Чёрная река
Шрифт:
— Я не слышу ничего, — прошептала она, прижавшись щекой к его груди. — Оно остановилось? Как ты теперь будешь, Нингорс?
— Оно бьётся, — буркнул Алгана, расправляя и складывая за спиной крылья. — И я могу лететь. Я поймаю большого одержимого или найду труп. Нужна еда, детёныш. Мои крылья сейчас ослабли.
— Лететь? — Гьяси обошёл куст и встал перед хеском. Его белесые глаза встревоженно мерцали.
— Куда вы летите? Наверх нельзя. Там сияющая смерть, всё сожжёно.
— Что?! — Кесса вздрогнула. — Мы слышали отголоски очень сильной вспышки… лучи, излучение… Так там был взрыв?! И это… это ирренций, да? Это Старое Оружие?!
— Ох
— И что с Волной? — насторожился Нингорс.
— Вся клубится тут, — развёл руками Гьяси. — Многие даже опомнились. Мы поймали, кого смогли, спрятали у себя. У нас, в Ремтиксе, одержимых нет, многие даже без аметистов обходятся. Летите в Ремтиксу! Тут скоро будет так холодно, что скалы побелеют. Там есть огонь… и еда тоже есть.
«Припасы,» — Кесса ощупала опустевшую дорожную суму и покачала головой. «Не знаю, сколько нам тут сидеть, и куда лететь, но припасы нам нужны.»
— А в какой стороне ваша Ремтикса? — спросила она. — Далеко?
— За день долетите, — Гьяси пощёлкал пальцами, подзывая одну из рыб-капель. — Шемми покажет дорогу. Там прочнейший морок, сами вы город не найдёте.
«И мы не рыбы,» — Шемми хлопнула хвостом по куртке Речницы. «Мы — Вайкири. Мы жили тут задолго до первых Тафри. А о знорках тогда никто даже снов не видел. Могучий раненый демон может лететь? Я спрячу его в облаках, никто ничего не заметит.»
— У нас с собой ничего, кроме воды, — развела руками Кесса. — Нам нечем будет кормить тебя.
«Я не голодна,» — вильнула хвостом Шемми. «И… если скажете, что делать, я помогу вам охотиться. Вы едите одержимых?»
— Хватит говорить о еде! — рявкнул Нингорс, высматривая среди камней брошенную упряжь. — Пора лететь, детёныш. К ночи похолодает.
…Жёлтые и серые холмы сменяли друг друга за поволокой белесой дымки. Тонкие облака почти не скрывали свод, ощерившийся тысячами зубов-сталактитов. Кессе, когда она смотрела наверх, всё чудилось, будто она в пасти огромного зверя.
Небо снизилось, и внизу можно было разглядеть всё — и красные кусты на дне оврагов, и камни, и каждого хеска из не знающих покоя отрядов, бродящих по Эвайле. Они как будто что-то искали, и Кесса надеялась, что никто из жителей им на пути не встретится.
Войксы перекликались над серо-жёлтой пустошью. Кесса увидела одного из них у родника — он умывался, но кровь намертво присохла к морде и лапам. Обглоданные кости розовели среди камней, и Нингорс, как ни принюхивался, не находил поживы — тут давно никто ни с кем не сражался, и Волна, замерев в нерешительности, уже не загоняла своих воинов до смерти. Одержимые, заметив на себе голодный взгляд Алгана, смотрели на небо, но не видели даже его тени. Шемми беззвучно скользила над его плечом, и воздух вокруг неё шёл рябью и неуловимо менял цвет.
— Вы, Вайкири, спите по ночам? — шёпотом спросила у неё Кесса, когда и белое, и красное солнце спрятались за холмами. Сверху потянуло холодным ветром, и он принёс запах окалины и оплавленного камня — и ещё чего-то, резкого и пугающего.
«Это твоя нора?» — Шемми вползла, помогая себе плавниками, в спальный кокон. Кесса подвинулась и забралась глубже, с головой, и спрятала под куртку озябшие руки.
— Если ты не рыба, тебе нужно тепло, — прошептала она.
«Хотелось бы увидеть хороший сон,» — Шемми заворочалась,
пряча нежные плавники. «Сны этого года — один другого гаже!»…Кесса выглянула из кокона — и, охнув, тут же уползла обратно, чтобы влезть в куртку. Земля внизу побелела от инея, белые колкие иголочки покрыли края кокона, и сам он, промёрзнув, тихонько похрустывал. Спрятав уши под шлемом, Речница выглянула опять. Нингорс приветственно фыркнул, покосившись на неё. Вокруг его пасти клубился белый пар. Кесса выдохнула и зачарованно следила, как тает в холодном воздухе белесый дымок.
Наверху, в седле, было ещё холоднее — ветер посвистывал в сталактитах, белых от инея. Шемми нарезала круги над Нингорсом, пытаясь согреться. Кесса запустила пальцы в густую шерсть хеска — от него тянуло жаром, но и он вздрогнул, когда холодные руки дотронулись до кожи.
— Где ваш город? — угрюмо спросил он пролетающую мимо Вайкири.
Ответа Кесса не услышала, но хеск повернул в сторону и чуть замедлил полёт.
— Шемми! — окликнула её Речница. — Ты видела хороший сон?
«Я видела воду. Много воды. И зелёную траву вокруг,» — ответила хеска, подлетая ближе. «Думаю, это хорошо.»
Пологие холмы внизу сменились зубчатыми скалами, тёмными бездонными расселинами и грудами валунов. В тени камней пряталась тонколистная алая трава, жёсткая, как иглы. «Шеелк,» — вспомнила Кесса, удивлённо мигнув. «Бесцветный Шеелк! А теперь у него есть цвет…»
По камням, наваленным друг на друга, даже одержимые не решались прыгать — отряды, чего-то дожидаясь, клубились в стороне плотным тёмным роем, а тут было тихо и пустынно. И Кесса, увидев краем глаза какое-то движение у подножия скалы, удивлённо вскрикнула. Шемми, вздрогнув, повернулась туда головой, пролетела немного и встревоженно забила плавниками. Нингорс недоумённо фыркнул, но развернулся к скале и выписал над ней медленный плавный круг, постепенно снижаясь к самой вершине.
Местность вокруг — голые камни, пучки алой травы, серая глина, потемневшая от растаявшего инея — шла рябью, как отражение в воде под дуновением ветерка, и из-под распадающегося морока проступали очертания двух существ. Они копошились у подножия, в тени скалы, — чёрный хеск-Тафри и летучая Вайкири.
Тафри торопливо снимал одежду и бросал наземь, не обращая внимания на холод. Кесса только и успела изумлённо мигнуть, когда он сбросил набедренную повязку и, встряхнувшись всем телом, опустился на четвереньки. Вайкири, до того кружащая над ним и задевающая его то хвостом, то плавниками, широко разинула рот, выпуская воздух, и превратилась в хвостатый блин. Проворно махая короткими «лапками», она поползла по спине Тафри и улеглась там, прижав нижнюю челюсть к его загривку. Её плавники, задрожав, прижались к его бокам и крепко обхватили их, хвост напрягся, вытягиваясь. Тафри выгнул спину, вновь уронил голову и застонал, содрогаясь всем телом.
Нингорс шумно вздохнул и испустил короткий насмешливый вой. Кесса побагровела и поспешно отвела взгляд.
— Это они… что же? Но как? Они же… ну, она рыба! — смущённо пробормотала она, избегая смотреть на Шемми. Та, выпучив узкие глаза и разинув рот, глазела на парочку.
«Пыль и пепел! Нашли время!» — её хвост возмущённо затрепыхался. «Вот нашли же время, Вайнег бы их побрал!»
Её следующий мысленный возглас услышал только Нингорс — и удивлённо шевельнул ухом.
— Зачем? Им и так хорошо, — проворчал он. — Чего?! А, вот это что… И правда, морок они не удержат.