Целители не лечат
Шрифт:
Стоп! Мы же и есть невидимы или нет?
Стражник моргнул, нахмурился, уставился прямо на нас…
— Э-э… лошадь?.. — пробормотал он, явно не веря своим глазам.
Аурон как раз в этот момент фыркнул — ровно ему в лицо облаком тёплого пара.
— Привиделось… — решил стражник и торопливо хлебнул из кружки.
Мы проскользнули за ворота. И только оказавшись за пределами академии, я наконец выдохнула.
— Ну что, миссия «Побег невидимки» завершена успешно! — пискнула мышь.
— Это только начало, — усмехнулся Аурон. —
Весело им, понимаешь ли. Мне вот совсем почему-то нет, зная куда мы направляемся.
— Главное, чтобы никто не догадался, что мы утащили с собой самого древнего магзверя академии. — Я нервно хихикнула. — Мышь, если нас поймают, скажи, что это была твоя идея.
— Мне не поверят и вообще, меня слышишь только ты.
— Ладно. Хватит разговоров и поторопимся, а то у меня это плохое предчувствие уже не просто шепчет — вопит во всю.
36 глава. Теперь я понимаю его молчание
Луна висела над дорогой, как тусклая монета, а вокруг всё больше сгущалась тьма. Академия осталась позади, и только редкие огни на башнях мигали вдали, будто подмигивая нам вслед: «Ну-ну, беглецы, удачи вам».
Аурон двигался плавно, почти бесшумно. Его шаги были мягкими, как тёплое дыхание ветра, и лишь изредка искры пробегали по копытам, тая на влажной мостовой.
— Так, теперь объясни, куда мы вообще едем, — первым нарушил тишину он, поглядывая на меня с едва скрытым сарказмом.
— Я… не совсем знаю, — пожала плечами. — Просто чувствую.
— Это твоя магическая чуйка или женская интуиция?
— А если и то, и другое? — буркнула я. — Мне снилось, что Кейл — тот, чьё проклятие прилипло ко мне — прикован где-то внизу, в подземелье. А потом, когда проснулась… будто нить внутри потянула. Я просто знаю , куда идти. По крайней мере, мне так кажется.
Мышь, высунувшись из кармана, подозрительно поводила усиками.
— Скажу честно, звучит не как план, а как приглашение в неприятности.
— Я в неприятностях чувствую себя как дома, — отозвалась я, стараясь не задумываться о том, что говорю правду.
Некоторое время мы ехали молча. Город всё ближе, свет фонарей дрожал на ветру. Но вдруг внутри что-то дрогнуло — та самая нить, что вела меня, словно ослабла.
Я замерла.
— Стой.
Аурон сразу же послушно остановился.
— Что такое?
— Не знаю… — я сжала грудь ладонью. — Будто связь рвётся. Она… слабеет.
Мышь беспокойно заёрзала в кармане.
— Это плохо. Очень плохо. Если она оборвётся — ты не найдёшь его, — пискнула она.
Паника накатала волной, сердце забилось быстрее. Аурон, кажется, почувствовал это — от него исходило ровное, мощное тепло.
— Тише, — произнёс он голосом, в котором звучало нечто древнее и успокаивающее. — Просто дыши. Я помогу.
Он переступил с ноги на ногу, от чего меня слегка качнуло на его спине. И я ощутила, как магия окутывает нас обоих — тёплая, густая, будто жидкий янтарь. Она потянулась к той самой нити, оживляя её, наполняя светом. В груди защемило, и я резко вдохнула, словно заново научилась
дышать.— Есть, — прошептала я, чувствуя, как невидимая сила снова тянет вперёд. — Она жива.
— Тогда поехали, — кивнул Аурон, снова переходя на рысь.
Мы свернули с главной дороги в один из боковых переулков. Узкий, пахнущий пылью и ночными травами, он казался совершенно пустым. И вдруг впереди вспыхнул мягкий свет.
Я прищурилась.
— Что это?
Небольшая лавка пряталась между двух домов. Дверь с облупившейся краской и крохотным окошком, а над ней вывеска, освещённая тусклым зелёным светом: «Травы и настои Арленна».
— Магическая лавка? — уточнила я.
— Или ловушка, — пробормотала Мышь.
— Отличный выбор, — иронично протянул Аурон. — Полночь, тёмный переулок и подозрительная лавка. В таких местах ты любишь коротать вечера?
— Молчи и постой на стрёме, — шепнула я, спрыгивая с коня на землю. А когда увидела непонимающую лошадиную морду, добавила: — Следи по сторонам за обстановкой. Буду кричать — врывайся!
Страшно представлять жеребца в роли спецназовца, чтобы не рассмеяться, но сейчас как-то было не до шуток. Нить в груди дрожала, тянулась именно туда — к двери лавки.
И я уже знала: что бы там ни ждало — это связано с Кейлом.
Я осторожно приоткрыла дверь. Колокольчик над ней тихо звякнул, и в нос ударил аромат сушёных трав, смолы и старого дерева. Внутри царил мягкий полумрак: полки, заставленные банками, бутылями, пучками трав и свёрнутыми свитками. На столе коптилась лампа, отбрасывая дрожащие отблески на стены.
— Включай режим «невидимая спасительница», — шепнула я Мыши.
— Уже включён, — пропищала она из кармана.
Я шагнула вперёд, стараясь не дышать слишком громко. Должно быть, способность Мыши всё ещё работает — никто меня не видит, раз не выбежал с топором. Всё хорошо.
— Не так-то вы и невидимы, — раздался хрипловатый голос откуда-то из глубины лавки.
Я вздрогнула.
Из-за прилавка медленно поднялся старик — седой, с тонкими пальцами и глазами, в которых мерцала смесь усталости и странного веселья. Он выглядел так, будто давным-давно перерос понятие «сон» и теперь существовал исключительно на чаях и чистом упрямстве.
Он смотрел прямо на меня.
Прямо. На. Меня.
— Э-э… — выдавила я, непроизвольно глядя вниз на себя и вопросительно — на Мышь. — Вы меня видите? — это уже дедуле.
— А как же, — хмыкнул старик. — Слеп я стал бы, кабы не такие гости.
И добавил, как будто сам с собой:
— Так вот кто причина нового приступа у парнишки… занятно.
— Что? Какой парнишка? — я моргнула, чувствуя, как сердце сбивается с ритма. Даже как-то всё равно стало на то, как он меня увидел. — Вы про Кейла?
Старик не ответил сразу. Неторопливо подошёл к столу, поднял пузырёк, понюхал, пробормотал «испортилось» и только потом посмотрел на меня снова.
— Когда-то я помог этому мальчишке, — сказал он устало, будто вспоминая что-то давно минувшее. — Лекарствами, настойками… магией, какой ещё оставалась. Но всё имеет срок. И силы, и зелья, и я сам.