Брисеида. Тёмные всадники
Шрифт:
Возможно, у них будет больше времени в следующей эпохе, если она сможет пополнить песочные часы? Не дождавшись его ответа, она рискнула провести пальцами по красивым измерительным приборам. Она подняла один из них, обнаружив идеально нарисованный круг пыли на прилавке. Она достала песочные часы из своего рюкзака и поднесла их к глазам.
– Если удастся заполнить их до этой отметки, то будет идеально.
Наконец старый торговец соизволил повернуть голову. Он вытащил руку из старой малиновой тоги и поднял три пальца.
– Три, – кивнула Брисеида с облегчением. – Не проблема.
Она
– Три йены.
– Хорошо, три йены, – согласилась Брисеида.
Она отправилась за помощью к Менгу и вернулась с тремя монетами в руках.
– Нужны тибетские. Пятой династии! – прорычал старый торговец.
– Но у меня таких нет! – воскликнула она.
Старик остался невозмутимым. Издалека торговец календарями сочувственно помахал рукой, смеясь вполголоса. Брисеида постаралась придерживаться более дипломатичного тона:
– Послушайте, мне очень нужен песок. Если бы вы могли хотя бы сказать, когда была эта пятая династия… Может, договоримся?
– Он не менял свое решение на протяжении тысяч лет, думаешь, для тебя он сделает исключение?
Озорная улыбка, искрящиеся светлые глаза и нежные черты лица молодого человека заставили Брисеиду понять, что здесь она не самая младшая. У нее поднялось настроение. Как ни странно, она словно встретила старого друга.
Он откинул назад свои длинные черные волосы, под строгой рубашкой почти бесстыдно перекатывались атлетические мышцы.
– Для чего покупать старые песочные часы, полные пыли?
– Я ищу песок. Может быть, я смогу поискать в другом месте…
– Песок?
– У меня уже есть песочные часы, – объяснила она, показывая их ему.
– Ты хочешь засыпать обычный песок в часы песочников? – громко рассмеялся ее новый друг. – Но тогда ты испортишь свои бедные песочные часы! Нельзя смешивать порошок идей с обычным песком!
– Порошок идей?
– Как давно ты путешествуешь?
– Не знаю… Я побывала в двух временных пространствах.
Молодой человек прислонился к прилавку старого торговца, чтобы лучше рассмотреть ее.
– Песок собирается с цветов сновидений, прежде чем феи перенесут идеи в реальный мир. Знаешь историю о феях?
– Конечно… Вроде бы, – добавила она, имея лишь смутное воспоминание о разговоре с первой группой бойцов сопротивления, которую они встретили на обратном пути из Греции. – Первая фея подарила понятие времени мужчине, которого она любила, чтобы он мог проецировать себя в будущее, придумать обработку земли и добиться процветания.
– Потому что тогда у мужчины было время для нее, – продолжал молодой человек. – А когда он умер, маленькая фея в память о нем распространила другие идеи из Мира Снов в реальный мир, и тысячи других фей последовали за ней. Конечно, это только образ, первой идеей человека не было сельское хозяйство. И юноша не умер, по крайней мере его дух выжил, в Мире Снов. Вместе они решили распространить другие идеи в реальном мире. И время от времени они наполняют песочные часы, чтобы помочь
группе бойцов сопротивления.– Песочники? – сказала озадаченная Брисеида. – Человек и фея – торговцы песком?
Улыбаясь, молодой человек пожал плечами:
– Это только теория. Безусловно, ясно то, что песок в их песочных часах – не более чем чистый порошок идей.
– В последнее наше путешествие мы узнали примерно такую же историю, – сказала Брисеида. – Мужчина влюбляется в небесное существо, ткачиху облаков, которая предлагает ему нечто, чтобы он мог соединиться с ней. В этой истории она спускает вниз шелковую нить, чтобы ее возлюбленный смог подняться на девять этажей небес. Мы предположили, что в легенде речь идет не только о любовной истории, но и о переходе химер между двумя мирами.
– Вы правы. Истории реального мира являются лишь версиями историй Мира Снов. И история первой идеи – это прежде всего история перехода химеры в реальность, поскольку химеры состоят из порошка идей.
– Что? То есть как?
– Все, что рождается в Мире Снов, рождается из цветов сновидений. Химеры рождаются в наших снах, потому что они сделаны из порошка идей.
– Брисеида, вот ты где! – воскликнула Лиз, возникнув из толпы. – Ты почти не ела и не спала в течение двух дней. У тебя темные круги под глазами, которые уже пугают. Менг купил хорошую еду, иди сюда, пока не умерла от голода.
– Это…
– Твой новый друг может пойти с нами, если хочет, – добавила она, приобняв ее за плечи. – Я не отпущу тебя, пока ты не съешь что-нибудь.
Они устроились посреди Площади Времени, и новый друг Брисеиды повторил группе свою историю.
– Как ты можешь быть уверен, что это порошок идей? – спросил Леонель, прикладывая импровизированный компресс к ноющему черепу.
– Разве вы не заметили, что песок течет неравномерно? – ответил молодой человек. – Сколько времени вы провели в первой эпохе?
– Всего три дня, – ответил Эней.
– А в следующей?
– Более пятнадцати дней. – Молодой человек улыбнулся.
– Песочные часы отражают ваше представление о времени. Время, которое, как вы думаете, у вас есть в каждой эпохе. Все зависит от вас.
– Песочники могли бы предупредить нас, – заметила Брисеида. – Если бы мы знали…
– Все не так просто, песочные часы подчиняются той части тебя, которую ты вряд ли можешь контролировать. Все находится в твоем подсознании, – сказал он, протянув руку, чтобы коснуться ее виска.
– А также наши убеждения?
Молодой человек кивнул:
– Сложно освоить, но не невозможно. Ты не найдешь здесь порошок идей. Но в следующий раз можно попытаться сделать так, чтобы ваше путешествие продлилось дольше.
– Каким образом?
– Представляя, что песчинки падают медленно. Уделять время дыханию, чтобы тебя не переполняло ощущение нехватки времени… И, конечно, не терять песок. Как это вообще получилось?
– Один из членов Альфа-Элиты взял песок, чтобы заточить химеру.