Чтение онлайн

Квентин Ноас и Домино пристроились рядышком с краю. Один из четверых гостей, приглашенных на встречу, скорее всего, был дальнепроходцем. Он первым вошел в кабинет мэра и решительно уселся прямо напротив Трента. Это был сильный, широкоплечий, бородатый мужчина в форменном корабельном комбинезоне с эмблемами на рукаве и цветными нашивками на груди. Трент так и не смог определить, что они означают. Правее дальнепроходца расположился толстяк в строгом официальном костюме. Далее - очень старая седовласая женщина кавказского типа в комфортабельном инвалидном кресле на воздушной подушке. Наконец, приятный на вид молодой человек лет тридцати - этот был в строгом деловом костюме серого цвета.

– Внимание, босс, первая фишка. Женщину я, кажется, идентифицировал.

– Ты полагаешь, ее имя мне о чем-нибудь говорит?

– Я надеялся, босс. Подожди-ка, я кое-что раскопал. В 2062 году она заключила контракт с Карлом Кастанаверасом и предоставила телепатам работу.

– Джонни, всю ее подноготную. Быстро!

– М-м, ей примерно сто десять лет, тайна ее возраста охраняется очень строго. Она единственный крупный держатель акций ОВД. Одна из двадцати самых богатых людей на Земле и двадцати пяти - в Солнечной системе. По слухам, она дружески относится к ребятам из «Общества Джонни Реба».

Первым взял слово толстяк:

– Предлагаю, леди и джентльмены, обойтись без взаимных представлений. Во всяком случае, на данном этапе.

После нескольких секунд размышления Трент кивнул:

– Согласен.

Толстяк облегченно вздохнул:

– Прежде чем каждый из присутствующих дал согласие прибыть на встречу, все мы получили краткое резюме.
– По уверенной манере держаться, говорливости и некоторым другим приметам Трент определил его как представителя магистрата Свободной территории Луны.
– Мне пришлась по душе идея, - продолжал синдик, - представленная на наше рассмотрение. Потеря ключа перекроет доступ к их собственным компьютерам по меньшей мере дня на два или на три. В это время те лица, в чьи руки попадет программа-идентификатор- я имею в виду присутствующих здесь, за этим столом, - получат свободный доступ к базе данных. Пройдет около двух месяцев, прежде чем нашим друзьям из МС удастся восстановить систему контроля в том виде, в каком она существует в настоящее время. Но, скорее всего, им вовсе не удастся вернуться к исходному положению. Тогда это напрямую затронет интересы Объединения на Земле. Будет выбит важный козырь, который они до сих пор имели на руках.
– Толстяк окинул одобрительным взглядом Трента и слегка покровительственным тоном добавил: - Понравилось мне и то, как ты планируешь выбраться из этой передряги. Что ж, если даже ты не уйдешь оттуда живым, будь уверен, что погибнешь за правое дело.

– Вторая фишка, босс. Жирнюга не кто иной, как Норман Шелтон. По непроверенным сведениям, Лорд-распорядитель магистрата Свободной Луны или его заместитель. Имеет лицензию Объединения на участие в судебных процессах.

– Адвокат, что ли?

– Да.

– Оно и видно.

Следующим подал голос молодой человек в сером костюме. Этот выражался на изысканном английском языке:

– На этом совещании я представляю интересы организации, известной в широких кругах как «Эризиан Клау». План в целом нас устраивает, однако мы рекомендуем изменить предпоследний пункт.

– Что вам не понравилось?
– спросил Трент.

– Здесь сказано, что атакующая группа должна избегать убийства миротворцев. Даже когда те бросятся в погоню. Планируется только обездвижить их, и все.

– Правильно.

– Джонни, кто это?

– Нет данных, босс. Так же, как и на дальнепроходца. Копаю, босс, потерпи.

Молодой человек кивнул и продолжил развивать свою мысль:

– Многим моим коллегам кажется странной подобная забота о здоровье кадровых сотрудников МС.

– Я не собираюсь никого убивать, - объяснил Трент. Он смерил ледяным взглядом представителя тайного общества и с нажимом повторил: - Никого! Вы хотите устроить бойню? Это ваше право, но займитесь кровопусканием в другое время.

Молодой человек был явно обескуражен.

– Я просто хотел уточнить.

Толстяк, он же Норман Шелтон, часто закивал:

– Разумеется. Мы приняли к сведению точку зрения ваших коллег. Меня другое беспокоит. Устраивая это совещание, мы тем самым вольно или невольно становимся соучастниками. Но и это пустяки по сравнению с тем, что я хочу сейчас сообщить вам.
– Он выдержал театральную паузу и торжественно объявил: - Мы с тобой, Трент!

Последний даже вздрогнул от неожиданности. Он медленно выпрямился, наклонился над столом и переспросил.

– То есть?

– Мы решили помочь тебе. Если честно, я полагаю, ты недооцениваешь себя, но это уже твоя проблема.

– Прошу прощения, если я чего не понял, - медленно заговорил Трент, изо всех сил удерживая себя в руках, чтобы не сорваться на крик.
– Я торчу здесь взаперти уже четыре дня. Мне было отказано в доступе к копроцессору. И все ради того, чтобы вы все собрались здесь на эту чрезвычайно важную, как меня уверяли, встречу, в ходе которой и будет принято окончательное решение. А вы, оказывается, уже его приняли. Четыре бесценных дня коту под хвост! И ради чего? Чтобы смиренно выслушать приговор? Может, я что-то упустил?

– Да, ты кое-что упустил, - перебила его старушка.

До этой минуты она не раскрывала рта, и ее голос вмиг заставил Трента подавить раздражение. Чистый, звучный, исполненный внутренней силы; голос человека, привыкшего к незамедлительному повиновению.

– Ты знаешь, кто я?
– спросила она.

– Кажется, да.

– Пожалуйста, отвечай только на тот вопрос, который был задан, - выразительно и настойчиво потребовала Белинда. Ей невозможно было отказать.

– Да, я знаю, кто вы. Белинда Сингер.

– Отлично, - кивнула старушка.
– Что ж, теперь мы можем спокойно пренебречь условием анонимности. А ты Трент Кастанаверас, верно?

Трент не сумел даже взгляд в сторону отвести, хотя ответил по возможности уклончиво:

– Большинство из тех, кого я знаю, именно так и думают.

– За две недели до гибели Малко Калхари я беседовала с ним. Тебя ведь воспитывали Малко и доктор Монтинье?

– Да.
– Он опустил голову.

Наступила тишина. Первым ее нарушил Трент, спросив у Белинды:

– Вам известно, как они погибли?

– Это было в средствах массовой информации, - ответила старушка.

– Они все врут! Миротворцы расстреляли Малко на перекрестке, а Сюзанна погибла в застенке. Но я еще жив...

– И ты решил отомстить?
– перебила она.

– Мне обещали хорошо заплатить.

– Глупости, - фыркнула старушка.

– Очень хорошо. По-королевски.

– Все равно глупости!!

Она включила свой «глазок» и развернула его таким образом, чтобы возникшее на экране голографическое изображение оказалось повернутым к Тренту.

– Итак, твой гонорар, в случае успеха, составит полмиллиона кредиток. В последнее время, молодой человек, ты что-то очень расшвырялся деныами. Я насчитала, что твои расходы за какую-то неделю составили от двухсот до двухсот двадцати пяти тысяч кредиток. Значит, твоя чистая прибыль составит от двухсот семидесяти пяти до трехсот тысяч кредиток.
– Она продолжала лекцию, по-прежнему приковывая к себе взгляд Трента.
– Со мной работает круг преданных и очень толковых людей, я называю их «штабом». Они тщательно проанализировали твое предложение. Твои шансы выйти живым из Жюль Верна составляют один к четырем. Пятьдесят процентов, что тебя захватят в плен и отдадут под суд. Двадцать пять процентов, что тебя убьют еще до того, как ты доберешься до цели. Я немного знаю о тебе, мальчик, но эти цифры впе­чатляют. Полгода назад ты перевел триста пятьдесят тысяч кредиток в Мировой продовольственный банк. Люди, которые жертвуют такие деныи на благотворительность, вряд ли решатся подвергнуть свою жизнь смертельной опасности только ради дешевой популярности, тем более пошлой мести.