Через бурные волны
Шрифт:
Серена так покраснела, что я заметила румянец на ее щеках даже сквозь смуглую кожу. В ее глазах вспыхнули ярость и паника, и она застыла так, что я занервничала.
— Верно, — продолжал Бастиан, стоя на корпусе и держась рукой за такелаж. — Не притворяйся, что ты лучше меня. Мы оба не справляемся с возложенными на нас задачами. Ты была готова рискнуть всеми своими сиренами, пожертвовать единственным, что у тебя было, чтобы защитить их, и все это ради человека, который все равно оказался мертв.
Именно тогда я поняла, что Бастиан забрал корону Серены не только для того, чтобы лишить ее власти, но и для того, чтобы забрать ее армию. Логично, что он забрал ее во времена,
— Отдать свою силу ради любви — это совсем не то же самое, что держать души в плену для своей коллекции извращений, — парировала Серена. — И ты это знаешь. Вот почему ты бежишь. Это твой единственный шанс.
— Надо отдать тебе должное, я так и думал, — усмехнулся Бастиан. — Но теперь я вижу, что ты не можешь справиться даже с одной вспыльчивой маленькой сиреной. Так что, возможно, ты не так сильна, как я думал.
Серена оскалила зубы, и вокруг нее взметнулся поток воды. Волны накатывали и пенились вокруг нее, и это зрелище поразило меня до глубины души. Однажды Корделия рассказала мне об этом.
Морская пена.
Я позвала Серену по нашей связи с сиренами, все еще не сводя глаз с Бастиана.
Она взглянула на меня, приподняв бровь и склонив голову набок, с выражением наполовину раздражения, наполовину замешательства.
«Что?»
Я провела пальцами по воде, подчеркивая, какие пузырьки образуются при движении.
«Правда ли, что, когда сирены умирают, они становятся морской пеной?»
Серена сморщила носик и отвела взгляд, продолжая посылать золотистые волны в сторону Бастиана.
«Да, но почему ты задаешь мне этот вопрос в такой момент?»
— Потому что не думаю, что твоя армия ушла, — громко закричала я.
Серена резко остановилась, и ее взгляд встретился с моим. Она поняла. Кивнув, она нырнула под воду. Я посмотрела на нее, ожидая, что она вынырнет на поверхность. Ветер донес жуткий свист, раздававшийся со всех сторон. Океан сдвинулся с места, и волны повернули вспять, опускаясь все ниже и увлекая за собой весь уровень воды. Грохот внизу вызвал бесконечный поток ряби по поверхности, и я почти ожидала цунами.
Бастиан огляделся, его лицо побелело от страха, когда он понял, что единственный, кто мог победить темного повелителя морей, собирался выполнить этот долг. Я проследила за его взглядом, когда он увидел что-то вдалеке. Это была накатывающаяся волна — пенящаяся волна, состоящая не из воды, а из призрачных очертаний сирен в морской пене. Всех сирен, которые когда-либо жили и погибли от рук охотников на русалок, один неземной хор их песен в унисон разносился в ночном воздухе, будто их голоса были пропитаны самими морскими брызгами. И в середине волны сирен среди них плыла Серена, ее великолепный хвост развевался по воде, как переливающаяся радуга, а корона сверкала ярче луны.
Волна приближалась, а вместе с ней и завывающая песня сирен. Она была печальной, полной жалоб и траура, но по мере приближения превратилась в гневную. Я подняла глаза и увидела, как Бастиан мечется из одного конца своего корабля в другой, отчаянно ища выход. Когда волна обрушилась на его корабль, он вскинул руки и заслонился стеной черной воды, но это ни на секунду не остановило пенящуюся волну-сирену. Она прорвалась, поглотив его, когда призрачная песня стала такой сильной, что я чуть не зажала уши. Волна снесла его корабль, призраки бьющихся русалок утащили его на глубину, создав водоворот, в котором остался Бастиан. Сирены подхватили его своим пенистым потоком, увлекая за собой, и закружились вокруг него подобно циклону, а Серена была в центре всего этого, управляя
каждым их движением.Вихрь сирен вращался все быстрее и быстрее, оставляя за собой размытый силуэт Бастиана. А потом тень вытекла из него, как чернила, которые они вытягивали. Он издал отчаянный вопль, когда вода вокруг него окрасилась в черный цвет.
— Как ты сверг меня с трона, так и я свергаю тебя. — Голос Серены прогремел подобно раскату грома, прекрасный и пугающий одновременно. Бастиан стонал и проклинал Серену, корчась в темнице сирен. Они окружили его размытым пятном, двигаясь так быстро, что вытянули из него источник его темной силы, вытягивая из него тот самый дух Дэйви Джонса, с которым он был связан все эти годы. Бастиан снова стал простым смертным, лишенным своей темной силы, и проклятие Дэйви Джонса снова было отброшено, чтобы скитаться по морям в поисках своего следующего добровольного носителя.
Я следила взглядом за темной тенью, нависшей над водой, беспорядочной и неистовой, пока море впитывало ее, как пятно. Я содрогнулась при мысли о том, кто мог бы приветствовать его следующим. Но, по крайней мере, сейчас это был уже не Бастиан.
Наконец, призрачная волна сирен замедлилась, вращающийся циклон замедлился, опускаясь и увлекая Бастиана вниз. Сила Дэйви Джонса, возможно, и была его проклятием, но в глубине души он все еще был несчастен в одиночестве, с силой повелителя темного моря или без нее. И за это он понес заслуженное наказание от рук — и плавников — мстительных русалок, которых он косвенно убил. Они утащили его за собой, когда рухнули обратно в океан, оставив за собой облака вздымающейся морской пены. Я сразу вспомнила о Корделии и подумала, не была ли она где-нибудь там. Она хотела отомстить за сирен и искупить свою вину. И теперь думаю, что в каком-то смысле ей это удалось.
Тишина, которая последовала за этим, была леденящей. Вода успокоилась, и волны угомонились. Я плыла одна, все еще переживая фантастическое событие, свидетелем которого я только что стала. Я почти до сих пор слышала навязчивую песню тех сирен и прокручивала в голове их зловещие слова.
В будущем, в прошлом
Наша тень отброшена
Вырвана из глубин
Пока ничего не останется
Мы поднимаемся в последний раз
Последняя колыбельная
Солнце и луна объединяются
Старые обиды становятся правдой.
Так заканчивается океанская ночь
Песня еще долго отдавалась эхом в моей душе, полностью пробуждая мою сирену, и я не могла заставить ее замолчать достаточно быстро.
«Убей королеву. Возьми корону. Убей королеву. Возьми корону».
У моей сирены появилась идея, и она не была вежлива по этому поводу. Она настаивала. Она цеплялась за то, что сказала Серена. Что я могу бросить ей вызов, в отличие от других сирен. Это означало, что я могу бросить ей вызов. И если бы я победила ее, то могла бы стать новой королевой сирен. Я могла бы обладать силами богини.
Мой разум умолк. Где-то в глубине головы он кричал «нет», но его заглушили настойчивые команды сирены. Она была права. Серена не заслуживала короны. Она не использовала свою силу должным образом. Если бы она это сделала, сирены все еще правили бы морями.
«Найди ее. Убей ее. Возьми корону.»
Я должна была последовать за ней. Я должна была.
Я хотела нырнуть под воду, но что-то схватило меня за руку. Я зашипела, резко поворачивая голову, чтобы посмотреть на своего похитителя, пока отбивалась от него. Это был Майло, который подкрался ко мне на лодке. Но его голос и нежный взгляд не смогли успокоить мою ярость и безумное желание власти. Я едва узнавала его. И моя сирена хотела, чтобы он убрался с дороги.