БЫТЬ
Шрифт:
И там, где Равви Шимон бен Йохай говорит о великой творящей силе Слова и о единстве Божественного и Человеческого Слова перед «престолом Предвечного», он уже не «Шимон, сын Йохая», он – Гермес, Моисей, Иоанн, Гор, ибо все кто слышали это Слово – суть одно.
«А все слова Ветхого Днями – это слова мудрости, в высших сокрытых тайнах. И это сокрытое слово мудрости, которое обновилось, когда возносится оно, то соединяется с теми словами Ветхого Днями. И поднимается, и опускается вместе с ними. И входит в восемнадцать сокровенных миров, которых «глаз не видел, Боже, кроме Тебя» [62] .
Выходят оттуда и плывут, и приходят наполненными и совершенными,
62
Равви Шимон цитирует пророка Исайю 64 : 4.
63
Равви Шимон бен Йохай. «Зохар, Обновление слов Торы».
В жизни Человека важны три мистические категории: Новое Небо, Новая Земля и Новое Слово. Эти категории проявляется в нашей жизни только в процессе внутреннего обновления и, по существу, выражают разные уровни трансформации личности.
Новое Небо, о котором говорит равви Шимон – суть Дух и Воля Человека, пробужденные и освобожденные сознательной практикой Божественной Речи. Об этой практике, которую мы назвали «Йогой Слова» будет подробно рассказано в отдельной главе.
Новая Земля – обновленная и здоровая плоть, освобожденная от недугов и кармических ограничений силою владычествующего Духа. Главное условие становления Новой Земли – осознанная и чистая жизнь Человека.
Наконец, Новое Слово – суть новые желания, новые цели, мотивы действий и новый смысл жизни, переоткрываемый Человеком в процессе искреннего и целенаправленного следования Духовным Учениям. Это – преображенная энергия и душа Человека. Слово – совместное проявление энергий Души и Ума, поэтому Новое Слово есть изъявление Нового Неба, однако, не бывает так, чтобы Новые Небеса были воздвигнуты Ветхим Днями без совершенного обновления наших слов и без страстного желания слышать Его Слова.
В Книге Бытия заключен ряд истин, скрытых от искажения и профанаций под многочисленными символическими покровами. Приподнять эту вуаль – действительно значило бы познать, как сотворен Мир, что есть Божественная Воля и как возник Сатана. Следует обратить внимание на то, что вместо слова «узнать» мы используем другое, более объемное понятие: «познать». В Священной Науке нет таких вещей, которые можно было бы «узнать», потому, что Истина и информация – разные вещи. В Истину проникают, Истину познают, с Истиной себя отождествляют, но Истину невозможно «узнать» или «понять». Понимание – свойство логического ума, которое лишь ведет к Истине. Говорилось, что Понимание или процесс логического постижения Учения – суть топор, которым прорубают окна в ограничивающих стенах; но топор и свет – не одно и то же, даже если топор помогает приблизиться к свету. Отсюда и прекрасное тибетское поучение: «Не следует путать понимание с осознанием, а осознание – с просветлением».
Итак, откажемся от желания крепче вцепиться в ручку топора: он лишь инструмент, уместный в свое время и предназначенный для совершения определенной работы. Будем просить о проникновении.
Дыхание Божественного Света
«Роах Аэлохим Аор Амен» – отрешенно и тихо повторял каббалист, склоняясь над колеблющимися в полумраке строками Книги Бытия. Он не замечал уже и не чувствовал того, что масло в лампе заканчивается, и огонек едва трепещет, не давая света для чтения. Его воля, его ум и сердце стали светильником бесконечно более ярким: он зрел сотворение Мира.
Темные листы Торы встревоженно заколыхались, и словно вторя медленно нарастающему дальнему гулу, похожему на пение неведомого океана, голос Мага звучал все торжественнее, пока
внезапно не смолк, растворившись в низком и вибрирующем последнем звуке. Дыхание его стало медленным, почти неразличимым, зеницы прикрытых глаз едва трепетали…Он был в свете. Свет был повсюду, и все было светом, и в этом свете не было ни темноты, ни тени. Свет легко пульсировал, то сокращаясь, то разворачиваясь, Свет дышал и звучал.
И Зрящий понял : Свет был Живым Существом.
И в Свете было волнение, подобное волнению моря: волны его то розовели, то сливались в неразличимое белое сияние, но в ритме волн жила непрекращающаяся тихая мелодия. И эта мелодия не была гулом моря, потому что гул остался сзади, но была подобна звучанию многих голосов, так, как если бы не прекращая своего пения, они постоянно выдыхали.
И вслушиваясь, Зрящий понял: мелодия была дыханием Неведомого.
И дыхание вошло в него, и Зрящий потерял себя, и перестал помнить где он родился и кто его мать, и как долго он жил, потому что ничего не нужно было помнить и ничего невозможно было знать в присутствии этого дыхания.
Он стоял, онемевший и пустой, повернувшись сердцем к источнику дышащего света, подобный разбитому кувшину, и волны Неведомого непрестанно исходили из источника и текли через его сердце, и безмолвное, оно наполнилось ликованием.
И Зрящий понял, что так же была наполнена Вселенная.
И какой-то голос все слышимее звал его из света, голос в котором он узнал Учителя, и словно пробуждаясь, Зрящий ответил:
– Я здесь, равви…
И Учитель приблизился к нему – помолодевший и светлый – с улыбкой величественного покоя, и сказал:
– Приди, взгляни.
Они плыли над морями, которых Зрящий никогда не видел, эти моря были сотканы из розового дыма, а волны их походили на колышущийся фимиам.
И свет заливал моря и озарял их призрачные воды до глубины сиянием то золотым, то изумрудным, свет непрерывно менял свои тона, так, что все вокруг переливалось; пение его то возвышалось, то на мгновение замолкало, и Зрящий удивлялся тому, что безмолвие света может быть прекраснее его пения.
И Учитель сказал:
– Вселенная и Миры, благословенны они в Очах Неведомого, рождены пением его Дыхания. Слушай!
И обратившись, Зрящий слушал. И он познал, что Дыхание Неведомого не прекращалось никогда, потому что Он благоволит к жизни.
И в Дыхании Неведомого стало слышно все наполняющее и разливаюшееся подобно волнам Слово, исполненное такой красоты и любви, что слушая, Зрящий захотел рыдать, но рыдать было невозможно. Само же Слово напоминало протяжный звук «Хэ», и все вокруг было этим Словом.
И Зрящий увидел, что Слово изливается в бездны, скрытые за морями розового дыма, и что во глубине морей совершается Тайна, но это было выше его понимания.
И Учитель сказал:
– Ты видел то, что возможно выдержать.
Тогда Зрящий повернул голову, желая спросить, но Учителя не было.
Пелена и тяжесть опустились на его глаза, и он подумал, что проклят, ибо не удостоился увиденного. Рука его сжалась, и он услышал резкий звук, заставивший его открыть глаза и вздохнуть.
Светильник потух. Ночь, среброликая владычица, тихо уходила. В распахнутую дверь лился дрожащий молочный свет, и Зрящему показалось, что он знает его.
Взгляд его медленно опустился к сжатой правой руке, которая держала смятый лист. Разворачивая его, он увидел: то был первый лист, вырванный из Книги Начал [64] .
64
«Книга Начал» (по древнееврейски – «Сефер Берешит») – точное название первой книги пятикнижия Моисеева, известной как «Книга Бытия».
«Роах Аелохим Аор Амен» - четыре слова силы, объясняющие Тайну Творения.
«Роах Аелохим Аор Амен» - Дыхание Божественного Света исходит из уст Сокрытого.
«Роах Аелохим Аор Амен» - Человек вдыхает и выдыхает, Амен – только выдыхает, ибо в его дыхании разлита любовь к Творению.
«Роах Аелохим Аор Амен» - такова музыка непрекращающегося Божественного Выдоха. В Дыхании Амена рождается свет, и РОАХ есть одновременно Дыхание и Дух, поэтому в Духе рождается Дыхание Вселенной.