряжение повисло такое, хоть ножом режь. В какой-то момент Амэ стало казаться, что они набросятся друг на друга. Амако смотрела с неприкрытой ненавистью во взгляде, а Бенихиме злилась и некрасиво кривила накрашенные алым губы. Сейчас она казалась едва ли не уродливой, ядовитой гадюкой, и не вызывала ничего, кроме отвращения. Амэ хотелось, чтобы она убралась из их дома, чтобы не пачкала ничего одним своим присутствием.
– Я смею тебе перечить!
– нарушила тишину Амако.
– Потому что я - наследная принцесса древнего и уважаемого рода. А ты - никто!
– Значит, ты отрекаешься?
– прошипела Бенихиме.
– Отрекаюсь, - подтвердила Амако.
– Ни мне, ни моей дочери не нужно то, что ты предлагаешь.
Мать Кунимити бросила на Амэ заинтересованный взгляд.
– Род Имубэ и род Сарумэ связаны много веков подряд… И ты хочешь разорвать эту связь?
– Поправь меня, если я ошибаюсь: наследным принцем является Кунимити, и он давно дал понять, что под твое влияние попадать не собирается!
– возразила мать.
Амэ не нравилась улыбка Бенихиме, слишком уж самодовольной она была. Ему не нравился ее взгляд - в нем горело торжество.
– Так ты еще не в курсе последних новостей, да? На днях из Академии Аши пришел приказ, подписанный самим Хатиманом, о том, что вместо Кунимити наследницей рода следует назначить мою дорогую Каору… - Бенихиме сделала эффектную паузу, чтобы смысл ее слов дошел до всех присутствующих.
Сказать, что Амэ был поражен, - это ничего не сказать. В голове роилось столько вопросов, что казалось, она вот-вот не выдержит и лопнет. Кунимити, этот оболтус, йокай его побери, больше не наследный принц! Рихард… что он там думает?
– Пусть так, - решительно произнесла Амако.
– Но от своего решения я не отступлюсь!
– Потом не плачь, и прощения не проси!
– прошипела Бенихиме и, круто развернувшись, гордо покинула комнату.
Несколько минут стояла гробовая тишина. Амэ боялся пошевелиться или посмотреть на мать. Он боялся увидеть тот самый взгляд, который говорит о приближении приступа сумасшествия. Наконец, застывшая, точно истукан, Амако пошевелилась и взглянула на Амэ. Тот несмело поднял голову.
– Иди в свою комнату, - приказала она.
Было бы сейчас сущим самоубийством перечить матери, поэтому юноша спешно подобрал полы кимоно и помчался к себе. Оттуда, где находилась Амако, послышался звон бьющийся посуды
и треск.Сидеть в своей комнате и ничего не делать, было выше сил Амэ. Любопытство, подстегнутое посещением Бенихиме, распирало юношу, он с трудом сдерживал себя, чтобы не выскочить на улицу и не побежать искать Кунимити, дабы прояснить происходящее. Но нужно было подождать, пока мама успокоится, и только тогда выходить. К сожалению, здравый смысл и терпение - вещи разные, но первый все же крепко держал Амэ в пределах комнаты, а отсутствие второго заставляло метаться, точно зверю в клетке.
Итак, как Амэ и Кунимити встретиться? Отправлять записку с просьбой о рандеву нельзя: слишком подозрительно и неприлично. Остается только один выход - добраться до него через кого-то из братьев. Канске дома не было, зато Макетаро отсыпался после очередной буйной попойки. Его-то и стоит потеребить.
Амэ остановился и, задержав дыхание, прислушался. Голоса Амако слышно не было, пожалуй, стоило выйти в разведку. Осторожно раздвинув фусума, юноша высунул голову в коридор и воровато огляделся. У комнаты Амако дежурил старик Седзиро. Он сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Его глаза были прикрыты. По ровному дыханию Амэ понял, что старик задремал, и если ступать осторожно и тихо, то можно сбежать незамеченным. Главное, чтобы в этот момент не заворочалась Амако. Старик всегда просыпался, стоило наследной принцессе издать какой-нибудь звук. Этим Седзиро напоминал Амэ беспокойную мамашу, которая пробудится сразу, как только ее дитятя откроет глаза.
Юноша осторожно прокрался по коридору, спустился вниз по лестнице. Его путь лежал в другой конец дома, где находились спальни братьев.
Макетаро спал шумно. Он лежал на спине с приоткрытым ртом и похрапывал. По всей комнате распространился резкий запах перегара, который заставил Амэ скривиться и мысленно пообещать провести беседу с братом о вреде саке.
Так, половина дела сделана, осталось только разбудить Макетаро.
Амэ решительно приблизился к футону, и, опустившись на колени, потянулся к лицу и зажал брату нос. Тот зафыркал, замотал головой, вырываясь, но не проснулся. Брат просто перевернулся на бок, едва не зацепив Амэ конечностями. Юноша успел отклониться и как следствие - выпустил зажатый нос из пальцев. Макетаро почавкал и продолжил дрыхнуть мирным пьяным сном. Амэ тяжело вздохнул и принялся трясти брата за плечи, чуть приподняв.
– А? Что ты от меня хочешь, красотка?
– протянул Макетаро, приоткрыв глаза.
– Просыпайся, олух! Иначе я за себя не ручаюсь!
В подтверждение своих слов Амэ хорошенько встряхнул брата.
– Амэ?
– немного удивленно.
– А ты кого здесь увидеть хотел?
– зло огрызнулся тот и толкнул Макетаро вниз. Тот упал на футон и застонал, ведь чувствительно приложился буйной головой. Наблюдая за мучениями брата, Амэ ощущал некоторое удовлетворение.
– Что ты здесь делаешь?
– тихо спросил Макетаро. Его язык все еще плохо слушался.
– Очень хороший вопрос, - Амэ сверкнул глазами.
– В кои то веки мне понадобилась твоя помощь.
Макетаро так удивился сказанному, что поднялся, болезненно кривясь, и шумно почесал подбородок, заросший щетиной.
– И какая же?
– Мне срочно нужно увидеться с Кунимити.
Брат долгое время смотрел на Амэ, будто пытаясь решить, шутит он или все-таки говорит правду.
– Забудь об этом.
А вот это интересно.
– Почему?
– Он в запое уже три дня. Не просыхает. Я сначала с ним пил, а потом решил, что больше не могу, и сбежал.