Чародей в ярости. Чародей-странник
Шрифт:
Сказал — и тут же понял, что выбрал имя на редкость неправильно. «Если люди станут называть тебя Керном, — забормотал внутренний голос, — ты забудешь о том, кто ты такой на самом деле. Начнешь думать, что ты — Керн, и его личность поглотит твою собственную». — «Ерунда, — ответило внутреннему голосу „эго“ Рода. — Воля Керна не в силах переместиться в этот мир. А имя — это всего лишь слово, а не Угроза для личности».
В конце концов внутренний голос и «эго» договорились между собой и решили пойти на компромисс.
Род сглотнул подступивший
— Меня зовут Керн, — повторил он. — И хватит с вас. Запомни мое имя, служивый.
— Запомнить — это можно. Только почему бы не поинтересоваться, кто же это взялся мной командовать?
— Не командовать, — покачал головой Род. — Просто я даю тебе советы. На север-то сам податься решил. Если бы дело до приказов дошло, то я бы тебе приказал на юг идти.
— Не надо, — поспешно проговорил капрал. — А за советы спасибо.
— Не за что. Но учти, если случится самое плохое… если ты попадешь в плен…
— Я тебя не выдам, — решительно заверил его капрал, — пусть хоть каленым железом пытают, пусть гвозди под ногти загоняют. Ни словечка не скажу.
— И не придется, — печально усмехнулся Род. — Им достаточно будет прочесть твои мысли. Можно все вытерпеть, не произнести ни слова, но нельзя же перестать думать.
Капрал явно засомневался.
Род кивнул:
— Так что лучше не знать более того, что необходимо, вот и все. Но все-таки — на всякий случай… Вдруг нам все же удастся чего-то добиться…
— Да!
— Имей в виду: если кто-то к тебе придет и скажет, что Керн велит атаковать такое-то место в такое-то время, то ты поймешь, что делать.
Капрал понимающе улыбнулся и расправил плечи:
— Как не понять? И клянусь, все сделаю, как ты скажешь.
— Молодчина! — Род хлопнул капрала по плечу. — А теперь пора бы пробудить твоих товарищей. — Он обратился к Саймону: — Не возражаете, мастер Саймон? Чем скорее мы разойдемся в разные стороны, тем лучше.
Саймон кивнул, улыбнулся и поспешил к лежащим без чувств солдатам.
— Отличная работа, — послышался за ухом у Рода голос Векса. — Ты делаешь большие успехи в роли подстрекателя, Род.
— Ты же знаешь, первый кирпич я всегда кладу удачно, — пробормотал в ответ Род. — Беда в том, что на этот раз надо возвести стену целиком.
Глава десятая
В вышине, расправив крылья, в восходящем потоке воздуха парила скопа. Род глянул на нее, сдвинув брови, и задумался — уж не зеленые ли у нее, часом, глаза, как у Гвен?
— Саймон, далеко ли до побережья?
— С день будет, если на лошади, — ответил Саймон и проследил за взглядом Рода. — А-а-а, вон оно что! Это же ястреб-рыболов, да?
— Вроде бы да. Но если до океана всего двадцать миль, он, пожалуй, настоящий. — Род обернулся к своему спутнику. — Я думал, ты пахарь. Откуда ты знаешь, как выглядит ястреб-рыболов?
Саймон пожал плечами:
— Я же сказал: до океана недалеко.
Это так и было,
и, по идее, волноваться Роду было не о чем. Но на вражеской территории он не мог избавиться от подозрительности. Еще немного — и он начал бы видеть в каждом придорожном валуне преобразившуюся ведьму.— Кроме того, — добавил Саймон весело, — я и не говорил, что я крестьянин.
Род бросил на него удивленный взгляд.
— Верно, — кивнул он. — Я такого тоже про себя не говорил. Но с другой стороны, чем еще можно заниматься в небольшой деревушке?
— Деревня наша стоит недалеко от Большой Королевской Дороги, — объяснил Саймон. — И я содержу постоялый двор.
Род открыл Род, но пару мгновений не мог вымолвить ни слова.
— О, — сказал он затем и медленно кивнул. — Ясно. И там частенько бывают высокородные постояльцы?
— Раза два за месяц бывают. Покуда все было в порядке, то и дело кто-нибудь ездил к милорду князю в замок и от него. Вот я и прислушивался к тому, как господа разговаривают, и старался, елико возможно, их манеру перенимать.
Род подумал о том, что на самом деле Саймон прислушивался, конечно, не только к речи аристократов. Узнай те, что хозяин постоялого двора читает их мысли, они пришли бы в ярость. Ну, у Саймона наверняка почти не осталось иллюзий насчет особ благородного происхождения.
Но почему же тогда он остался верен князю Романову?
Может быть, потому что альтернатива была намного хуже.
— Вряд ли твои постояльцы выучили тебя читать?
— Нет, не они. Мой отец отправил меня в науку к викарию. Отец владел постоялым двором до меня и знал, как полезно хозяину уметь читать, писать и считать.
Вот оно как вышло. Не желая того, Род столкнулся с одним из местных общественных деятелей.
— Он был образованным человеком, — заметил Род.
— Верно. Ну а ты кто такой?
Сработала ментальная сигнализация. Что делать? Надо было как-то выкручиваться… Да, он позволил себе серьезную оговорку, но может быть, все же Саймон не был настолько внимателен?
— Да кто же еще? Крестьянин. Неужто я так на рыцаря смахиваю? Или на герцога? — Но вот его лицо озарилось хитрой усмешкой, и он покачал указательным пальцем. — Знаю! Ты принял меня за золотых дел мастера!
Саймон удержался от того, чтобы расхохотаться в голос — он лишь негромко рассмеялся и покачал головой:
— Да нет, приятель. Я не про занятие твое спросил, а про то, кто ты такой. Ты ведь и здесь, и нет тебя.
Род вытаращил глаза, потрясенный до глубины души:
— Как это — нет меня?
— В мыслях, — ответил Саймон и для убедительности постучал пальцем по лбу. — Говорил же я тебе, что умею чужие мысли читать, а вот твоих не слышу.
— О… — Род отвел взгляд, уставился вперед, на дорогу. На самом деле он испытывал необычайное, ни с чем не сравнимое облегчение. — Ну да… Мне такое и раньше говорили… — Он мысленно добавил: «Какое счастье, что это у меня получается».