Черная луна
Шрифт:
— Идем, — не медля, решил Соло, — переночевать где-то надо. Бери Лиру и иди договаривайся насчет удобств, а я пока устрою лошадей и посмотрю, что тут за народ обитает.
Оборотень бодро спрыгнул со своего коня, бесцеремонно стащил вниз эльфийку и, подталкивая ее перед собой, направился в гудящую, как растревоженный улей, таверну.
И когда Соло, быстро сделав все дела, вошел следом, то немедленно заметил своих спутников: Айво, который о чем-то шептался с двухметровым бородачом и Лиру, пунцовую от откровенных взглядов, направленных на нее со всех концов таверны. Но когда он подошел к ней, взглядов сильно поубавилось.
— Пошли, — Айво кивнул на небольшой столик, стоящий в самом дальнем и темном углу.
Когда они расселись, и неприглядного вида официантка принесла им три порции дежурного блюда и три объемных кувшина с выпивкой, оборотень поспешил разъяснить обстановку:
— Итак, здесь, в этом месте, есть только одна вещь, которую все любят, ценят и уважают — арсит, выпивка местного приготовления. Штука взрывоопасная: можно выпить три больших кувшина и уснуть абсолютно трезвым, здоровым и счастливым, а проснуться пьяным в доску, да еще и с такой дикой головной болью, что хоть на стенку лезь. Так что особо не увлекайтесь. Но пить придется всем, — добавил Айво, заметив предупреждающей взгляд, который Соло бросил на оживившуюся Лиру, — в этом мире о тебе судят по тому количеству спиртного, которое ты способен выпить. В противном случае у нас могут быть крупные неприятности, которые нам вовсе не нужны, — подытожил он.
И Айво, закончив инструктаж, с бодрым видом разлил всем троим какую-то не слишком вкусно пахнущую буроватую жидкость, поднял свой стакан и первым предложил тост:
— За благополучное завершение нашего пути!
Приятели чокнулись и молча выпили. Арсит оказался кисло-сладким, но довольно приятным на вкус. Пока они ели, Айво развлекал их рассказами о своих похождениях. Пауза между первой и второй затянулась, и когда они начали ощущать на себе колючие недоброжелательные взгляды местного населения, оборотень молча налил всем по следующей. Пустой кувшин тут же исчез со стола, и на его месте, как по волшебству, появилось еще два.
Пьянка грозила затянуться.
Арсит приятно разбегался по телу, но после пятого тоста Соло не без труда отобрал у Лиры кружку, заявив, что ей на сегодня уже хватит. Мол, и так еле держится на стуле.
— Ничего не хватит! — слегка заикаясь, бурно возразила эльфийка. — Отдай мой стакан!
— Возьми! — насмешливо отозвался Соло, поставив его на противоположный конец стола.
Лира немедленно вскочила на ноги, при этом послав приятелю убийственный взгляд, и не придумала ничего лучше, как потянуться за кружкой через весь стол, продемонстрировав разом замолчавшему залу свою пятую точку. Дотянувшись, она забрала стакан, попутно опрокинув на Айво кувшин арсита и едва не свернув стол.
— Ой, извини, я не специально! — девушка, мило улыбнувшись оборотню, попыталась сесть, но немного промазала, приземлившись на самый край и опрокинув на пол и стул, и себя. — Блин, больно же! Почему у них тут такой жесткий пол?
Айво, закусив нижнюю губу, чтобы не расхохотаться на всю таверну, помог ей сесть на стул, заботливо подлив арсита и старательно не замечая осуждающего взгляда приятеля.
— У меня тоже есть тост, — Лира хотела привстать, но оборотень перебил ее, удержав на месте:
— Сиди, чудо, нам незачем привлекать к себе лишнее внимание. Так что там за тост? — он долил себе и Соло.
— Я
хочу выпить за вас! — жизнерадостно улыбаясь, объявила девушка, все же встав и с явным трудом держась на резко ослабевших ногах. — За то, что мы встретились, за наше путешествие, ну и за все прочее тоже, вот! — на последнем слове Лира запнулась, так как ее язык уже начинал заплетаться, однако нашла в себе силы достойно закончить начатое: — Я вас всех люблю!— Хороший тост, — кивнул Айво, — присоединяюсь!
Соло молча поднял стакан, чокнувшись с приятелями и не сводя с них тревожного и абсолютно трезвого взгляда, так как Лира уже явно дошла до своей кондиции, а Айво был на полпути к этому.
Тут оборотень, словно прочитав его мысли, бодро заявил:
— Слушай, приятель, расслабься, а? Народ, тут, понимаешь ли, веселиться, отдыхает душой, а ты сидишь, надувшись на весь белый свет, и портишь нам настроение. Эй, ты куда собрался? Сядь, я сказал, и выпей! И не спорь! Скоро здесь все будут в доску пьяные, так что стыдиться некого. Компания хорошая, повод есть, и чудо нам еще сейчас споет. Споешь, солнце? — он посмотрел на эльфийку.
— Ага, — с готовностью кивнула она, — только гитару дайте. Ну, или что другое, музыкальное…
— Эй, любезный! — рявкнул Айво на весь зал, грозно глядя на знакомого бородача, который от неожиданности даже подпрыгнул. — Гитару и арсита, живо!
Бородач послушно куда-то смылся, быстро вернувшись с довольно потрепанной и обшарпанной гитарой, а на их столе появилось еще несколько объемных кувшинов.
— Такая сгодиться? — спросил бородач, протягивая эльфийке гитару. — Других не держим…
— Ничего, с пивом потянет, — рассеяно отозвалась девушка, старательно настраивая видавший виды (и большие драки) инструмент непослушными пальцами.
— Ну что, народ, — Айво усадил бородача за их столик и налил всем выпить, — гулять, так гулять!
Лира чокнулась со всеми, бодро выпила, закрыла глаза и начала играть. Непослушные пальцы с поразительной легкостью перебирали знакомые с детства жесткие струны, голос звенел в откуда-то взявшейся тишине, а когда песня закончилась, вокруг загремели стулья и послышался одобрительный гул громких аплодисментов.
— Чудо, давай нашу! — Айво придвинулся к ней ближе, отчаянно стараясь не свалиться со стула.
Лира открыла глаза и обнаружила, что выпивающий народ побросал свои столики, и расселся вокруг них на стульях или на полу, вооружившись арситом, а гуляющие на улице удрали от костров и заглядывали в окна, облокотившись о подозрительно трещавшие деревянные подоконники. Заглядывали и с самым внимательным видом, на который только были способны, слушали.
— Нашу, так нашу! — догадавшись, о чем речь, охотно согласилась девушка, и с чувством запела ту самую лесную песню, которая совершенно случайно всплыла в ее памяти прошлой ночью, возле костра.
Запела и словно снова перенеслась на ту далекую призрачную поляну, очутившись среди вековых древесных стволов, в родном племени… Неожиданное видение вновь растревожило память, разбудив память о дедушке. Как же давно она его не видела и как сильно соскучилась! Теплое воспоминание о единственном родном существе скользнуло по щекам легкими прозрачными каплями соленых слез, и Лира непроизвольно посвятила эту песню ему, пообещав себе, что обязательно доберется до Магов, живи они хоть в самой преисподней.