Демон снов
Шрифт:
— Я убью тебя! — с ненавистью прошептала девушка, вспомнив, как крал их скудные запасы пищи Хумаз, как трусливо поджимал он хвост всякий раз, когда подозрение падало на него.
— Так убей,— расхохотался степняк,— ты собираешься свернуть мне шею? А может быть, ты надеешься на чары своего глупого шаймана, чье место в желудке Сета? Он не поможет тебе!
Раньше Хумаз разговаривал не так.
Оружие. Нужно хоть какое-то оружие. За спиной Сони болтался бесполезный лук, кинжал по-прежнему был прижат к полу ногой Хумаза, а собравшиеся в пещере зрители и не думали хоть чем-нибудь помочь. «Я знаю, почему горный народ так мал,— вдруг подумала девушка,— интересно, сколько их погибло, сражаясь один на один, когда прочие наслаждались зрелищем битвы?» Она покосилась на стоящего у выхода
— Держи! — Хобр метнул Соне копье, но рука Хумаза проворно сцапала его в воздухе, а еще через мгновение копье просвистело над головой Сони и, ударившись о камень, переломилось пополам.
Пещера ахнула.
Прокатившись по полу Соня сбила с ног не ожидавшего столь наглого нападения степняка, а когда он попытался дотянуться до девушки мечом, она ловко перехватила руку и впилась зубами в сжимающие рукоять пальцы. Может быть, демон и не чувствовал боли, но тело Хумаза чувствовало. Пальцы разжались, меч выпал. Соня изо всех сил лягнула степняка коленом в жирное брюхо. Облапив девушку, Хумаз навалился на нее всем телом, и они покатились по каменному полу прямо на зрителей. Раздался истошный визг. Как раз в этот момент Соня была наверху и тянулась пальцами к глазам противника, которые пылали в темноте, как раскаленные угли. Смрадный запах, шедший изо рта Хумаза, привел девушку в исступление. Теперь она окончательно поняла, что перед ней лишь оболочка: степняк сгнил, как трухлявый пень, но демон, который жил внутри, мешал несчастному умереть.
— Я… Я тебе помогу,— прошептала она, чувствуя, что еще немного, и железные клещи Хумат за разорвут ее в клочья.
— Мне?
— Тебе,— прохрипела Соня, добравшись-таки до горящего глаза и надавив на него с такой силой, что в лицо ей брызнула вонючая жидкость. Хумаз взвыл. Железные клещи разжались. Девушка скатилась с жирного тела и в два прыжка добралась до лежащего на каменном полу меча. Тут же подобрала и кинжал. С мечом в одной руке и кинжалом в другой Соня почувствовала себя увереннее. Но и Хумаз уже успел подняться с пола и прихватить обломок копья. Его тело странно раздалось вширь, плечи сгорбились, ступни ног все больше походили на лапы огромного зверя. Человеческая кожа лохмотьями сползала с прорастающего сквозь нее демона. «А мне сказали, демон появится, когда я убью Хумаза»,— подумала девушка, косясь на шаймана, который раскачивался из стороны в сторону и, как обычно, что-то бормотал. Шайман раскачивался, а Хумаз все больше терял человеческое обличье. Может быть, действовало заклинание? Или, потеряв глаз, демон разъярился так, что оказался не в силах удержать себя в человеческом теле? И то и другое было вероятно. Во всяком случае, оберег, о котором говорил шайман, уже не имел силы, и Соня со злорадством видела, как перепуган маленький пещерный народец. Люди вжимались в каменные стены, некоторые вскарабкались на потолок и теперь висели вниз головой, напоминая больших летучих мышей. Женщины с визгом бежали к выходу мимо когтистых лап. «Глупо»,— подумала девушка, и в тоже мгновение лапа демона гор отшвырнула бегущих к стене. Два или три тела остались лежать на полу без движения, остальные замерли, глядя на чудовище, которое, казалось, потеряло к ним всякий интерес. Не интересовала его и Соня.
Демон смотрел на Хобра. Воин стоял перед его раскрытой пастью и держал на руках сморщенное тело Тисы.
— Возьми! — громко сказал он и бросил тело прямо в морду зверю.
— Отец! — невесть откуда выскочил невысокий юноша с копьем в руке, ткнул им в оскаленную пасть, схватил за ногу свою мертвую возлюбленную и попытался утащить ее за собой, но лапа демона плотно прижала щуплое тельце к камням.
— Возьми их! — Юноша показал на убитых демоном женщин.— Зачем тебе Тиса, когда ты можешь выбрать любую, возьми их,— умолял он, между тем как клыкастая морда все ближе склонялась к нему. Но юноша, казалось, не замечал демона, он видел лишь мертвую возлюбленную и… Соню.
Их взгляды встретились.
— Это все из-за тебя! — с ненавистью крикнул Квансуф. («И этого юнца мне пророчили в мужья? Да как он смел
лизать мою пятку?» — подумала Соня.) — Ты должна была просто отрубить ему голову! Но ты разбудила его злость. Я убью тебя! — взвизгнул Квансуф и, выпустив ногу возлюбленной, вновь ухватился за копье. Щелкнули огромные клыки, ноги бедняги взлетели в воздух. Б следующее мгновение он целиком исчез в пасти демона. Вместе с копьем.— Свершилось! Квансуф обрел тело! — крикнул визгливый бабский голос под самым ухом Сони.
Тело? Девушка усмехнулась. Что ж, если так, то Квансуфу крупно повезло.
— О! Великий Махти, Квансуф обрел тело,— провозгласило еще несколько испуганных голосов, и к, своему изумлению, девушка увидела, как отпущенное чудовищем тельце Тисы вдруг вздрогнуло, повело рукой по каменному полу, словно Тиса была слепа, нащупало коготь демона, погладило его ладонью, пытаясь понять, что это…
— Великий Махти! — в тон остальным пробормотала Соня. Неужели рассказ Хобра о том, что для обретения нового тела ей нужно сунуть голову в пасть демона, оказался правдой?
Наверное, Тиса и в самом деле была прекрасна, так как ее пробуждение разбудило и находящихся в пещере воинов. Только теперь они вспомнили, что у них есть оружие, а все разрастающееся чудовище грозит заполнить собой небольшую пещерку и если не разорвать в клочья, то раздавить находящихся в пещере людей. Сразу несколько копий вонзилось в кожистый бок демону, не причинив ему никакого вреда. Уже не человеческая голова издала страшный рык и обратила свой взор на Хобра.
— Нет!
Воин побледнел и, начертив ладонью обороняющий знак, отступил к выходу. Демон снова угрожающе зарычал. Сидящая у его ног Тиса заплакала. Увидев это, Хобр бросился к ней, схватил за руку и поволок к выходу, уже не желая участвовать в схватке, а желая лишь одного — бежать. «Самое время»,— презрительно подумала Соня. Уже не раз в своей жизни она видела, как давали деру записные красавцы и храбрецы. По крайней мере Хобра можно было понять. Он спасал сына. Или теперь уже дочь?
Страшный скрежет заставил девушку вздрогнуть. Разорвав тигриную спину чудовища, взметнулись в разные стороны два гигантских крыла. Они были настолько велики, что ударились о потолок. Подогнув их, демон начал неуклюже поворачиваться, сметая крыльями облепивший стены народец.
— Бежим,— Кто-то дернул девушку за рукав. Обернувшись, она увидела Зуриаба,— Скорее! — крикнул воин.— Айри сказал, бесполезно драться с Демоном Гор. Демон умирает, а потом возвращается вновь. Я развязал веревки. Пещерным тварям не до нас. Пора.
— Бежим,— услышала Соня запыхавшийся голос Заира,— эта тварь растет так быстро, что скоро мы не сможем пробраться к выходу. Мы попросту застрянем…
— Уже,— хрипло прохрипел позади него шайман.
Все трое обернулись на крик.
Шайман был намертво прижат к стене кожистым брюхом и тщетно пытался отодвинуть его от себя хотя бы на дюйм. Лицо Айри побагровело с натуги, он отчаянно пыхтел, с толстых губ его сбегала слюна.
— Так тебе и надо,— проворчал, упираясь спиной в стену, а руками в мерзкое брюхо, Зуриаб,— по крайней мере он выдавит из тебя украденное мясо.
— И птейонскую дыню,— злорадно добавил, впрягаясь в работу, Заир. Брюхо не поддавалось. Оно мерно подрагивало — по всей видимости, переваривало только что съеденного Квансуфа.
— Не так!
Соня взмахнула мечом и ткнула чудовище в живот. Брюхо оказалось на удивление мягким. С хрустом разошлась кожа, рука с клинком чуть ли не по локоть ушла в толстый слой жира. «Пф!» — Из внутренностей демона пахнуло падалью, и на Соню полилась черная, воняющая тиной и тухлятиной кровь.
— Вылез?
Плюясь во все стороны и поминая Сета, Айри выбрался из-под мерзкого брюха и, поскальзываясь на растекшейся по полу крови, побежал к выходу. Заир бросился за ним. Невесть откуда выскочил Рахмат:
— Куда?
— К Сету,— указал на сверкающие пятки шаймана Зуриаб.
Они выбрались из пещеры и по темному ходу побежали туда, где, как им казалось, слышался шум водопада.
— Здесь только что был маг,— на бегу рассказывала Соня,— он пугал волком и не советовал ходить по дороге теней. Он даже убил того, кто не поверил ему.