Чтение онлайн

И море покорно легко у моих ног.

... покой, пустота и смерть.

Что-то с шорохом опустилось сверху, накрыло голову, и какой-то человек принялся вытирать мне лицо платком, придерживая за плечи. Я с недоумением следил, как белая ткань быстро становится красной, и как собственные пальцы трясутся от холода, пытаясь поправить соскальзывающий плащ. Море до самого горизонта застыло, словно в полный штиль, и в зеркальной поверхности отражались темно-синие тучи. Ровную гладь нарушали только следы от катеров: рыбаки уже покинули тонущий корабль, и до берега им оставалось всего ничего.

– Это было слишком, магистр, - резко повторил

Эршен, но Шеннейр лишь рассмеялся, останавливаясь рядом с нами:

– Видите? Все просто.

Я молча посмотрел на него, а потом равнодушно соскользнул дальше, окутывая столпившихся на пристани людей уверенностью и спокойствием. Все хорошо... все будет хорошо. Слабое удивление с трудом пробилось сквозь пелену, призывая неохотно повернуть голову.

Море с шорохом отступало от берега, быстро обнажая каменистое дно. Издалека донесся слабый гул, и на границе воды и неба появилась темная, стремительно приближающаяся полоса.

– ...вы все умеете.

– Теперь я умею вызывать цунами?
– озадачился я. Хорошо, что магия еще действовала, мешая людям вновь запаниковать, так что они просто стояли и пялились вперед. Плохо, что у меня совсем не осталось сил, даже на то, чтобы обрадоваться или испугаться.
– Но, темный магистр, вопрос к вам. Бежать некуда, но вы же всех спасете?

***

...Мутные ручьи бурлили между домами и стекали обратно в море, унося с собой листья, ветки и прочий сор. Где-то вышибло стекла, где-то ободрало крышу и залило подвалы, и пасторальная Олива разом посмурнела, являя типичное зрелище городка, который не в добрый час посетили маги.

Хотя, если сравнивать с остальными примерами, от которых оставались груда обгорелых обломков, маги крайне вежливые и мирные. Раньше бы сказали, что море разгневалось, не получив жертву, но, скорее всего, волна стала ответной реакцией на магическое вмешательство. Поменялся ветер, поменялись течения, где-то потоки разомкнулись, где-то сместились, и вот результат. Светлые останавливали шторма только в крайнем случае, предпочитая уводить в сторону еще на этапе зарождения. Но Шеннейр и не собирался усмирять шторм, равно как кого-то спасать.

Стихия ударила о щиты, снесла их начисто и, порядком ослабленная, задела город лишь краем. Остатки черных башен уныло торчали из пены, внося в сердца жителей разлад и печаль, и люди уже потихоньку собирали вещи и уходили к холмам. Если защита не выдержала одну волну, скажем честно, не самую высокую, то первый же осенний шторм сотрет Оливу со всех карт. Мне было удивительно, что нас не пытались обвинить; может быть, они понимали, что такова цена за спасенные жизни. Или боялись злить темного магистра, который в отместку за неблагодарность мог утопить рыбаков обратно.

Он и так был слегка на взводе, когда забрал попавшийся под руку катер и умчался к волноломам, не дожидаясь, пока море успокоится. Хотя, на мой взгляд, там уже нечего было восстанавливать, но заниматься этим все равно придется темной гильдии. Что ж, такова их судьба.

– ...Кэрэ! Тсо Кэрэ!

Я обошел груду водорослей, скрипящих под ногами, и свернул в переулок, по направлению к беспорядочным крикам, в которых звучал страх.

Этот уголок берега выглядел печально, но оживленно. Люди толпились на одном пятачке, нерешительно тыкая палками и гарпунами во что-то темное, похожее на чернильное пятно с белыми пятнышками у глаз. Волна выкинула

на берег маленькую островную акулу; на матовой коже уже виднелись кровоточащие ранки, но глупая рыба только беспомощно раздувала жабры, не торопясь прыгать на мучителей. А окружающие так ждали.

– Близко подобрались, - сплюнул мой сосед и повернулся ко мне, явно ища поддержки. В море уже мелькали хищные черные плавники, подбираясь все ближе и ближе.
– Ишь, злятся, что ничего не досталось. Чтоб вы подавились, колдовские твари...

Я молча оттолкнул гарпуны и поднял гладкое тело с песка.

Рыбина оказалась хоть и маленькой, но тяжелой, гладкой и неудобной. Детеныш; взрослую было бы не утащить. Счастье еще, что не пыталась дергаться и залепить мне плавником, усыпленная целительной магией. Я еле доволок эту тушу до воды, не успокоившись, пока не забрел по пояс, и только тогда опустил ее в волны.

Ветер доносил с берега обрывки криков. Острые плавники закружили рядом, задевая ноги; старшие толкали мелкоту дальше от берега, окутывая волнами симпатии и радости, а потом потащили за собой, быстро скрывшись за мысом. Островные акулы - хорошие эмпаты. Они всегда сбиваются в стаи.

– Нужны вы им, - я отвернулся и устало побрел на сушу. Люди стояли молча, опустив гарпуны, и я надеялся, что меня хотя бы не утопят, как колдуна.

Что примечательно, не утопили. Странных событий в моей жизни становилось все больше.

– М-магистр!
– вместо жаждущей крови толпы на пирс выбрался человек в форме служащего городской управы - блеклый, светлоглазый и светловолосый. От удивления, что меня даже не покусали, он позабыл, что хотел сказать, вместо этого брякнув: - В-вы с островов?

– Маро Раэта, - я неохотно кивнул, признавая земляка. Неудивительно. На побережье нас множество: дети смешанных браков и беженцы, особенно беженцы.

В глазах собеседника сверкнула радость:

– Это тот, который ушел под воду? Я с Киину, нас вывезли, когда началось извержение... А вы - наследник самого Ишенги?

Я вздрогнул и вновь кивнул. Фактически, это было так.

Встретиться с сородичем оказалось неожиданно приятно, как и слушать почти позабытый мягкий акцент. К нам присоединились какие-то люди, спрашивающие, далеко ли уплыли акулы и скоро ли придет новая волна, глава Оливы, живо интересовавшийся, зачем сюда понаехало столько магов, капитан с разбившегося кораблика, неожиданно решивший сказать спасибо, и вихрь беседы затянул в себя, даря слабое ощущение жизни.

Обитатели Оливы собирались устроить палаточный лагерь на холмах, и я поневоле почувствовал вину. Если бы щиты рухнули потом, то без жертв бы не обошлось, но рухнули-то они сейчас. Скоро сезон штормов, а значит, дожди, холод и болезни, а местный глава - далеко не Норман, который способен столицу переселить за неделю.

Внезапная идея становилась все более и более привлекательной. Зачем мудрить, если рядом есть почти готовое убежище, рассчитанное на долговременное проживание людей?

– Лорд Норман рядом ничего не строит?

Собеседники переглянулись, разом помрачнев, и глава Оливы, мэр Конрад, наконец выдавил:

– Этот... строит.

– Мы строим, - со скрытым протестом буркнул капитан.
– Сами себе тюрьмы.

На него посмотрели косо, даже отодвинулись, но не возразили.

– Какие тюрьмы?
– переспросил я, наткнувшись на всеобщее молчание, пока выходец с островного Киину не пояснил грустное: