Чтение онлайн

Когда к вечеру народ подтягивался к Джетбару, я выдержал паузу и зашёл последним. Больше не совершая ошибку, подсаживаясь к местным, я встал в уголочке и ждал её появления.

Лапи вышла в том же наряде и бренажёры приветствовали её непристойным улюлюканьем и свистом. Затем появился Джетпак. Заняв высокий табурет, он провёл пару раз пальцами по струнам. На Лапи даже внимания не обратил.

— Приветствую вас, господа и дамы, в нашем славном, уютном заведении! Сегодня в программе техасский блюз от вашего покорного слуги, — он поклонился, — и танцевальные номера от нашей гостьи! — он махнул в сторону Лапи и та, растерянно

Он начал играть. Мелодия и правда была приятной, а Лапи, услышав музыку, начала кружится. Она включилась так легко, будто по команде, но поймав её взгляд, я увидел скрываемый в глазах ужас. Джетпак исполнил две песни, прежде чем взял перерыв. Я не знал что бренажёры пьют, пахло клюквенным соком. Пьяными они не выглядели, но я слышал, что опытные пьяницы могут литрами поглощать крепкие напитки, прежде чем хоть немного захмелеют.

— Пусть споёт! — крикнул кто-то из зала. Джетпак ухмыльнулся:

— Ну, будет вам. Мы же уже это проходили.

— А я говорю пусть споёт! Да, парни? Пусть споёт!!

— Только для тебя, Бивень, — Джетпак повернулся к пленнице, указал ей на губы и пошамкал своими. Смущённо вжав голову в плечи, Лапи издала те самые каркающие, нечленораздельные звуки, что мне уже доводилось слышать. Зал разразился хохотом, а девушка, спрятав голову в ладони, убежала со сцены.

— Хорошо поёт, прямо в душу! — громче всех ржал Бивень. Джетпак покачал головой:

— Не стоит часто обижать гостью, иначе кто нам будет плясать, ты?

— Найдём новую! Охота?

— Охота! — вторили ему бренажёры и принялись барабанить кулаками по столу.

Поднялся гам, гвалт. Они повскакивали со своих мест и ринулись к выходу, я лишь сильнее вжался в стену. За считанные секунды зал опустел, остался занятым лишь один столик. Джетпак со сцены оглядывал зал и заметил меня. Нахмурившись, он поманил пальцем.

— Что ты тут забыл? Джетбар только для своих.

— Я хочу работать у вас, — тут же нашёлся я.

— Бренаж не принимает по объявлениям.

— Нет, вы не поняли. Я ведь пленник, мне сказали нужно отработать свободу. Крафтить стрелы сил уже нет, может здесь могу помочь? Уборка, кружки разносить…

— Вот как? — его брови взметнулись вверх, — неожиданно. Зачем тебе это, Приго?

— Атмосфера у вас прикольная, хочу впечатлений понабраться.

— Ты ведь помнишь, что мы в игре? — он щёлкнул пальцами, — один момент, и ты на респауне, снова со своими друзьями можешь заниматься… Чем бы ты там не занимался.

— Мне интересно осваивать новое. Вряд ли я ещё когда-либо попаду сюда, так что хочу воспользоваться моментом, — Джетпак похмурился минутку, потом как заорал:

— ОЦЕЛОТ! — парень появился через минуту.

— Да, сэр?

— Наш пленник хочет поработать у меня уборщиком. Спроси Гегемона, что он думает по этому поводу.

— Приго назвал вас угрюмыми дядьками! — поспешил наябедничать паренёк. Джетпак замахнулся и Оцелота как ветром сдуло.

— Угрюмые говоришь? — ухмыльнулся Джетпак.

— Пробыв тут день, признаю что ошибался, — я слегка поклонился, — вы скорее безумные.

— Это мне больше по душе, — какое-то время мы молчали, пока не послышался топот запыхавшегося Оцелота: — ну что, пацан? — спросил Джетпак.

— Его Ве. ли…

— Да отдышись ты. Добро дал? — Оцелот закивал головой, —

— Спасибо! — важно кивнул я, а мой новый работодатель строго погрозил пальцем:

— Только учти, делать тут днём особо нечего, так что продолжишь крафтить что скажут. Вечером, после выступления, помоешь кружки, столы, пол. Будешь хорошо себя вести, покажу как самогон в Демилэнде творить.

— Буду рад, Джетпак. Приступать сейчас?

— Да, этим, — он махнул в сторону оставшегося столика, — можно сидеть сколько влезет. Пока они квасят, убирай остальное.

Кивнув ещё раз, я помчался исполнять указания. Как просто, господи! Теперь осталось дождаться, пока большой начальник свалит. Я лишь надеялся, что с Лапи за это время ничего не случится. Трудоустройство вышло спонтанным, сам не знаю что на меня нашло. Ревность-ли за туземку, с которой первой познакомился, или рыцарские инстинкты проснулись? Ладно спасти, об этом я и не мечтал, самому бы выбраться, но вот поговорить, утешить…

Когда Джетпак наконец ушёл, я перемыл уже пару десятков кружек. Как не принюхивался — сок и сок, никакого алкогольного амбре не чувствовалось. Сам процесс мытья доставил несказанное удовольствие своей оригинальностью: я использовал одну и ту же воду, прогоняя её через «инвентарный фильтр», то есть просто переливал грязную воду в чашу, прятал её в инвентарь, доставал обратно — и вуаля, чистая как слеза. Откровенная дыра в игре, странно что Демиург не предусмотрел подобного. Пообещав себе выделить время для тестирования этой механики в других сферах, я набрался смелости и пошёл за кулисы.

Маленькая комната за сценой была скупо обставлена — пара одноместных кроватей, тумбочка, зеркало на стене во весь рост и криво слепленная из деревянных обрубков вешалка с парой нарядов. Лапи одиноко сидела на кровати, опустив руки на колени и рассматривала ладони.

— Привет, — осторожно сказал я, чуть ли не шёпотом. Девушка вздрогнула. Господи, какой затравленный взгляд… — ты меня понимаешь?

— Крлыгкр…

— Будем считать что нет. Хм. Я, — постучав себя по груди, указал на неё: — и ты, мы друзья, понимаешь? Я твой друг, — для убедительности сцепил руки и потряс, как будто рукопожатие. Она покачала головой. Не понимает.

Мне пришлось привлечь всё воображение, устроить пантомиму для туземки, чтобы установить контакт. С горем пополам, я объяснил ей что тоже пленник и что все они гады. В ответ она указала на дверь и прошлась пальцами по ладони, на что я отрицательно покачал головой. Она разочарованно вздохнула. Повторив за ней, я объяснил что если помогу ей уйти, то они меня задушат. Видимо рожу удалось скорчить весёлую, Лапи тихонько хихикнула в ладошку, в глазах появились искорки. Внезапно меня осенило:

— Лапи? — она вздрогнула, приосанилась и указала большим пальцем на себя:

— Лапи!

— Приго, — я тоже указал себе на грудь.

— Прыга?

— Ну почти, — я улыбнулся и она, осмелев, повторила:

— Приго.

— Да! Это я.

Следующие полчаса я пытался разговорить туземку, но кроме наших имён и слова «кещ», которым туземцы называли людей, ничего добиться не удалось. Каркающие звуки. Увлечённый экспериментом, я совсем забыл где нахожусь.

— Приго нельзя говорить, понимаешь? Приго — не-а.

— Приго! — она улыбнулась, пихнув меня в плечо. Тяжело вздохнув, я повторил: