Броквен. Город призраков
Шрифт:
Фыркнув, Тайлер слегка надавил на нижнюю губу. Капли прозрачной пресной слюны покатились по подбородку.
— Глотай, Елена. Для головы таблетка, полегче станет.
Успокоившись, я проглотила круглую капсулу и сразу запила холодной водой. Пару раз кашлянув и полной грудью вдохнув мертвого воздуха, я почувствовала, как боль медленно отступает. Постепенно я вернулась в чувство реальности и переварила слова Эйдана. Точно… я ведь представляла, что Этис — сплошная иллюзия для умерших ребятишек. Кажется, его иллюзии касаются не только призраков детей…
— М-да, унылая и заносчивая штука этот призрачный Броквен, — Тайлер поднялся, помогая
— Будем поаккуратней, — ответила я, вытирая об траву ботинки. — Кажется, это не единственный сюрприз.
Я посмотрела наверх, сузила глаза. В центре улицы туман уже рассеялся, крики и лязги цепей стали совсем не слышны. Сгустки виднелись снова где-то на горах и между проводов электростанций. Это нашествие так же, как и вчера днём, внезапно началось и прекратилось. Как ещё назвала это мисс Джей: «всплеск». Думаю, теперь было понятно, почему это так называлось. Черт, что-то мне это не нравится…
Тем временем Эйдан уже надел рюкзак на плечи, закрепил на застежке Эйнари. Он глотнул воды, почесывая затылок.
— Что, думаешь, там тоже такая же чертовщина будет? — Тайлер закрутил горлышко бутылки, сходя по пригорку к массивной прозрачной двери.
Руками я призвала свои бирюзовые волны. Магия тут же спустилась небес, проходясь краями по траве. Затем я, вдыхая свежий запах своих волн, поправила брошь, прочнее закрепляя. А то вдруг отстегнется!
Подойдя к Эйдану, я увидела, как тот перекрещивался.
— Ну, с Богом, — он чуть поклонился и посмотрел мельком на меня. Я поспешно сделала то же самое, что и друг, кивая ему.
Я осмелилась подойти вплотную к двери. Она блестела красной дымкой, золотые узоры переливались алыми бликами. Златые рисунки изображали медведей, мячики, скакалки, ну, и, конечно, крест, наверняка обозначая то, что Этис мертв. Когда я прикоснулась к золотой ручке, кожу чуть обожгло, но магия смогла меня защитить. Я глубоко вздохнула, ещё раз взглянула на Эйдана и силой, добавляя ногу, распахнула дверцу.
Что ж так ярко?!
Наши глаза ослепил яркий, ядерный оранжево-жёлтый свет. Кончики наших магических волн окрасились в золотой, по пространству заскакали узоры, с легким звоном ударяясь о цепи. Этис внутри этой красной оболочки действительно был мечтой, ну, или сказочным сном из детства. Легкие активно наполнялись подобием свежего чистого воздуха. В волосах запутывались лепестки ромашек, одуванчиков и петуний. Тут играл громкий, задорный дружный оркестр, что плыл по оранжевой дымке: мелодичные валторны, звонкие фаготы, большие органы и оглушающие тарелки. По Этису летали огромные плюшевые и надувные игрушки. Медведи с широкой улыбкой, щекастые зайцы и гордые птицы соблазняли сесть на их пушистые плечи, и полететь с ними в мир беззаботной юности. Рынки со сладостями, светящимися бластерами и лёгкой одеждой довоенных лет протягивались вдоль всего аномального места. Ну, и, конечно же, по улицам Этиса разгуливали дети разных возрастов — от пяти до четырнадцати. Они все оставались голубыми, светящимися, с белыми глазами и кандалами, но тут практически на каждом лице сверкала радостная улыбка. Даже несколько сотен взрослых ходили с лыбой до ушей. Вот это да…
— Елена, — меня окликнул Эйдан, — ущипни меня.
Я повернулась к другу. Он блестящими возбужденными глазами оглядывал призрачную лавку с прозрачными пакетами чипсов и сухарей, от которых пахло то ли беконом, то ли луком, то ли вообще
усилителями вкуса. Изо рта Тайлера стекала прозрачная пузырчатая струйка слюны. Зрачки расширились до неописуемых размеров. Я не сдержала ехидного хохота, доставая из кармана сарафана салфетки.— Так вот какую ты чертовщину имел в виду, — не переставая лукавить, я притянула его к себе, вытирая подбородок, словно годовалому дитя.
— Там… так… много… чипсов… — Эйдан говорил невнятно, жезл стал скользить в его руке от потной ладони. — Давай… купим…
Я громко усмехнулась, хлопая рукой по набитому рюкзаку.
— Иди ты в пень, гастритник. У тебя лежит в рюкзаке целый пакет чипсов. И то, может, я тебе не разрешу и выкину их к чертовой матери.
Отойдя от приятного потрясения, Эйдан состроил губы бантиком.
— Не понял, у тебя материнский инстинкт проявился здесь? — он затопал ногой. — Я, вообще-то, тебе уже в мужья гожусь, но никак не в ребёнка.
— Да что ты заладил со своим мужем?! — мои волны чуть потемнели. Ишь, на женитьбу намекает! — То в лесу о жене говорил, то в городе о помолвке, а теперь ко мне в мужья записываешься, негодник!
Эйдан покраснел и нахмурился.
— Что-о-о?! — он часто задышал. — Я не напрашиваюсь к тебе в мужья, это сарказм! Тебя в жены брать, чтоб ты мне мешала чипсы есть? Не-е-е!
Я яростно топнула ногой, чувствуя, как щекам приливает кровь. Не знаю правда, от злости или от смущения.
— О да, если бы я была твоей женой, твои чипсы в могилу бы закапала! Бе! — не сдержалась и показала ему язык.
А ведь и правда… Эйдан же просто шутил, а я так завелась… Надо же, как меня его шутки зацепили.
Тайлер вплотную подошёл ко мне. Видимо, хотел взять за язык, но не успел.
— Тили-тили тесто, жених и невеста!
— Раз, два, три, четыре, пять — невесту ведём замуж выдавать!
— Кольца и омлет — от горячего жениха пламенный привет!
По всем сторонам послышались веселые, слегка насмешливые возгласы. Мы с Эйданом окончательно слились с красной призрачной оболочкой, опустили головы, одновременно пытаясь найти источник звуков. Я заметила, как образовала круг некая синяя нить, похожая на скакалку. Показались призрачные ножки, миниатюрные серебристые цепи. Слышались смешки.
— Смотрите, смотрите, это живые жених и невеста! — одни из ножек плавно запрыгали.
Мы одновременно подняли головы и тут же удивились. Нас замкнули в круг десять детей, паря над скакалкой и взявшись за руки. От них веяло холодком, белые глаза с интересом смотрели то на нас, то на жезл Эйнари и Призрачную брошь. Голубые волны сплелись друг с другом, замыкая третий круг. Синие, серые и бледно-зеленые волосы парили в воздухе, моя магия и волны Эйнари игрались с почти неосязаемыми ручками детей. Они были одеты допотопно, в зашитых яркими лоскутами шортах и комбинезонах. Они все скакали и скакали, поднимая руки и крича сопливые четверостишия.
— Эй, шелупонь, а ну, прекратили шабаш! — первым хлопнул в ладоши Эйдан, потея от посторонних, через чур тёплых взглядов и трепещущих перешёптываний.
Я кашлянула, поддерживая Тайлера.
— Как вам не стыдно! Незнакомые люди, а вы ставите их в неловкое положение! — Ага, мы сами себя поставили в неловкое положение…
Призраки детей вдруг остановились, синхронно поднимая скакалку. Глаза превратились в пять копеек.
— Разве вы не жених и невеста? — вопросил пухленький мальчик так невинно и с легкой грустинкой, аж подыграть захотелось.