Чтение онлайн

– Ушки, давно вы... мы здесь? На Луне?

– Давно. В свое время я тебе все расскажу. Торопиться некуда, будем двигаться постепенно. Главное - ничего не бойся и помни: все, что ты узнаешь и увидишь - не чудо и не колдовство. Просто жизнь. На, держи.

Ушки протянул брусок белого цвета. Ной взял, рассеянно покрутил его в руках и откусил. На вкус тот был как хлеб, даже пах хлебом - свежим, будто только что испеченным. Ной откусил еще.

– Ну и хорошо.

Ушки поднялся.

– Примерно через полчаса тебе захочется спать. Не противься - ложись. Завтра я снова приду, и продолжим

наш разговор.

Он повернулся, собираясь выйти.

– Ушки, а что с Принцессой? Где она?

– Рядом. Отдыхает, как и ты. Когда придете в себя - встретитесь.

– С ней все в порядке? Она... она может беспокоиться.

– Не волнуйся. Она в надежных руках.

– Не выключай экран.

– Уверен?

– Да.

– Скажите, Саша, в биологии еще нет понятия сверхтекучести?

Врач непонимающе посмотрел на Лопухова.

– Что?

– Ничего...

Сквозь прозрачные стенки изоляционного куба Лопухов смотрел на девушку. Она снова приходила в себя. Ее движения все еще были замедленны и неосознанны, но скоро она опять начнет свой пугающий, немыслимый побег из фиксирующих ремней. За сутки это уже пятая попытка, и перерывы между ними все сокращались, словно тело девушки адаптировалось к лекарствам и каким-то необъяснимым образом сопротивлялось им. Медикам удалось взять только самые простые анализы - серьезные исследования пришлось отложить. Девушка, или Б-17, как ее называли в документации, боролась неистово. Она срывала датчики, выворачивала из суставов руки, изгибалась так, словно в ней вообще не было костей - она выбиралась из любых пут, не обращая внимания на боль и ссадины.

– Я предвижу проблемы...
– сказал Лопухов.

Девушка за стеклом открыла глаза. Медленно поворачивая голову, осмотрела помещение. Ее взгляд остановился на Лопухове, и он едва удержался, чтобы не отступить. Видеть она его не могла - изнутри стены непрозрачны. Но могла чувствовать.

– Ной!
– громко крикнула она, и стала выворачивать руку.

Лопухову вдруг страшно захотелось выпить, даже дыхание перехватило. Вдарить граммов пятьдесят, чтобы прочистились мозги. Это существо в кубе гипнотизировало его. В горле пересохло. Он вытащил из кармана мятную таблетку и бросил в рот. Посмотрел на стоявшего рядом врача.

– С этим точно ничего нельзя сделать?

– Не знаю. Будь это человек, я бы ответил. А с этим... Черт ее знает.

– А ты, Саймон, что скажешь?

Саймон, все это время молча наблюдавший за сомнамбулическим побегом образца, перестал крутить в руках оторванный Ноем окуляр и сжал его в кулаке.

– Скажу то же, что и в первый раз. Только Ной может ее успокоить.

– Как он там?

– Пока в шоковом состоянии, но он справится. У него подвижная душа.

– Душа, блин! Саша, вы осмотрели парня?

– Физиологи с ним работали. По этой части все в порядке. Психиатр пока не заходил.

– Пусть зайдет.

– Сейчас он спит, - сказал Саймон.
– Я дал ему успокоительного.

Девушка заорала. Усиленный внешними динамиками, звук обухом ударил по нервам. Лопухов выронил ключ.

– Выруби звук!
– рявкнул он на оператора.

Наклонился за ключом. Пальцы дрожали.

'Ох

как нужно выпить! Ох как нужно!'

Саймон смотрел на Принцессу. Ритмично - по-змеиному выгибаясь, она выдавливала свое тело из ремней.

Лопухов разогнулся, отвернулся от стекла и сухо сказал.

– Готовь Ноя. Возьми в помощь психиатра. Парня нужно привести в норму как можно быстрее. Как только он будет готов - сразу же связывайся со мной.

Он повернулся к врачу.

– Угомоните ее. И держите без сознания.

Когда Ушки вошел, Ной сидел на кровати и смотрел в окно-экран. Он словно вовсе не ложился спать - все те же приподнятые плечи, откинутая назад голова, что и вчера. На секунду Ушки охватил страх, он подумал, что Ной так же сопротивляется лекарствам, как и девушка-образец, что каким-то образом он - это она - ждет, собираясь наказать за мучения. Ушки мотнул головой - бред это все. И нервы. Надо больше отдыхать.

Картинка на экране была не та, что он оставил уходя. В камеру, разбавленное фильтрами, но все равно - нестерпимо яркое, било Солнце. На полу вытянулись тонкие тени от стола и стула.

– Привет, - сказал Ушки.

– Здравствуй, - не отрывая глаз от экрана, ответил Ной.

– Ты сменил камеру?

– Да. Это было нетрудно.

– Впечатлен.

Ушки подошел к компьютерной панели.

– Это Солнце?
– спросил Ной.

– Да.

– Никогда не видел его таким. Похоже на фонарь в темной комнате.

Ушки глянул на экран. Прищурился.

– Да, похоже. Как ты разобрался с компьютером?

– С чем?

– С компьютером. Здесь.

Ной обернулся.

– Это называется компьютер?

– Да.

– В Лабораториях их звали умными машинами. Я работал там немного. Как раз перед твоим... уходом.

Ушки что-то нажал, и экран погас, превратившись в обыкновенную стену.

– Верни, - сказал Ной.

– Насмотришься еще. Сейчас у нас есть дела.

– Какие? И когда я увижу Принцессу?

– Скоро. Может статься - уже сегодня.

Ной вскочил с кровати.

– Умойся сперва. Ты теперь как-никак цивилизованный человек. Пора осваиваться. Ты в ванной был?

– Я там ничего не понял.

– Пойдем - покажу.

Они прошли в ванную, Ушки раздвинул дверцы и ткнул пальцем в рукоятки.

– Эта включает воду и регулирует напор. Сдвинешь с нуля и польется. А эта - температура. Здесь у тебя третий режим расхода. Это значит, ты имеешь право на восемьдесят литров в сутки.

– Это много?

– Достаточно. На автономных станциях режимы куда жестче.

Ушки подошел к раковине и открыл дверцу маленького шкафчика.

– Здесь у тебя мыло...