Чужестранка
Шрифт:
Сириль рассмеялась, заставив меня больше насупиться.
– Самокритично, Агата, но неверно. Потенциал в тебе есть, но ты почему-то зажимаешься. Попробуй снова призвать магическое зрение.
Я привычно зажмурилась, отрешаясь от посторонних мыслей, и уже приготовилась узреть комнату без всяких нитей... как ладони Сириль накрыли мои глаза, отрезая от света.
– Проблема в том, что ты росла не в Хонорайне. Дети более восприимчивы, им легче представить и выделить нити из окружающего мира. У взрослого же другое восприятие. Попробуй, например... унюхать магию. Тео однажды говорил, что у тебя чуткое обоняние. Я создам заклятие, а ты попробуй ощутить
Она неслышно зашептала, и что-то во мне отозвалось на её слова. На радужные круги в темноте от вибрации пальцев. Магия формировалась в районе солнечного сплетения, и словно по энергетическим венам текла к пальцам Сириль. С запахами мне определённо было проще. Глубоко вдыхая, я с каждым разом чуяла всё лучше и лучше. Женщина за моей спиной пахла... странно. Книгами, пеплом и прогоревшим костром, лесным озером... грудным молоком и детскими лавандовыми каплями для сна. Я несколько замешкалась. У Сириль есть маленький ребёнок?!
Мне невольно стало стыдно. Даром, что сама с сомнительной репутацией, так ещё и ярлыки на других вешаю.
Сириль не ошиблась - у магии был свой запах. Я не часто нюхала призраков, но ничем жизнеутверждающим они не пахли. Однако чары охотницы предо мной аж искрили весельем, бьющим в голову, как шампанское. Я различила кожу танцевальных башмачков, аромат хлопковых тканей, косметических зелий... и будучи не в силах поверить своему носу, распахнула глаза.
В воздухе перед нами крутилась в танце маленькая кукла! Кукла, которую как марионетку, держали разноцветные магические нити.
– Это основы обучения для юных охотниц, - пояснила Сириль, останавливая куклу взмахом руки, - создание призрачных образов для будущего управления настоящим призраком. Ну как? Помогло?
Я не могла оторвать зачарованного взгляда от куклы. Даже нити показались несущественным на фоне неприятного ёканья в груди.
– Кхм, - раздалось от входа, и мы одновременно вздрогнули, - я не помешаю?
Сириль резким щелчком развеяла куклу. Бесполезно. Зная умение отца подкрадываться бесшумно, он мог стоять у дверей целую вечность.* * *
Я ожидала, что на аукцион меня поведут в грязном мешке, а то и вовсе голой - чтобы показать "товар" лицом. Но Эр-Хатон не зря славился своей любовью к эстетике и порядку. После корабля меня на полчаса отправили в хвойную ванну в компании четырёх обученных служанок. Меланхолично наблюдая за блеском воды, я размышляла. Об этих бездновых торгах, отце и Сириль.
Их странное отношение друг к другу не давало мне покоя. Казалось, покинь я комнату - и они передерутся. И если Сириль можно было понять, то напускное, трещащее по швам равнодушие отца я встречала впервые. Мы не говорили толком, да и папа никогда не отличался эмоциональностью... но я заметила, как он осунулся за три года. Как на миг сжал мои плечи, давая понять, насколько он переживал.
Только яхта работорговцев - не место для бурных семейных встреч.
– Оставайся спокойной, - инструктировал меня отец, - ты ценность, дорогая ценность - не забывай об этом и веди себя соответствующе. По возможности, привлекай к себе больше внимания. Когда начнётся шум, я или Шен уведём тебя в безопасное место.
– Почему нельзя просто переломать шеи этим работорговцам?!
– раздражённо выдала Сириль.
– На корабле не столь много охраны, чтобы вы не разобрались вдвоём! Даже мы с Арис при желании бы справились!
Папа насмешливо покосился в её сторону;
– Ты справилась бы с десятком наёмников?...
– Я получила степень
грат-мастера, Кей, и давно уже не беззащитная девочка.Это прозвучало очень лично. Возможно, Сириль имела в виду отнюдь не беззащитность перед отцом, но меня немного смутили её слова.
– Я не сомневался, что ты станешь грат-мастером, - отозвался отец без капли иронии, - и охотно верю, что тебе нет равных в искусстве дара, но ты до сих пор паршиво оцениваешь обстановку. Во-первых, численный перевес у наёмников, и рисковать в данный момент не оправдано. Во-вторых, ты забываешь о том, что на корабле одни наёмники. Организаторы и участники - на берегу, а именно в них заинтересованны обе стороны. Будь у меня больше времени, я бы вывел Агату из игры, но мы узнали лишь сегодня ночью. К слову, дочь - его величество тоже услышал о твоём воскрешении.
Сердце в очередной раз нервно ёкнуло. Надеюсь, Мину не придёт в голову поехать на торги!
По просьбе служанок я покинула ванну.
Меня нарядили в традиционный наряд хань - правда, в первый попавшийся, который совсем не подходил взрослой аими. Белый шёлк был положен юной наследницы, мне же, со славой императорской фаворитки, надлежало носить красный. Но Хокка - пограничный город, разделённый на две зоны влияния, и тыкать служанкам в незнание правил я не стала. Традиционный хань состоял из шёлковый блузы и белой юбки со сборками, которую специальным поясом завязывали на поясе. Вообще тело аими урывали от посторонних глаз ещё и плотной свободной рубашкой поверх, но у служанок имелась только накидка с широкими клинообразными рукавами и знаменитой журавлиной вышивкой. Зато с причёской девушки постарались - создали настоящую корону из кос на каркасе, украсив искусственными цветами и цепочками.
Разглядывая себя в зеркало, я с удивлением обнаружила, как выпрямилась спина, затрепетали ресницы, а губы изогнулись в доброжелательной и участливой улыбке. Соединив рукава так, чтобы полосы дорогой вышивки легли на платье, я словно вернулась на три года назад.
Но взгляд уже был другой. Не шальной и бесшабашно влюблённый, не мягкий и лукавый. Я смотрела прямо, оценивающе и, чуть наклонив голову, с неприкрытой иронией. Да уж, теперь понятно, почему мужчины влюбляются в молодых кокеток. Взгляд женщины постарше ещё надо выдержать!
Лицо по правилам забелили, а глаза выделили чёрным. Как только макияж был закончен, в дверь постучали.
– Довольно!
– рыкнули на служанок.
– Пора проводить госпожу на... мероприятие!
Девушки покорно отворили дверь, позволяя Безликому войти и заметить меня. Какому-то незнакомому Безликому на три головы выше меня! В Эр-Хатоне редко встречались высокие мужчины, особенно с утягивающей глубиной зелёных глаз...
Я растерянно опустила рукава.
Как он оказался в Хокке?!
– Идёмте, Агата, - мужчина протянул мне ладонь в белой перчатки. Я хмыкнула - типично хонорайнский жест. У нас запрещено дотрагиваться до неприкрытой руки аими, а подобным приглашением чаще звали замуж.
Хотя я вроде как не аими, а будущая рабыня.
Приняла протянутую руку и к свой досаде вспыхнула, когда он сжал её крепче положенного.
– Два этажа, три коридора и одна галерея...
– покосившись на меня, он тоскливо добавил: - Очень длинная галерея!
– О чём вы, куратор? Память подводит, дорогу вспоминаете?..
– вырвалось у меня, когда мы вышли на лестницу. Всё равно особняк, в котором проходил акцион, пустовал. Скорее всего, его сдавали в наём, за солидную сумму, и закрывали глаза на непотребства.