Чтение онлайн

–Вставай фью-ууу-фью-фью проклятьем заклеймлёный-у-у-ууу…

По моему получилось не плохо. Но, товарищ Сталин не оценил. Он сказал:

–Интересно.

Я продолжил:

– Когда рынок насытится колготками, мы начнём изготавливать более плотные колготки. Назовём их лосинами. У нас, товарищ Сталин, страна северная. В лосинах зимой будет намного теплее, чем в колготках. Украсим лосины маленькими моделями бабочек и стрекозками. К крылышкам протянем ниточки и когда

женщина передвигает ноги, то крылышки машут и создаётся впечатление, что стрекозка вот вот взлетит.

Товарищ Сталин помолчал и задал вопрос, совершенно не относящийся к теме нашего разговора:

–Скажите, товарищ Филимонов. А, вот эта надпись, на колготках, "НКВД", она только на колготках товарища Фурцевой?

Не стал расказывать, о том, что надпись это бренд НКВД. Соврал Сталину:

–Понимаете, товарищ Сталин. Надписи имеются на всех колготках, которые получают члены партии. Надпись свидетельство того, что колготки проверены НКВД. Так сказать клеймо ОТК.

Товарищ Сталин ожил:

–Значит клеймо НКВД члены политбюро могли видеть не только на товарище Фурцевой?

Я обнадёжил:

–Товарищ Сталин, вся номенклатура получает только колготки проверенные НКВД.

Товарищ Сталин повеселел:

–Ну, идите, товарищ Филимонов.

–Слушаюсь, товарищ Сталин.

Впоследствии товарищ Сталин мне выговариал, что не всем проверенным коммунистам достались колготки со штампом ОТК от НКВД. Я несколько раз объяснял в какую позу надо поставить даму и как изогнуться самому, чтобы увидеть штамп "НКВД".

Со временем товарищ Сталин перестал меня беспокоить по этому вопросу. Поскольку объяснения я иллюстрировал рисунками, то скопилась кипа бумажек, где некие ответственные товарищи были изображены в разных, захватывающих позах, например, товарищ Маленков.

На основании рисунков поручил зекам нарисовать книгу с роскошными цветными картинками. Книгу напечатали в английской колонии, в индийском городе Брахмапутре. Книга получила всемирную известность под названием "Камасутра". Если внимательно вглядеться в картинки, то легко узнать ответственных товарищей из политбюро.

Недоверчивые интеллигенты могут обвинить меня в том, что картинки совершенно не походят на членов политбюро. Объясняется подобный нигилизм просто. Интеллигенты, разглядывая рисунки, внимание уделяют отнюдь не лицам участников процесса.

На заседании политбюро, посвящённом авиационным вопросам, конструкторы обвинили меня в зажиме передовой технической мысли. Им позарез нужны моторы М-62, мощность которых удалось довести до 1200 л.с.

Товарищ Сталин вне себя.

–Какой мощности мотор установлен на самом совершенном нашем истребителе И-16?

Кто-то из конструкторов ябедничает:

–Восемьсот, товарищ Сталин.

–Если на И-16 мощность мотора увеличить в полтора раза, то скорость на сколько изменится?

Ведущий

конструктор И-16:

–Не менее, чем на тридцать процентов.

Товарищ Сталин, обращаясь ко мне:

–НКВД в Омске имеет моторы М-62. Почему Вы не разрешаете устанавливать их на истребители и бомбардировщики?

Вынужден оправдываться:

–Вы же знаете, товарищ Сталин, мы продаём самолёты за границы. У иностранных компаний умопомрачительный спрос на Ан-2. Мы складируем моторы в Омске, чтобы обеспечить своевременную замену изношенных.

–Это отговорки, товарищ Филимонов. Обязываем Вас поставить для истребителей сто, а для бомбардировщиков двести моторов.

–Тогда, товарищ Сталин, мы недополучим прибыли на сто миллионов доларов и заплатим неустойку в полтораста миллионов их же.

–Хорошо, для истребителей пятьдесят моторов, а для бомбардировщиков сто.

И имейте ввиду, товарищ Филимонов. Мы не позволим кому бы то ни было шантажировать правительство СССР, политбюро и товарища Сталина уменьшением доходов СССР из за каких-то моторов. Вы, как нарком, примите необходимые меры к виновным. Делайте, что хотите, однако доходы не должны уменьшиться.

–Виноват, товарищ Сталин. Но…

–Товарищ Фурцева. Вы оформили решение политбюро в письменном виде?

–Да, товарищ Сталин.

–Там отмечено, что ответственный за доходы товарищ Филимонов?

–Да, товарищ Сталин.

–Вручите решение политбюро под роспись, дабы товарищ не жаловался на товарища Сталина, дескать он не в курсе.

И примите меры к внешнему виду. Народ ходит почти голышом, что за разврат?

–Виноват, товарищ Сталин, в приказном порядке заставлю работников НКВД выглядеть по уставу.

–Каких работников? О чём Вы, товарищ Филимонов, думаете? Посмотрите на улицу, разув глаза и обув ноги! В чём народ разгуливает по столице нашей родины! Видите как раздета, тьфу, одета товарищ Фурцева!

Не поймёшь раздета она или одета! Это всё Ваш Илюзион! Немедленно прекратить!

–Виноват, товарищ Сталин! Мода такая.

–Мода!? Мне провести решение через политбюро, чтобы заставить Вас подчиниться! Товарищ Фурцева!

Товарищ Фурцева вскочила как на пружинах, метая из глаз натуральные молнии. Мне показалось, что в опере, именуемой "заседание политбюро" (клянусь даже в мыслях не промелькнуло назвать это музыкальное произведение оперетой, тем более водевилем), роль громовержеца исполняет именно товарищ Фурцева, а не какой-то, никому не известный Сталин.

Сейчас она задаст кое кому перца в одно место, думаю я со злорадством, кое кому повыдергивает последние волосюшки, из, не будь сказано на полибюро, какого места! Против моды не попрёшь!

Так он её посадит! А потом мне же будет выговаривать! Срочно как-то выкручиваться:

–Разрешите, товарищ Сталин!

–Что, товарищ Филимонов?

–Разрешите подумать?

–Думайте, товарищ Филимонов! У Вас одна минута.

На столе в кабинете хозяина по моей просьбе поставили песочные часы с каруселькой, дабы удобнее следить за временем. Есть часы десятиминуные, но Самому нравятся минутные. Интересно смотреть, как песок вместе со временем, утекают сквозь пальцы, как мчатся по кругу деревянные лошадки и жирафы. Если попрошу помощь зала или звонок другу, он позволит связаться с Ягодой по телефону?