Дети за куполом
Шрифт:
Строй «прорыв-три»… Фронт, барьеры снять — удар! Барьер!
Наседавших спереди ренов раскидало в стороны. По бокам отряд трясло от разрозненных ударов, но против слаженной защиты молодых форсов они были бесполезны. Марк с удовольствием подумал, что сорок дней совместных тренировок определённо не прошли даром: вон и Талат с Камайлой выполняют команды чётко и сосредоточенно.
— Ты придурок, нотт! — неожиданно прорезал шум-гам чей-то мощный голос. — Зачем детей с собой притащил?
Роквел, механик, — прошелестело
Марку очень хотелось посмотреть, как старшие провернут эту штуку, но с противоположного фланга, где он держал барьер, как раз посыпались атаки одна за другой, и отвлечься не получилось. Когда же удалось наконец повернуть голову, несчастный Роквел уже болтался между Пантелом и Изкором в полубессознательном состоянии.
Потом они вырвались из тесного переулка на площадь, и внезапно стало спокойней. Кругом по-прежнему было полно народу, но никто больше на них не бросался — напротив, рены с готовностью расступались, завидев отряд в чёрной форме.
— Марс! — выкрикнул Ортей, продираясь ближе к вышке, к форсам в оцеплении. — Примите пленного!
— Чёрт, Орт! — чернобородый, свирепого вида аргент обернулся, сверля нотта взглядом. — Где тебя носит? Это ещё что за кадр? Миса, возьми.
— Предводитель буйных механиков. Наверное, — отозвался Ортей, наблюдая, как тщедушная с виду альба подхватывает из рук Изкора пленника, а лишь тот начинает вяло сопротивляться, отвешивает ему неслабую оплеуху. — А где лидеры?
— Наш и альтер здесь, в башне, — рен, названный Марсом, цепко обежал отряд за спиной нотта, задержался взглядом на Марке. — Что-то решают вместе с аврами. Остальные, как я понимаю, пытаются навести порядок у себя в секторах… Слышал уже, что Ликтор выкинул?
— Объявил себя альтерлидером, — буркнул Ортей, не глядя на собеседника. — А своего лизоблюда Вартека — лидером Форсы.
— Странно, да? — произнёс аргент так тихо, что Марк едва расслышал сквозь окружающий шум. — Не то чтобы мы не ожидали… Но всё равно — вместо того чтобы объединиться перед лицом общего врага, рены сразу же перегрызлись между собой, как последние… — он осёкся, глянув на застывших рядом студентов.
Корды, — любезно закончил за него Ортей, не открывая рта.
***
Куратор был прав — народу всё прибывало. Настроение толпы из пассивно-недовольного постепенно менялось на агрессивное. Марк подумал, что попади он в такую заварушку всего несколько пятидневий назад, моментально грохнулся бы в обморок. Теперь же он вполне сносно умел ограждаться (спасибо Ортею), знал, что делать в случае, если не успеет (спасибо наставнице) — да и вообще уже привык к толпам неспокойных ренов вокруг.
Пятая и шестая семьи заняли места во второй шеренге, позади подчинённых аргента Марса — полное имя Марк так и не узнал, не было времени на церемонии. Проходящий мимо авр резко остановился, разглядев форму атров и рубров, но лишь поинтересовался, под чьим они командованием, и зашагал дальше.
Некоторое время
спустя на площадке третьего яруса башни показались лидеры. Сначала пытался говорить альтер, глава всей короны. Его негромкий, усиленный звукачом старческий голос разносился по площади, вызывая лишь негодующие выкрики. Странно — старика в короне, как всегда казалось Марку, все любили.Вкрадчивая речь лидера Форсы, понёсшаяся следом, заставила сборище примолкнуть, но лишь на несколько мгновений. Затем толпа разразилась яростными выкриками. Ещё более странно, подумал Марк, прекрасно помнивший гипнотический эффект голоса и взгляда лидера.
Неужели всё так плохо? Чего они, молодые студенты-форсы, не знают, в чём не разбираются? Не могли же все эти люди прийти сюда просто так и без причины рваться в бой с действующей властью?
А что, если они правы? Что, если руководство короны и впрямь забрело в тупик, а Марк принял не ту сторону, поддавшись убедительным речам лидера и Ортея?
Он растерянно огляделся, словно только сейчас увидев себя со стороны, в плотной двойной шеренге, окружившей несчастную центральную вышку, посреди кучки форсов, спрятавших за своими спинами лидеров и их авров. Столкнулся взглядом с Кариной. Та подняла брови, заметив его растерянное выражение лица, легонько пихнула его плечом. Покачала головой, словно прочитав его мысли: ты неправ, мы всё делаем верно.
Чуть дальше повернул к нему лицо Ортей. Вспомни, что он сказал, — раздалось в голове у Марка. — Просто вспомни — на том складе, когда попался Вад…
Марк тряхнул головой, словно пытаясь вытрясти оттуда мысленный голос старшего. Он помнил. Самый безопасный путь, брешь в корабле, меньшее из зол. Но одно дело — кучка разномастных студентов, заперевшихся на складе, чтобы почесать языками, а другое — половина жителей короны, в ярости размахивающая кулаками… Точно ли это тот самый безопасный путь?
Будто в поисках помощи, Марк принялся перебегать взглядом от одного форса в оцеплении к другому. И то, что он видел, неприятно его удивляло.
Они сомневались. Чёрт побери, да они почти все сомневались, на той ли они стороне!..
***
По сравнению с долгим, утомительным ожиданием, всё произошло быстро. Чересчур быстро.
Крики послышались со стороны бульвара, ведущего в Серву. Но так и не утихли — наоборот, приблизились, распространились, и стало понятно, что на сей раз это радостные, приветственные возгласы.
Толпа стремительно расступалась, давая дорогу тем, кто двигался к вышке. Форсы в оцеплении резво возвели барьеры, и буквально сразу же на эти барьеры обрушился шквал ударов. Марк едва устоял на ногах.
— Ликтор, — проорал Ортей, обращаясь к обеим семьям. — Собственной персоной!
Марк вытянул шею, пытаясь сквозь дрожащий от ударов воздух разглядеть легендарного авра. Стыдно признаться, но он никогда не видел его вживую — зато слышал, пожалуй, достаточно: дерзкий, острый на язык, не по возрасту подвижный, Ликтор не упускал ни единой возможности во всеуслышание поспорить с лидером. Самые яркие отрывки подобных споров передавались из уст в уста (беспощадно перевираемые) среди школьников.