Через бурные волны
Шрифт:
Но ее лицо было мрачным от душевной боли. Она стояла, глядя на каждого из нас по очереди.
— Спасибо вам всем за помощь в восстановлении моей силы. Мы заплатили за это высокую цену. — Ее взгляд упал на Беллами, и она на мгновение заколебалась, пока мы с нетерпением ждали ее последних слов. — Я должна вернуться к морю, потому что больше не осталось сирен, которыми можно управлять, но всегда есть темнота, которую нужно сдерживать. И прежде чем я уйду, у меня есть кое-что для каждого из вас, чтобы выразить свою благодарность и почтить жертву Беллами.
Сначала она подошла к МакКензи, которой
— Подходящий подарок на память о том времени, когда ты изображала морскую богиню. — Они с МакКензи обменялись улыбками, а затем МакКензи бросилась к Серене и заключила ее в объятия, что меня не удивило. Я улыбнулась про себя.
Затем она протянула Ною что-то похожее на свернутый свиток.
— Карта морей и даже их тайных уголков, — подмигнула она. — Чтобы напомнить тебе о вещах, в которые ты когда-то не верил. — Ной кивнул в знак благодарности.
Затем она молча подошла к Расселу, положила руку ему на щеку и что-то тихо произнесла между ними. Я предположила, что она помогала ему смириться с тем фактом, что его дочь на самом деле богиня океана, и, возможно, чтобы облегчить прощание. Я не видела, что она подарила ему, но полагала, что в этом-то и был смысл.
Наконец, она повернулась к Майло. Она потянулась к мечу, висевшему у нее на боку, и вложила его в его руки.
— Это…
— Кортик Беллами, — прервал ее Майло, его голос срывался на полуслове.
— Да. — Она моргнула. — У кого еще может быть меч, как не у того, кого он научил владеть им?
Майло поджал губы и покорно кивнул. Когда Серена отвернулась, я заметила, что он уставился на меч пустыми глазами. Ее взгляд долго держался на ее руках, прежде чем снова вернуться к нам.
Когда со всеми, кто был на суше, разобрались, настала моя очередь. Серена повернулась ко мне лицом, стоя ногами в полосе прибоя, и посмотрела на меня сверху вниз.
— А ты, маленькая сирена, что я могу тебе дать?
Я колебалась, казалось, у меня пропал голос. Я все равно планировала попросить об этом Серену, но надеялась, что это ее не разозлит. Черт, я просто надеялась, что это вообще возможно.
— Ты можешь… ты можешь забрать мою форму сирены? — выплюнула я это, дрожа.
Серена опустилась на колени, ее серьезное выражение лица не изменилось.
— Скажи мне. Зачем тебе это нужно, Катрина?
Я посмотрела на друзей, стоявших позади нее, и долго смотрела на Майло.
— Из-за них. И из-за моей мамы. Я хочу быть полноценным человеком. Мне нужна душа.
Серена отступила, и я была готова к тому, что она откажет мне в том, о чем я просила. Я даже не знала, сможет ли она дать мне это. Поэтому, когда она заговорила, я вздохнула с облегчением.
— Я могу сделать то, о чем ты просишь, но не без твоей помощи. Океан требует от меня заверения в твоей искренности, чтобы я выполнила столь важную задачу.
— Все, что нужно, — сказала я. — Это будет не первая сделка, которую я заключаю.
— Это не сделка, — отрезала Серена. — Но это единственный способ отказаться от всех своих качеств сирены — твоего голоса, твоей мощи, твоей силы. Точно так же, как Бастиану нужно было уничтожить то, что делало меня богиней, чтобы убить меня, то, что делает тебя
сиреной, должно быть уничтожено, чтобы ты стала полноценным человеком. И чтобы ты обрела душу.— Так что же тебе тогда нужно? — Я нетерпеливо и немного нервно взмахнула хвостом.
Серена бросила на меня взгляд, который пронзил меня насквозь.
— Ты должна отрезать свой хвост.
Удушающая тишина окутала нас всех, словно мокрое одеяло, пока я обдумывала ситуацию.
— Другая русалка до меня отрезала себе хвост, и с этого все началось.
— И теперь это должно закончиться тем же самым. Твоя прабабушка сделала это, чтобы наложить проклятие и уберечь себя. Ты делаешь это, чтобы снять проклятие и уберечь тех, кого любишь.
— Хорошо. — Я сделала глубокий вдох. — Если это то, что нужно, я сделаю это.
— Катрина, ты уверена в этом? — спросила МакКензи, и ее лицо исказила гримаса.
Я снова вспомнила все случаи, когда моя сирена заставляла меня делать то, о чем я сожалела, и ответ пришел сам собой. Стала бы я отрезать часть себя, чтобы избавиться от ее влияния?
— Да. — Я смотрела на Серену, и во мне нарастал гнев из-за того, что она собиралась заставить меня сделать. Было ли это действительно требованием океанских законов или просто ее собственным, я не могла не возненавидеть ее в тот момент. Но это ничего не изменит. Моим единственным выбором было преодолеть это и схватить меч.
— Давай отправимся в более… уединенное место, — Серена посмотрела в сторону моря. Она была права. Это был только вопрос времени, когда кто-нибудь заметит нас здесь, внизу. Побережье и старый город уже были охвачены переполохом из-за обрушения форта. Она повернулась и посмотрела на меня. — К востоку отсюда есть небольшая гряда песчаных отмелей.
— Встретимся там, — твердо сказала я, на секунду перевела взгляд на Майло, который наблюдал за мной напряженным взглядом и неловко переминался с ноги на ногу. — Ты пойдешь со мной?
— Я надеялся, что ты это скажешь. — Он тут же шагнул вперед, но Серена остановила его. — Она должна сделать это одна.
— Почему? — выпалила я эти слова с презрением и шоком. — Почему он не может пойти со мной?
— Потому что, — Серена вздернула подбородок, — когда ты ощущаешь слабину в самый момент и когда думаешь, что не можешь больше терпеть боль, когда твоя сирена умоляет тебя остановиться, ты должна доказать, что твоя человеческая сила действительно больше. Я не позволю тебе стать кем-то меньшим, чем ты есть на самом деле. Если я лишу тебя натуры сирены, значит, без нее ты более могущественна. И это, моя русалочка, ты должна доказать.
Я прикусила губу и раздула ноздри, не зная, какой ответ я могла бы предложить в столь запутанном положении. Но Серена была богиней океана, и, как само море, она была непредсказуемой, могущественной и, несомненно, иногда даже безжалостной. Но если это было то, что я должна была сделать, чтобы избавиться от той стороны, которая делала меня такой, меня это не остановит.
— Увидимся на песчаной отмели, — объявила я достаточно громко, чтобы все услышали, прежде чем нырнуть под воду и направиться прямо к крошечным островкам, видневшимся чуть ниже горизонта. Голос моей сирены преследовал меня всю дорогу.