Дар Мирен
Шрифт:
— Рад снова видеть тебя, Финч! — воскликнул Уил.
Мальчик повернулся и молча взглянул на него.
— Вообще-то я рассчитывал на более теплую встречу, — продолжал Уил, скрывая досаду. — Пожми мне руку хотя бы!
Поведение Финча встревожило его. Чего он испугался? Подойдя ближе, Уил заметил, что мальчика бьет дрожь. Нейв сидел у его ног. Что за странная парочка, подумал Уил. И это все мои союзники!
Опустившись перед Финчем на колено, Уил заглянул ему в глаза и испугался ледяного взгляда. Финч был мрачен и замкнут.
— Скажи хоть слово, прошу
— Я должен задать вам один вопрос, — глухим голосом промолвил Финч.
— Задавай!
— А вы обещаете говорить только правду?
Уил кивнул.
— Обещаю.
— Поклянитесь чем-нибудь дорогим вам.
— Клянусь своей жизнью… Что случилось, Финч?
— Нет, ваша жизнь ничего не стоит. Поклянитесь ее жизнью.
Уил был ошеломлен. Что за странное требование!
— О ком ты говоришь?
— Вы знаете о ком. Поклянитесь жизнью Валентины, что будете говорить только правду.
Уил нервно кашлянул. Он понял, о чем Финч хочет спросить его. Мальчик, наверное, раскрыл его тайну, но решил удостовериться в том, что догадки верны. Уил решил быть с ним откровенным. Ему надоели ложь и полуправда. Пришло время поговорить с Финчем начистоту, мальчик заслужил это.
— Клянусь жизнью королевы Валентины, что буду говорить только правду, — промолвил Уил.
Финч перестал дрожать и, сев на землю, положил руку на голову Нейва.
— Я подозреваю, что вы не Ромен Корелди, а Уил Тирск… Мне нужно знать правду. Признайтесь, вы — генерал?
— Почему ты спрашиваешь меня об этом?
Уил пытался потянуть время, он боялся прямо ответить на этот вопрос.
— У меня были видения.
— И что же ты видел?
— В первый раз я видел, как вы отрубали кому-то голову. Вы были ранены… И потом Нейв потащил вас куда-то.
Уил не на шутку встревожился. А что, если Финч действует по указке Селимуса? Мальчика могли заставить, взяв в заложники его родных. Можно ли доверять ему?
— То, что я видел, было на самом деле, Ромен? — спросил Финч.
Уил пожал плечами.
— Все это как-то странно, — пробормотал он.
— Ответьте на мой вопрос! — потребовал мальчик.
В его голосе слышались нотки отчаяния, и Уилу стало жалко его.
— Я не знаю, поверишь ли ты, если я скажу тебе правду.
Финч нахмурился.
— Нейв поможет мне понять вас. Говорите.
Тяжело вздохнув, Уил сел на землю и, подтянув колени к груди, обнял их.
— Ты ведь видел, как Миррен сожгли на костре?
Финч кивнул.
— А потом, когда мне стало плохо, ты подошел ко мне.
Финча поразило, что Корелди говорит от лица Уила Тирска, но он не подал вида. Собеседник таким образом ответил на главный вопрос.
— У меня была вода, и я поделился ею с вашим другом Герином. Он растерялся и не знал, что делать, когда вы лишились чувств.
Уил кивнул с непроницаемым выражением лица. Нейв лег между ними, и рука мальчика машинально потянулась к собаке. Уилу вспомнились слова Вдовы Илик. Значит, то было пророчество. Он рассказал о пытках, которым подверглась Миррен, и о том, что произошло
в застенках. Финч внимательно слушал рассказ.— Мы перекинулись парой слов, прежде чем Миррен сожгли. Она сказала, что хочет наделить меня даром, которым я должен правильно распорядиться, и попросила, чтобы я забрал из ее дома щенка и вырастил его.
— И вы решили, что щенок и есть ее дар, — промолвил Финч.
— Да. Тогда я не понимал, что имела в виду Миррен, потому что был слишком молод. Пытки и казнь этой девушки произвели на меня ужасное впечатление, я был ошеломлен и плохо соображал, что происходит вокруг.
— И что было дальше?
— Когда огонь охватил Миррен, она начала кричать. А дальше я ничего не помню… Знаю только, что потерял сознание. Очнувшись, я увидел хлопотавшего надо мной Герина. Твое лицо тоже врезалось мне в память. Но ты вскоре ушел.
— Я видел, как ваши глаза изменили цвет. Ваш друг тоже заметил это и страшно испугался.
Уил печально вздохнул.
— Я тоже испугался, когда он рассказал мне об этом. Не знал, что и думать. Но Герин, по-моему, вскоре решил, что ему все это просто померещилось.
— Но изменение цвета глаз было на самом деле знаком того, что дар Миррен перешел к вам, не так ли?
Уил нахмурился. Ему было неприятно вспоминать события прошлого.
— Да. Миррен обвиняли в колдовстве только на основании того, что у нее странные глаза разного цвета. Судя по описаниям Герина, в момент ее смерти радужки моих глаз окрасились именно в эти цвета.
Финч сосредоточенно молчал. Он знал, что Уил рассказал еще далеко не все, и терпеливо ждал продолжения. Мальчик не торопил собеседника, видя, что тому трудно вспоминать события, перевернувшие всю его жизнь.
— Долгое время со мной не происходило ничего необычного, — наконец снова заговорил Уил. — А потом, после смерти Магнуса, все перевернулось. Ты прекрасно знаешь, что Селимус задумал убить меня вместе с Валором во время поездки в Бриавель, куда он меня сам послал. Причем мой предполагаемый убийца, Ромен Корелди, тоже был обречен. Селимус разработал хитроумный план, но его замысел не удался. Мы с Роменом перебили всех наемников. — В голосе Уила звучала горечь. Воспоминания слишком долго лежали тяжким бременем, и теперь, делясь ими с Финчем, он чувствовал облегчение. — Если бы ты знал, что мне пришлось пережить накануне отъезда в Бриавель! Селимус решил запугать меня и, вызвав к себе, подвел к выходившему во двор окну. Там стоял эшафот. Селимус подал знак, и на моих глазах палач отрубил голову капитану Доналу.
Финч в ужасе ахнул. Он еще не знал, что Элид погиб.
— Но это еще не все, Финч. Когда Элида убили, я пришел в бешенство и решил во что бы то ни стало расправиться с Селимусом. Однако тот, прекрасно зная меня, принял меры предосторожности. Бросив взгляд во двор, я с ужасом увидел, что стражники ведут к эшафоту мою сестру. Селимус убил бы и ее, если бы я не согласился ехать в Веррил.
— О том, что случилось в Верриле, я знаю, — сказал Финч. — Так, значит, вы действительно Уил Тирск?