Бремя императора
Шрифт:
Пока орк размышлял, проснулся наставник и принялся будить Санти, пора было идти на утреннюю тренировку. Скоморох что-то невнятно мычал и отбивался. Храт осклабился и показал на кувшин с водой. Лек весело заломил бровь, прыснул и кивнул. Орк взял кувшин, подкрался и вылил на рыжего добрую кварту холодной воды. Тот с воплем подпрыгнул с топчана и повел вокруг ошалевшими глазами.
– Ну как, Санти? – ухмыльнулся Лек. – Нравится, когда над тобой шутят?
– Да разве это шутка?! – возмутился рыжий. – Это издевательство! У-у-у, образина краснорожая!
– Другие тоже так говорили, а ты смеялся. Вот, теперь попробуй на своей шкуре каково оно.
– Я… – открыл было рот Санти, но задумался.
Храт ничего не понял в их разговоре, но наставник,
– Ясно, – кивнул Лек. – Легкое перенапряжение.
– Легкое?! – возмущенно завопил рыжий. – Это легкое?! Да я ходить не могу!
– Конечно, легкое, – ехидно ухмыльнулся горец. – Сейчас сделаю массаж и побежишь.
– Нет! – взвизгнул Санти. – Не надо!
– Надо, дорогой мой, надо. Храт, держи его.
Орк, только казавшийся медлительным, легко скрутил верткого скомороха. Он с интересом наблюдал за действиями наставника, придерживая одной рукой на полу извивающегося рыжего. Лек достал из котомки большую банку с какой-то мазью, окунул в нее руки и начал энергично растирать ноющего ученика. Потом принялся разминать его мышцы и сухожилия. Вот тут-то Санти и взвыл по-настоящему, он плакал и вырывался, умолял удавить его, но только не мучить. Храт старался запоминать приемы массажа, крайне полезная вещь, но далеко не все запомнил, пальцы Лека двигались слишком быстро, буквально перебирая каждую косточку и каждую мышцу рыжего. Вскоре тот прекратил орать, только изредка постанывал. А когда Лек закончил с ним, довольно бодро вскочил, удивляясь про себя, что почти не чувствует боли. Храт озадаченно сложил губы трубочкой – видел, как массировали после долгих походов новичков, но далеко не так. Обходились одними ногами.
– Как сам? – повернулся к нему Лек. – Мышцы болят?
– Болят, – честно ответил Храт. – Но ходить могу.
– Значит, недогрузили немного, – озабоченно покивал юноша. – Ничего, сегодня мы это исправим.
Недогрузили?! Это вчера-то? У орка полезли глаза на лоб от такого известия и он не сразу обратил внимание, что наставник с рыжим довольно скалятся. Шутят они так, что ли? Хвост дохлого габта [5]этих людей разберет. Все с тем же недоуменным выражением лица Храт спустился вниз, где ожидал накрытый папашей Дормитом столом. Еще одно непонятное обстоятельство. Почему этого почтенного бывшего воина называют папашей все, кому не лень? В Мроке иногда называли какого-нибудь пожилого орка отцом, демонстрируя тому свое уважение, но это позволялось далеко не каждому.
Голодная молодежь быстро подъела все, что нашлось на столе. Трактирщик с интересом поглядывал на них, подавая на новые и новые блюда. С такими едоками и разориться недолго, на троих он как-то не рассчитывал, молодой мастер подозрительно быстро нашел себе учеников. Но клятва есть клятва, потому еще вчера вечером папаша Дормит только тихо вздыхал. Однако позно ночью в дверь трактира постучал курьер с личным императорским долговым обязательством и требованием предоставлять молодым воинам все необходимое. Да не просто курьер, а лично эльдар в сером плаще. Папаша Дормит был потрясен до основания души, никогда до сих пор не доводилось видеть документов, подписанных лично его величеством Мараном V-м. Да, он, как и каждый трактирщик элианской империи, ежемесячно относил счета за еду для бедных в канцелярию наместника, но ни разу не имел дела ни с кем должностью выше помощника казначея. А тут вдруг эльдар, один из рыцарей престола, о которых ходило множество довольно жутких легенд. На вид и не скажешь, обычный усталый человек лет сорока на вид. Если бы не серо-серебристый шелковый плащ и туманная маска вместо лица, то и не догадался бы кто перед ним. Интересно, чем заинтересовали императора три юнца, один из которых вообще орк, а второй скоморох? Трактирщик долго размышлял, ломая себе голову, но так ничего и не понял.
– А теперь – бегом! – скомандовал Лек,
когда все наелись. – Три круга вокруг города!– Ой, мамочка! – запричитал было Санти, Храт дал ему легкий подзатыльник, скоморох в ответ высказал все, что думал об умственных способностях орка в соответствующих выражениях.
Откровенно говоря, молодой урук-хай сам удивлялся, что так легко вписался в компанию. Дома о людях чего только не рассказывали. И ведь врали большей частью! Ничем, по большому счету, эти человеки не отличаются от его народа. Точно так же смеются и плачут, любят и ненавидят, дружат и враждуют. Выглядят немного по-другому? Так разве в этом дело? Храт бежал, то и дело шпыняя ноющего рыжего, на что тот разражался нарочито гневными тирадами, но вскоре не выдерживал и прыскал. Несущийся впереди Лек оглядывался на учеников и тоже весело смеялся. Завидев их, стражники поспешили открыть ворота. На орка, принятого в боевое братство по личному приказу императора, они смотрели с неприкрытым страхом. Но сказать ничего не решились, с приказами колдуна в элианской империи не спорили.
Санти бежал легко и сам удивлялся этому. Думал, несколько дней ходить не сможет, но нет. Массаж, сделанный наставником, оказался на изумление действенным, тело переполняла сила, хотелось орать и прыгать. Он то и дело крутил фляки, колеса и кульбиты, на что орк презрительно фыркал, но пытался повторить, когда то же самое делал наставник. У Храта ничего не получалось, он неловко шлепался на землю и раздраженно вскакивал, ругаясь сквозь зубы.
– Не спеши! – крикнул Лек. – Этому не так просто научиться. Всему свое время.
Орк повздыхал, но прекратил попытки заниматься акробатикой. Так хотелось научиться всему и сразу, но он прекрасно понимал, что это невозможно. А жаль! Трое юношей продолжали бежать по пересеченной местности неподалеку от городской стены. Они перепрыгивали ручьи и овраги, смеялись, Санти рассказывал в лицах смешные истории, совсем забыв о страхе перед тренировками. Казалось, у рыжего скомороха открылось второе дыхание, появились дополнительные силы. Стена двигалась мимо, бегуны проскочили восточные ворота, за которыми находились, в основном, дома знати. Внезапно Лек поднял руку и остановился.
– Что случилось? – сразу спросил Санти.
– Похоже, дуэль, – кивнул на полянку неподалеку горец. – Только какая-то странная… Давайте посмотрим. Ближе подходить не надо, не стоит мешаться в дела чести.
Действительно, на полянке друг напротив друга застыли несколько человек. Точнее, один стоял напротив троих. На каждом были шитые золотом пояса аристократов.
– Странно, почему у него нет секундантов? – спросил сам себя Лек, наблюдая за дуэлянтами, ему что-то сильно не нравилось в происходящем, а вот что именно молодой горец и сам не мог сказать.
Люди на поляне обменялись несколькими фразами. Юноша задумчиво покачал головой и тенью скользнул ближе, откуда можно было слышать, что говорят. Он внимательно осмотрел противников. Одиночка был весь какой-то скособоченный, хромой и на редкость некрасивый. Каждая черта лица в отдельности смотрелась нормально, но вот в совокупности они давали такой эффект, что у Лека слов не нашлось бы для описания. Он только головой покачал – вот ведь бедолага, девушки от него, наверное, шарахаются. Противостоял хромому уроду редкостный красавец с длинными черными волосами, сколотыми на затылке в хвост, и породистым лицом аристократа в незнамо каком поколении. Его секунданты выглядели не менее благородно.
– Что, хроменький ты наш, даже секундантов найти не смог? – язвительно спросил красавец.
– Извольте соблюдать вежливость, граф Давер, – хрипло ответил хромой, он явно боялся, но скрывал свой страх.
– С кем? С тобой, придурок? Ты мало того, что вызвал меня, так еще и осмелился явиться без секундантов? А раз так, то свидетелей у тебя нет. И марать об тебя благородную сталь я не намерен.
Трое аристократов переглянулись и достали из-за спин дубинки.
– Вы что, с ума сошли? – побледнел хромой. – Вы трус, граф! Вас вызвали на дуэль!