Чтение онлайн

– Увы! – неожиданно вскричал Леголас, и странно было видеть на прекрасном эльфийском лице горестное выражение. – Пришло время сказать и мне о порученном. Я принес недобрые вести, но только сейчас понял, насколько они злы. Смеагорл, которого здесь называют Горлумом, бежал!

– Как – бежал? – вскочил на ноги Арагорн. – Вот уж действительно дурные вести. Как бы нам всем не пришлось горько пожалеть об этом. Но скажи, как случилось, что народ Трандуила не справился с порученным делом?

– Часовые здесь ни при чем, – отвечал эльф. – Может быть, виною наше мягкосердечие. И, кроме того, пленному помогли бежать слуги Врага. А это значит, что о наших делах Врагу известно больше, чем нам

бы хотелось. День и ночь, как просил Гэндальф, мы охраняли его пленника, – удовольствие маленькое. Гэндальф надеялся со временем излечить Горлума, и у нас не хватило духу держать его все время в темнице...

– Со мной вы так не нежничали! – фыркнул Глоин, припомнив свое заключение в подземельях Трандуила.

– Я тебя прошу, мой добрый Глоин, – Гэндальф проникновенно прижал руки к груди, – сейчас не время вспоминать старые обиды. Это досадное недоразумение давно исправлено. Если мы возьмемся разбирать старые распри, Совет можно закрывать.

Глоин встал и поклонился. Леголас продолжал.

– Мы выводили Горлума в лес. Он облюбовал одинокое дерево и все время проводил на вершине, на ветерке. Большой беды в том никто не видел, ведь под деревом стояла стража. Однажды он раскапризничался и отказался спускаться. Никому и в голову не пришло лезть за ним. Он, бывало, так цеплялся за ветки, что и не оторвешь. Охрана просто осталась под деревом на ночь.

А ночью напали орки. Их было много и самых свирепых. Это были горные орки, что само по себе странно, к лесу непривычные, их, конечно, отогнали, но Горлум исчез, а стража под деревом частью оказалась перебита, частью – захвачена в плен. Тогда-то мы и поняли, в чем цель этой нелепой вылазки, а Горлум, похоже, знал о ней заранее. Мы не ведаем, как именно, но его предупредили. Он – хитрый, а вражьих шпионов развелось в лесу видимо-невидимо. Даже темные твари, изгнанные в Последний Год Дракона, стали возвращаться. Сумеречье, кроме северной части, вновь превращается в гиблое место.

Конечно, мы пошли по следам. Но они вели к Дол Гулдуру, а эльфам там делать нечего.

– И он ушел, – подвел итог Гэндальф. – Ладно. Видно, есть в этом какой-то промысел, и Горлум еще сыграет свою роль в свое время, только вряд ли Саурон или он сам догадываются, какой она будет. В конце концов, не ловить же его снова. Пусть делает, что хочет.

Хорошо, Сумеречные Эльфы внесли свою лепту. Теперь я должен ответить на последний вопрос Гэлдора: где Саруман Белый? Что присоветует он в этой нелегкой ситуации? Мне придется занять ваше внимание подробным рассказом, он того стоит. До сей поры мы говорили об этом только с Элрондом. Думаю, это пока последняя глава в истории Кольца.

– В конце июня я был в Шире, – начал повествование маг. – Меня снедала тревога и шла она с юга. Я и отправился туда, как будто специально навстречу вестям о войне в Гондоре. Слухи о Черной Тени словно ножом полоснули мне по сердцу. Несколько беглецов с юга, встреченных мной, были так напуганы, что ничего толком не смогли рассказать. Я повернул на северо-восток и по Зеленопутыо направился в Брыль. В дороге я повстречал Радагаста Бурого, эльфы Трандуила должны знать его, одно время он был их соседом. Радагаст из нашего Ордена, но я сто лет его не видел. Тем более удивительно мне было, когда он окликнул меня.

– Гэндальф! А я тебя ищу! В этой глухомани и расспросить толком некого. Мне сказали, что тебя можно отыскать в какой-то деревне, не то Шир, не то Пыр...

– Верно сказали, – ответил я. – Ты только местным так не говори. Шир – не деревня, а страна, хоть и небольшая, а ты сидишь на самой границе. Но это – к слову. Что за дело погнало тебя в дорогу? Видно, важное, ты ведь не очень-то расположен

к путешествиям?

– У меня к тебе поручение, – отвечал он, – и заодно, куча плохих новостей. – Потом огляделся, словно рассчитывая заметить под кустом посторонние уши и прошептал: – Назгулы! Все Девять. Пересекли Реку и движутся на Запад. Выглядят черными всадниками.

Вот тут я и понял, наконец, что за тревога не оставляла меня. А Радагаст тем временем продолжал:

– У Врага, видно, какая-то большая забота здесь, иначе зачем бы Девяти соваться в такую глушь.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я.

– Мне было сказано, что Девять повсюду расспрашивают о каком-то Шире...

Признаюсь, сердце у меня упало. Даже Мудрым небезопасно встречаться с назгулами, когда они все вместе, во главе с Предводителем. В древности это был великий король и великий чародей, а теперь его оружие – смертный ужас.

– Кто послал тебя? – поинтересовался я.

– Саруман Белый, – ответил Радагаст. – Он еще просил передать, коли тебе нужна его помощь – он готов, но тогда тебе придется поспешить, а то как бы поздно не было.

Это давало мне надежду. Саруман Белый – мудрейший среди нас. Радагаст и сам великий маг, мастер формы и цвета, кроме того, он знает все о травах и животных, а птицы, те просто его друзья. Но Саруман долго изучал искусство Врага, и только благодаря ему нам удавалось разгадывать ходы Темного Владыки. Именно Саруман разработал план нападения на Дол Гулдур. Может статься, подумал я тогда, ему известен способ загнать обратно Девятерых.

– Я отправляюсь к нему, – сказал я Радагасту.

– Поспеши, – посоветовал он. – Я много времени потратил, разыскивая тебя, а дни бегут быстро. Мне было ведено найти тебя не позднее середины лета, она как раз и наступила. Даже если ты отправишься сию секунду, вряд ли опередишь Девятерых. Они найдут страну, какую ищут. А я возвращаюсь домой. – Он вскочил на коня и готов был умчаться, но я остановил его.

– Постой, нам ведь понадобится твоя помощь, нам понадобится вообще любая помощь. Предупреди зверей и птиц, они же дружны с тобой. Пусть собирают новости, пусть присмотрят за этими делами, и пусть несут вести в Ортханк, мне и Саруману.

– Хорошо, – ответил Радагаст, – я сделаю, о чем ты просишь. – И он умчался так, словно все Девять гнались за ним.

В этот день мы с конем сильно устали. К тому же надо было обдумать все спокойно. Я заночевал в Брыле. В Шир возвращаться времени уже не было. Так я совершил самый большой промах из всех. Я написал Фродо и доверил передать письмо своему давнему приятелю, хозяину гостиницы, а на рассвете ускакал.

Саруман издавна поселился в Изенгарде, в отрогах Мглистых Гор, неподалеку от Гривы Рохана. Боромир должен знать эту огромную, открытую всем ветрам равнину, раскинувшуюся до самых Белых Гор. А Изенгард – это каменистое место, окруженное высокими острыми скалами, лучше любой крепостной стены ограждающими Ортханк, – башню, выстроенную давным-давно руками нуменорцев. Глядя на нее, высоченную, хранящую немало тайн, трудно поверить, что это – рукотворное сооружение. В скалах Изенгарда только одни ворота, иначе в Ортханк не попасть.

Спустя немало дней, поздним вечером приблизился я к этим воротам. Их охраняли. Правда, как выяснилось, стража была уведомлена о моем приезде и открыла створы.

Когда они бесшумно сомкнулись за моей спиной, я почувствовал беспричинный с виду страх. Однако я все же подъехал к дверям Ортханка, а там уже поджидал меня Саруман. Вместе поднялись мы к нему наверх. Я заметил у него на пальце кольцо.

– Вот ты и пришел, Гэндальф, – приветствовал он меня, а в глазах у него плясали белые огоньки, словно от какого-то недоброго веселья.