Чтение онлайн

Ну, твою мать! Это я думаю про себя. Даже в мыслях не думаю про мать товарища Сталина. Довыделывался, это опять про себя.

Есть! Решение найдено досрочно! В следующий раз не забыть напомнить о добавочной минуте.

–Товарищ Сталин!

–Да, товарищ Филимонов!

–Решение найдено досрочно. Прошу в следующий раз предоставить сэкономленую минуту!

–Вы не на базаре, товарищ Филимонов! Не забывате, что находитесь на заседании политбюро нашей партии в присутствии генерального секретаря. Что у Вас там?

Это не Ворошилов! Я имею

ввиду не этого Ворошилова, а из моей истории.

–Моду делают сильные, товарищ Сталин.

–Как это?

–Однажды, король Франции Людовик, переходил через лужу и подогнул брючины, чтобы не замочить. Забыл про них и так ходил целый день. К вечеру придворные подогнули брючины на себе. На следующий день портные Парижа предлагали клиентам брюки, как у короля. Это история появления брюк с обшлагами.

Сталин прохаживается взад перёд, искоса поглядывая на меня. Что-то прошуршало, не пойму что. Ага, это полез под стол один из конструкторов, карандаш уронил, чоли?

Полез под стол второй, может уронил резинку? Вот и третий, наверно помогает искать. Как-то разом, очень неожиданно, оказались под столом все, только товарищ Фурцева зловредно ухмыляется, чегой-то она?

Сталин проясняет чего:

–Вы, товарищ Филимонов, намекаете, что я целый день ходил в колготках и в туфлях на высоком каблуке?

Боже упаси!?

–Нет, товарищ Сталин. Ни о чём таком я не говорю. Я имею ввиду совсем другое.

Конструкторы полезли из под стола с весьма смущённым видом. Ехидная улыбка на лице товарища Фурцевой подистаяла.

–Что Вы имеете ввиду, товарищ Филимонов?

–Товарищ Сталин. Вопрос моды весьма серьёзен. Мы можем ускорить строительство социализма или даже замедлить, если подойдём с неправильных, не марсистсколненинских позиций. Может мне подготовиться как следует и в подробностях доложить на секретном заседании политбюро?

–Даже так, товарищ Филимонов? Сроки?

–Тезисно сообщу после этого заседания. По четвергам собирается политбюро. В среду до обеда, чтобы успеть подготовиься, как следует к четвергу, прошу встречи для подробного доклада.

Товарища Сталина, видимо, крайне волновал вопрос моды. Поэтому он быстренько прекратил славословия и прения недорезанных конструктроров, которые били себя кулаками в грудь и врали, предано глядя в глаза, обещая золотые горы.

Все удалились. В кабинете я и Сталин. Он начал:

–Что Вы хотели сообщить, товарищ Филимонов, по поводу моды?

–Мы должны стать законодателями моды в мире, товарищ Сталин.

Товарищ Сталин задумчиво походил по кабинету, попыхивая трубкой и обдумывая сказанное мною. Затем спросил:

–Это самая сложная из задач, стоящих перед нами, я не ошибаюсь?

–Безусловно, товариш Сталин.

Товарищ Сталин ещё походил из угла в угол.

–Продолжайте, товарищ Филимонов.

–Как мы установили, товарищ Сталин, Ваша роль в моде определяющая. Пошьём замечательный костюм. Будете носить его только Вы, а затем, за выдающиеся заслуги, разрешите

НКВД носить костюмы от товарища Сталина. Остальные члены полибюро захотят такой же. Мы пошьём и им, но за большие деньги. Окружающий народ, в том числе товарищ Фурцева, узнают про новые веяния в моде и начнут интриговать, добывая новомодные шмутки.

Народ узнает сколько стоит модная одежда и тоже захочет показать исключительность и принадлежность к высшему классу. Чем дороже новомодный прикид, тем завлекательней для модников и модниц.

Сталин опять походил по кабинету. Затем принял решение:

–Значит в среду, перед заседанием полибюро, принесёте мне костюм?

–Нет, товарищ Сталин. Костюм одену я, чтобы Вы могли оценить как смотрится. А затем, когда Вы внесёте предложения по усовершенствованию, пошьём и Вам.

–Хорошо, товарищ Филимонов. Однако внесём в Ваше предложение несущественное изменение. Не надо вовлекать товарища Сталина в Ваши весьма сомнительные эксперименты. Действуйте сами. Не будем одевать товарища Сталина клоуном.

–Слушаю, товарищ Сталин. Хотя внедрение новой моды замедлится. Я, всё таки, не товарищ Сталин.

–Товарищ Филимонов сожалет, что он не товарищ Сталин?

–Никак нет, товарищ Сталин! Я в том смысле, что внедрение новомодных веяний замедлится.

–Ну, ну, товарищ Филимонов.

На заводе в Иваново начали производить спарку моторов в 1600 л.с. Первоначально спарка планировалась в 1500 л.с. Но, удалось повысить мощность, благодаря добавке ослиной мочи в моторное масло. Планируем ещё добавлять и повышать. Поставлю мотор в 1600 л.с. на Ан-2 и получу самолёт Ан-4. Число пассажиров увеличу до 22-24 голов. Предложу Ан-4 за границу и на внутренние линии. Глядишь, потребность в Ан-2 уменьшится, тогда не оплошаю и перед иностранцами.

Чегой-то я всё увеличиваю? Надо уменьшать! Вместо 14 цилиндров сделать моторы в восемь или шесть.

Правильно. Сделаем восемь, шесть и четыре цилиндра. Получу ещё три типа самолётов на моторах меньшей мощности. Тогда, пожалуй, удасться выкрутиться.

У себя в кабинете, развалившись в кресле, думаю, что прав был товарищ Ягода, когда имел ввиду бессилие НКВД. Где он сегодня, интересно? Полистал сводку и обнаружил Ягоду в штрафной роте дивизии НКВД. За что его туда? Будучи в нетрезвом виде, стоял на посту у Ленинской комнаты с расстёгнутой ширинкой.

Ну, враг! На посту! С растёгнуой ширинкой! Я бы за это расстрелял мерзавца, как бешеного пса. Ох, добёр товарищ Сталин, слишком добрая у него душа. Вот почему всё покатилось под откос! Сорок лет не прошло после его смерти, как рухнула страна.

Какая-то назойливая мысль мельтешит в голове. А, что же я! Откуда мне известны мысли товарища Ягоды? Про поговорку о том, что у дураков мысли сходятся, даже не вспоминаю.

Может с горя выпить? Нет, нельзя. Вдруг вызовут к товарищу Сталину, а от меня пахнет. Этого товарищ Сталин не любит. И народ спился, потому как Сталин умер. Стали приходить на работу пьяные, глядя на алкашей начальников.

Ещё чего-то? Про моторы к И-16. Тоже непонятка. В моей истории в конце 30-тых годов мощность мотора была не больше 750 л.с. Откуда взялись по восемьсот? Может на опыные И-16 ставят? В строевых частях поди всё ещё истребители с двигуном в 480 л.с.