Чтение онлайн

Не дал ей говорить, думать дальше. Целую ее, задыхаясь, забывая, что только что целовал бензобак… забывая, что устал и…

– Ян, закопал я яму! Что теперь?

Агнешка отстранилась, опустила голову, потупила глаза. Войцех… Глотку ему перегрызть готов.

– Дерном забросай, и пойдем!

Припер девушку к дереву, склоняясь к ее шее.

– Агнешка, я к тебе не с пустыми руками. У меня для тебя подарок. Еще не цветы, конечно… Только он не хуже – это тебе не срезанный букет, а живой…

– Человек?

– Ждет тебя в багажнике… Посмотришь? Только вручу я его тебе позже. Пока его взаперти подержать придется.

Агнешка забыла, что старается отвернуться от меня, спрятаться от моего горячего дыхания. Она замерла в ужасе и изумлении, словно и не

замечая моих…

– Вольф, ты что, привез его? Священника? Ты не отпустил его?

– Будет тебе теперь товарищ для совместных молитв.

– Как ты можешь? Как ты можешь так поступать с ним?

– Так нужно, Агнешка. Он видел меня. Я отпущу его – позже. А сейчас… Сейчас он составит тебе общество. Священник сумеет утешить тебя.

– Вольф…

– Не называй меня так при Войцехе.

Агнешка уперла тоненькие ручки мне в грудь, отталкивая.

– Отпусти меня. И его – отпусти.

– Я не могу. Не могу и не сделаю.

– Я прошу тебя.

– Он еще не твой. Станет твоим – позже. А пока он – мой пленный. Пока его участь – решать мне. И я решил его запереть.

– Прекрати… Отойди… Как ты можешь говорить так о человеке?

– Я так шучу, Агнешка… Привыкай к моим шуткам.

– Ты не шутишь, ты… Я тоже твоя пленная. О боже…

– Нет, Агнешка. Нет…

– Тогда отпусти…

– Нет, не пущу… Я просто… Я просто защищаю тебя…

– Защищаешь? Ты меня просто…

– Я защищаю тебя и…

– Отпусти меня к моему парню…

– Не пущу… У тебя больше нет никого – только я… И вздумай искать связи с людьми из прошлого – их убьют с тобой заодно…

Войцех бросил лопату мне под ноги, угрожающе сложил на мощной груди руки, угрюмо нахмурился.

– Ян, ты мне платишь, конечно… Только я… Ты нанял меня охранником, а не могильщиком! Я не собираюсь один рыть и зарывать ямы! Особенно, смотря, как ты с ней… Ты меня вообще втянул… И теперь…

– Не кипятись. Решим задачу.

Поляки – народ вспыльчивый, с норовом. Даже Войцех – наемник – гордость в наем не сдает. Это тебе не немец, у которого с решением стать наемником в голове начинает ровно и размерено щелкать счетчик купюр. С немцами проще вообще – четкий договор, точное выполнение условий…

Хорошие они вообще солдаты – немцы. А поляки – они хорошие вояки. Подумал про англичан и ехидно растянул рот. Они – солдаты плохие. Когда за них техника воюет – еще сохраняют видимость, а так… Придется мне, видно скоро с ними столкнуться… на чужой земле… на земле, чужой и для них, и для меня. Черт… Искуплю я вину, Игорь Иванович, – не волнуйтесь, никуда не денусь. Скоро… Скоро на связь выйду… Как только выживу, как только Агнешки добьюсь…

Глава40

Связанный священник все осложнил. Мсцишевский недоволен, что я в его автосервис связанного священника приволок, и свалил почтенного святого отца ему на седую голову. Только я на его недовольство решил внимания пока не обращать. Пока Войцех ему про пристреленного агента все не выложит – можно не обращать внимания. А Войцех выложит – вопрос времени. Черт… Надо выворачиваться как-то. Как? На перехват пойду… на опережение. Первым все выложу… и свалю все на Войцеха. Выставлю его тупым и… Войцех допустил ошибку. Он не сообразил ничего и застрелил не причастного к моим делам человека.

Войцех знал, что я девушку прячу от, преследующего ее, прошлого, – и только. А, когда к нему представитель власти заявился с вопросами, – тогда и решил, что прячу я ее – от властей. Он и без того был взвинчен, а когда ему карточку показали с похожей на Агнешку девицей, он совсем занервничал. В итоге Войцех признал в другой девице Агнешку – перепутал просто из-за нервотрепки последнего времени. Ему показалось, что ищут Агнешку, что он узнал ее, и он – выдал себя поведением. Агент счел, что нашел след разыскиваемой девушки, решил проверить. Войцеху ничего другого в голову не пришло, как пристрелить агента, когда агент вовсе и не при деле был, когда стрелять в него совсем не надо было.

А после мне с Войцехом пришлось следы его преступления скрывать, и мы с ним их – скрыли.

Власти меня с Агнешкой не искали и не ищут… и поляков искать не начнут. С вида все чисто – никто не придерется, никто не подставлен. Разве что проверят поляков поверхностно. Подозрительное направление прощупают – и только. Никто ничего не найдет. Проверять больше вопросами будут – на нервы, на поведение. Главное, – при такой проверке нервами себя не погубить. Тогда глубже копать не станут – оставят всех в покое.

И еще… Полякам могут снова карточку девушки показать. Придется настолько достоверно убедить их в том, что ищут не Агнешку, что они – с ее карточкой не сходство, а расхождение искать станут. Они должны увидеть только нужную мне видимость – я должен убедить их так, чтобы дальше они убеждали себя без моих усилий. А не выйдет добиться такого доверия – свалю все на ее скверного бывшего дружка, от которого я ее и скрываю. Вероятно, – он что-то натворил, и Агнешку разыскивают, стараясь через нее на него выйти. А главное, – я ничего про его преступления не знаю. И еще… Чуть не упустил деталь. Агнешку я у психопата приятеля отнял – от него и прячу. И запугал ее именно он – и никто иной. Так, план намечен, теперь – осуществить.

Глава41

Мсцишевский скосил поблекший глаз на Войцеха. Войцех угрюмо уставился в пол, кивнув мне в подтверждение, – мол все так и было. Поверили мне оба – знает старик, что его боевик, бывший десантник, не умеет ни долго думать, ни терпеливо ждать.

– Войцех всегда шел напролом. Кого видел, в того и стрелял. Ты же знал, чего от него нужно ждать, когда решал его нанимать, Ян.

– Знал, конечно. За эти качества его и нанял. Нужен мне был для девушки защитник надежный. А человека, способного, раздумывая, стрелять с нужной скоростью, – не нашел. Решил, что надежнее нанять его, – он, не раздумывая, стреляет, зато сразу и наповал. Ничего – разобрались мы с ним. Не найдет никто ни концов, ни следов.

Поляк кивнул седой головой, растягивая прямой рот на сухом неподвижном лице.

– Никакой неясности, никаких недомолвок – это мне в тебе и нравится, Ян. Этим мы с тобой и похожи. И тем, что мы с тобой, Ян, думаем прежде, чем делаем.

– Это точно. Разница только в том, что я один работаю, а вы с бригадой.

Поляк снова кивнул и плеснул мне еще водки. У меня с голоду и бессонных ночей и от одной рюмки перед глазами плывет, но я смиренно заливаю в глотку прозрачную водицу. Не нужны мне, обижающие старого поляка, “неясности” и “недомолвки” – и так по горло, хоть удавись.

Глава 42

Сижу молча с паном Мсцишевским – пьяный и мрачный. Напряжение нарастает, несмотря на то, что поляк и поверил моей истории, и хоть один вопрос отпал. Не знаю я, что со священником делать, куда его девать. Вообще все можно было бы решить просто. Но тогда – не видать мне моей Агнешки. Придется считать, что священник к ней в нагрузку прилагается. Взвалю его себе на плечи и потащу, как всех остальных, кто в дело впутан оказался. Ничего, выдержу. Хуже, что мне снова придется переться в рассадник заразы, который я взялся ликвидировать. Не знаю я, как на объект пройти, и, что мне предпринять после, – не знаю. И ищут меня еще – каждый, кто здесь права имеет искать, меня ищет. На поляков уже вышли… И дорожное происшествие, уверен, с ними связали уже… Подозрительная все же с агентом и аварией история – для педантичных немцев подозрительная. Немцы все проверяют – на их небрежность рассчитывать никак нельзя. Верное дело, серьезно к вопросу подошли – вскрытие провели старательно. Трудно к такому трупу подкопаться, конечно. Только, пусть немцы точных данных и не получат, – поймут, что мутная вокруг вода. По крайней мере, проверят поляков. На Войцеха их кто-то или что-то точно наведет. А Войцех их к Мсцишевскому приведет.