Чтение онлайн

Когти и впрямь были в два локтя длиной, и их загнутая кромка была заточена — так, как затачивают мечи, Кесса видела, как она блестит на солнце. Если бы кто-то смотрел на Речницу из-за спины ящера, он не увидел бы даже её макушки. Кесса несмело надавила на светлые перья, и брюхо под её рукой судорожно дёрнулось. Оно было не мягким и не жирным, — сплошное сплетение мышц, твёрдых, как сталь, горячих и трепещущих. Зурхан, изогнув шею, взглянул на Кессу из-под лапы.

— У тебя, Горка, мышцы — как броня, — пропыхтела Кесса, разминая дрожащий «панцирь». «Перья-то я ему взъерошу, а вот глубже не промять… Ладно, лишь бы не повредить ничего…»

— Когда

— Сссу-урх, — отозвался Горка, содрогаясь всем телом, и перекатился на брюхо — так быстро, что Кесса едва успела отпрыгнуть. Он выгнул шею, что-то в горле заклокотало, и на траву вылетел круглый камень, покрытый липкой жижей. Зурхан взревел, судорожно втягивая брюхо, и выкинул целую груду булыжников, с тяжёлым вздохом выпустил из пасти последний и замер, уткнувшись мордой в траву. Слюна липкими нитями свисала с жёстких губ, бока вздымались. Копейщики, осмелев, поддевали булыжники и оживлённо переговаривались. Подошёл Вуа, тоже потрогал копьём один из камней. Кесса покосилась на них и пожала плечами — ничего интересного в обломках гранита не было.

— Тяжело, должно быть, таскать столько булыжников, — покачала она головой. — Теперь тебе легче будет, Горка. Отдохни.

Ящер снова улёгся на бок, подёргал головой, поднёс к ней лапу. Что-то мешало ему, хотя брюхо уже не содрогалось, и стонать он перестал. Кесса присмотрелась и поспешно подошла к пасти зурхана. Второй водяной шар лёг на её ладонь.

— Выпей, Горка, и полежи смирно, — подтолкнув сгусток воды к приоткрывшейся пасти, она сотворила ещё один и сорвала пучок травы. Липкая зловонная жижа засохла на перьях зурхана, оттиралась с трудом.

— Ссссу-у-урх, — выдохнул Горка и качнул головой, слегка толкая Кессу в грудь. Она от неожиданности пошатнулась, но устояла. Зурхан фыркнул, подталкивая её носом. Светло-зелёные глаза очистились от мути и весело засверкали. Кесса, удивлённо мигнув, прикоснулась к носу Горки.

— Теперь тебе не больно, да?

Голова зурхана приподнялась и качнулась вперёд, и Кесса повисла на ней, двумя руками обхватив длинную морду. Горка покачал её, наклонился, опуская Речницу на землю, и перекатился на спину, запрокинув голову. Огненно-рыжие перья с пурпурными кончиками засверкали на солнце, — от края пасти они бахромой спускались вдоль шеи на широкую грудь, и там два ряда яркого оперения смыкались. Горка, покосившись на Кессу, тихонько зашипел и переложил голову к её ногам, подставив полосатое горло. Речница мигнула.

— Тебе почесать шейку?! Река моя Праматерь…

Перья шелестели под рукой. Шкура под ними была не холодной и не едва тёплой, — по жилам Горки текла горячая кровь, горячее, чем у любого человека. Кесса гладила длинную шею, сверкающие перья на груди и светлое брюхо, с опаской притронулась к широкой трёхпалой кисти — каждый палец, даже без когтей, был длиннее её ладони! Зурхан пошевелил когтями, зашипел, зарокотал. Он смотрел за спину Кессы, и она обернулась и увидела Вуа. Он длинным копьём подталкивал что-то к пасти Горки.

— Ещё мяса! Да шевелитесь же! — крикнул он, повернувшись к кораблю. — Тот Венгэт что говорил? Когда превращение пойдёт, скормить зверю много мяса! Тащите сюда, или вы сами всё сожрали?!

Горка перевернулся набок, принюхался и отвёл морду в сторону, и Кесса не удивилась — кусок мяса, шмякнувшийся перед его пастью, смердел

— Вуа Матангофи! Ты что, отрезал кусок от тухлого ящера? — спросила она. — Кто же будет его есть?!

Нингорс насмешливо фыркнул. Варкин набрал воздуху в грудь, чтобы разразиться руганью, но Алгана, повернувшись к нему, рявкнул, и Вуа нехотя выдохнул.

— Нет у меня корма на такую тушу! — сказал он, подтолкнув к ящеру ещё один кусок мяса. — Ничего тут не тухлое. Пусть он жрёт и растит броню, — что нам, тут до ночи сидеть?!

Горка понюхал мясо, посмотрел на Кессу и вздохнул. Речница удивлённо мигнула, не сводя глаз с Варкина.

— Хаэй! Тот, кто стал хозяином зверя, должен накормить его с рук, — сказал Нингорс, недобро скалясь. — С рук, а не с копья. Ты плохо слушал того Венгэта.

— Вот ещё, с рук, — щёлкнул зубами Вуа. — Может, мне в пасть ему залезть? Ты видишь эту тварь? Она меня целиком в рот запихает. Авлар» коси, уйди от зверя! Что он вертит мордой?!

— Не обижайся, Горка, — прошептала Кесса, гладя зурхана по перьям над глазом. — Он тебя боится так, что разум теряет. Я тебя покормлю. Вот, возьми…

Ящер склонился над её рукой, обнюхал зловонное мясо и нехотя откусил немного. С шумным вздохом он опустил голову на траву, поддел носом жёсткие стебли, прихватил их пастью, снова вздохнул и прикрыл глаза.

— Что же ты, Горка? Так ты ослабнешь, — прошептала Кесса и повернулась к Нингорсу. «От Вуа помощи не дождёшься,» — с досадой подумала она. «Что же едят зурханы? Непохоже, чтобы он мясу радовался…»

— Нингорс! Поищи большие листья и ветки! Горка хочет папоротника!

— Так сходил бы в лес, — фыркнул Алгана, отбирая у Варкина опахало из пожелтевшего листа. — Это сгодится? Держи!

— Он очень слаб! — крикнула Кесса, подобрав ветку, и поднесла её к носу зурхана. Ящер слегка шевельнул головой, и Речница едва успела выпустить черенок, — жёсткий лист весь оказался в пасти Горки и захрустел на зубах.

— Вот ещё, — Нингорс, приземлившись рядом с ящером, высыпал перед Кессой охапку ветвей и листьев. — Нет тут папоротника, одни хвощи и сухая трава.

Речница подобрала лист, но отдать его зурхану не успела — пернатый холм, учуяв еду, перекатился на брюхо и сел. Ветки одна за другой исчезали в его пасти, только хруст раздавался. Покончив с грудой зелени, Горка с шелестом выдохнул и поднялся на лапы. Кесса невольно попятилась — макушкой она не доставала ящеру и до колена.

— Стой, дрянь пернатая! — закричал Вуа, и непонятные, но очень недовольные возгласы послышались с палубы корабля. Горка, небрежно оттолкнув куски мяса, склонился над грудой камней и принялся глотать их. Подобрав последний, он с шелестящим вздохом подошёл к ближайшему дереву, пригнул его к пасти и отхватил сразу полкроны.

— Да, Дзуул своих зверей знает, — прошептал Нингорс, ухмыляясь. — За полтысячи кун, или за две, — кто не превращается, тот не превращается.

— Не очень-то смешно, — нахмурилась Кесса. — Горка измучался, и без толку. И что, если Вуа теперь…

Послышался гулкий вздох и треск веток — Вуа со всей силы огрел ящера по задней лапе древком копья, и зурхан, выпустив недоеденный хвощ, развернулся к нему. Второй удар не достиг цели — древко просвистело мимо оперённой лапы, и Вуа едва не упал. Зурхан с недоумённым шипением наклонился к оброненному копью и понюхал его.