Чтение онлайн

Сила, как бы дает человеку определенное количество магической энергии на пробу, одному больше, другому меньше, в зависимости от личных способностей, но потом, обязательно, следует отчет, у каждого индивидуальный. После того как сила убеждается в том, что претендент достаточно подготовлен, она дарует право управления, либо отбирает его, критерии не ясны до конца. Но есть одно правило, которое едино для всех, если человек не нравится силе, или не способен справится с ней, сила может его убить. После прохождения инициации, неофит силы теряет все свои способности и начинает познавать силу, через учение и труд. К этому обряду его долго готовят, но не все выдерживают его просто морально, иногда люди сходят с ума в процессе самого обряда, иногда кончают жизнь сами, не сумев достичь и десятой доли того, что могли раньше.

В школах магии, это первый этап образования, ученики

младших классов, как правило, гораздо более сильные маги, чем ученики средних, а ученик старших не уступают новичкам, а ведь порой, встречаются детки, способные свернуть в кольцо и учеников и преподавателей, вместе взятых.

Ты, о повелитель, прошел обряд в своей звезде сил, это удается не каждому. Но твоя сила была такой беспредельной, что нам было страшно, честно говоря, кое-кто даже подумывал, не убить ли тебя, пока ты лежишь здесь. Но твой друг и твой опора, обладая малой силой, не позволили нам, даже приблизится к тебе. Они, стояли на страже, сменяя друг друга, со своими мечами. Стояли, пока сами не свалились от усталости. Но на тот момент страсти улеглись, и возле твоей постели уже неусыпно дежурили тролькары и горанлин. Они начали тебя лечить, укрепляя твои силы своими, не очень понятными нам средствами, но ты пришел в себя, теперь все позади.

Выздоравливал Федор достаточно долго, хотя общая физическая слабость не мешала заниматься необходимыми делами. Первыми стали дела баронства. Прежний барон не вел бухгалтерии, не имел, даже, смутного представления, сколько у него крестьян, он считал их деревнями, собственно он не занимался ни чем кроме обдирания крестьян и грабежей на дорогах.

Зная, что Антон имеет представление о картографии и математике, хотя бы на уровне школьной программы, понимает важность учета вообще, Федор вызвал его к себе и имел долгий разговор. Он объяснил, что колдовской силы у него больше нет, и им вообще нужно держаться вместе. Поэтому пусть он сделает по хозяйству все, что может. В свою очередь он барон Шон Терг, дает ему на это зеленую улицу. Парнишка хмыкнул, покачал головой и молча, ушел. Дальше вести доходили до Федора, словно с линии фронта.

Антон начал с того, что разобрался с казной барона. Примчавшемуся к нему управляющему Федор по-армейски, не стесняясь в выражениях, объяснил, кто есть кто, больше его не беспокоили. Тем не менее, Ворон с Неей заходящие иногда проведать больного, рассказывали такое, что от хохота Федор отходил долго.

Антон взялся за порученное дело очень цепко. Начал он по реформаторски с того, что пересчитал наличествующую казну, и определился с доходной и расходной частью, строго по бухгалтерски, составил соответствующие бумаги, и стал требовать у управляющего еженедельный финансовый отчет. А вот когда выяснилось, что в математике тот не силен, проблема была решена феодальным способом. Управителя он на три дня закрыл в комнате, дал таблицу умножения, и двести примеров на сложение и вычитание, предварительно объяснив как пользоваться скобками. Кормил, только после сдачи определенного экзамена.

Реформы образования на этом не кончились. Найдя единственного грамотного писца, Антон написал алфавит на бумаге, взял, наугад, одну из двух художественных книг, наличествующих в библиотеке, и вновь закрыл в комнате управляющего и двух его помощников, вместе с писцом, при этом, заявив, что сам читает хорошо, и с проверкой знаний вопросов не будет. Правда, тут он погорячился, поскольку, книга, предложенная им четырем мужикам для обучения, в его мире проходила бы по разряду порнографических, так что, ученики взвыли, через двое суток и их пришлось выпускать. Результат превзошел все ожидания, отчеты он стал получать, а уважение слуг, превзошло все мыслимые рамки.

Эффект был поразительный, управляющий начал разбираться с крестьянами и поставщиками так, что даже Антон только потирал руки. Вокруг замка стали появляться купецкие лавки. То, что управляющий обладал смекалкой и подворовывал, ни у кого не вызывало сомнений. Но этот прохиндей, только за два месяца от их появления, превратил замковое хозяйство из расходного предприятия, в доходное. Правда при этом, чуть не споил Антона, по крупицам вытаскивая из него знания по экономике и налогообложению.

Далее Антон проехал по деревням, и провел перепись населения, теперь он четко знал, сколько у него работников и приблизительно представлял окрестные земли. В результате у Федора появилась, по крайней мере, схема его новых владений и примерное количество работоспособного населения. Экономическая часть управления баронством попала в железные руки, что не могло не радовать.

Кроме того, в кабинете прежнего барона обнаружилась пачка ценных бумаг, большей частью банковские счета и векселя, когда Антон разобрался во всем этом и сообщил Федору, что тот еще и почти миллионер.

Сунильда к Федору в гости не заходила, она только выходила ненадолго, а так, постоянно находилась либо в этой, либо в смежной комнате, порой вводя Федора в смущение своей беспардонностью, тем не менее, тот не роптал, поскольку посторонняя помощь нужна была частенько. Регулярно забегал к ней и Антон, поскольку о состоянии замка она знала больше всех. Иногда они обсуждали, какие ни будь вопросы, иногда тихонько спорили, стараясь делать это так, чтобы не потревожить Федора.

И все чаще после этих разговоров Сунильда грустно смотрела на Федора, как будто удивляясь, как он позволяет такое, Федор интуитивно чествовал, что скоро она взорвется.

Взорвало Сунильду то, как Антон, не посоветовавшись, решил проблему обороны замка. Вычистив, с помощью работников и ястрегов ров, он приказал спилить все деревья, находящиеся ближе ста саженей от стен. Не знал Антон только одного, к одной из стен примыкала священная роща Орты, а разводить огонь, собирать дрова, а тем более, рубить там деревья запрещалось, под страхом смертной казни. Ища защиты, работники примчались по старой памяти к Сунильде, всем скопом. После того, как они ушли, Сунильда зашла к Федору и срывающимся голосом попросила ее выслушать. Федор пообещал поговорить с Антоном. После долгого разговора, тот стал намного осмотрительней, и к Федору пришел абсолютный покой.

Вообще осуществление самых сокровенных детских мечтаний, повергло Федора в определенную эйфорию. Он стал бароном. И мог с полным правом развалиться как фон-барон, и никто не имел права сделать ему замечание. Но это занятие надоело так быстро, что через пару дней он завыл от скуки. Привычных развлечений просто не было. Кроме того, его почти оставили его магические способности, самое большое, на что он был способен, это на создание мелочей, вроде сигареты, и то штучно, а не пачками. Изобрести телевизор с антенной в другой мир, ага щазз.... Копаясь в своем вещмешке, Федор обнаружил цифровой плеер, про который попросту забыл. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что пролежавший месяц без подзарядки, прошедший воду Донницы и бесчисленное количество ударов, плеер продолжал работать. Решив, поберечь его и не слушать последний привет из своего мира, пока не кончится заряд, Федор убрал его назад в сидор.

Первое, что он сделал, когда смог сесть в кресло, потребовал глобус. Когда ему принесли большой, очень похожий на стилизованный под средние века, такие Федор изредка видел в послеперестроечных магазинах, глобус, он сильно удивился. Собственно он надеялся увидеть знакомую форму материков, и строго определиться, попытав Ворона, где в какой точке мира они находятся. Но его надеждам не суждено было сбыться.

Во-первых, материков действительно было три, а не шесть, во-вторых, огромное количество островов говорило о том, что планета действительно, в далеко прошлом, пережила жуткий катаклизм. Внутренних, материковых морей или крупных озер, не было вообще, зато реки присутствовали даже на небольших островах. Один из материков, видимо не учтенный в предыдущих лекциях по географии, был полярным, судя по глобусу, он и часть островов были полностью покрыты арктическими льдами, или это была граница вечных льдов, Федор так и не понял. Вокруг северного материка, и в глубинах океана, резвилась целая куча невероятных тварей, явно навеянная не только бредовой фантазией художника, но и элементами реально существующих. Это сначала навело Федора на размышления о единстве эволюции, но потом он плюнул на это дело, и стал рассматривать глобус дальше. Тем более что рисунки, сами по себе, представляли не шуточный интерес для внимательного исследователя.

 Вот огромный кальмар, пытается раздавить щупальцами корабль, чем-то неуловимым напоминающий славянскую ладью. А вот огромные клешни кромсают весельную галеру с бронзовым тараном в виде бараньей головы. Правда более серьезных примеров судостроения нет, что наводит на мысль о древности данного художественного опуса. Страшно было бы узреть, например, в объятиях спрута современный корвет типа Скат, или даже броненосец, конца девятнадцатого века, а так ничего, жить можно, даже жалкой каравеллы не видать.