Чтение онлайн

– Тётушка, вы забываетесь!
– возмущенно восклицает Ализа, почуяв, куда веет ветер.

– Это ты забылась, Ализа. А я защищаю себя, свою дочь и вторую племянницу от твоей глупости. Даже не думай утянуть нас вниз за собой, - скупо роняет в её сторону мачеха.

Итак, она отказалась от Ализы на глазах у генерала. Теперь, что бы ни натворила дочь первого господина, это будет лишь на её ответственности.

– Ваша семья продолжает удивлять. Надеюсь, приезд третьего господина будет не так богат на откровения? Не уверен, что хочу знать о роде Сэйра ещё хоть что-то, - замечает Итай, поднимаясь на ноги.

Поднимаюсь вслед за ним.

Попытка навязать генералу жену полностью

провалилась ещё до озвучивания вслух.

Бросаю быстрый взгляд на лицо супруга.

Кажется, он тоже доволен исходом встречи.

– Раз никто другой не осмеливается, я скажу - как есть. Наставление первой госпожи заключалось в том, чтобы склонить вас, господин генерал к выбору главной жены из рода Сэйра, - наконец, подаёт голос Атара, - дабы показать всем в княжестве, что связь между нашими семьями нерушима, и уведомить всех интересантов, что жениться на ком-то ещё вы намерений не имеете!

– Ты что творишь, Атара?!
– задыхается от возмущения Ализа.

Я тоже смотрю на неё с удивлением и не понимаю - зачем?.. Зачем она это сказала теперь, когда ни о каком выборе в жены и речи идти не может?!

И любое упоминание промаха матери Ализы приведёт к увеличению трещины в отношениях между генералом и моей семьей!

Неужели Атара хочет руками господина лишить власти первую госпожу дома Сэйра?..

Но каким образом?

Впрочем, ответ я получаю довольно скоро:

– Завтра я встречусь с отцом Амай - и на этом контакты с родом Сэйра будут прекращены навсегда, - сухо произносит Итай, никак более не комментируя полученное предложение и переводя взгляд на мою мачеху.
– Я прошу вас сегодня же арендовать место на утреннем корабле: чем быстрее вы покинете Приграничье, тем меньше Амай будет переживать за то, что представительницы её семьи могут получить публичное наказание за отсутствие манер... Любое промедление в этом вопросе будет воспринято мною, как намеренная провокация. На этом прощаюсь. Идём, - он подаёт мне руку, и мы покидаем гостевую комнату, так и не притронувшись к еде; стремительно спускаемся по лестнице и выходим из постоялого двора.

– Прошу прощения за это представление. Я не ожидала, что они зайдут так далеко, - забравшись в экипаж, произношу тихо.

– Это была репетиция...
– протягивает Итай и стуком по стенке предлагает извозчику ехать.

– Репетиция?
– переспрашиваю.

– Встречи с моей матушкой. И она прошла довольно гладко. В реальности всё будет куда сложней, - встретив мой взгляд, добавляет он.

– Постойте!
– слышу голос Атары и взглядом спрашиваю у генерала разрешения.

Дважды стукнув по стенке, Итай приоткрывает для меня окно остановившегося экипажа.

Выглядываю и смотрю на Атару. Напряженное выражение кукольного лица с идеально подведенными бровями, розовыми от румян щеками и алыми губами, выглядит слишком неестественно: для таких барышень, как мои сестрицы, характерны мягкие улыбки и милые ужимки, возникающие от уверенности в собственной неотразимости. Всё остальное... не сочетается с внутренней сутью.

– Амай, вероятно, ты даже не помнишь меня: мы мало общались в детстве, а потом тебя увезли в другой округ... но ты должна знать, что сегодня я поставила на кон всё, - произносит Атара, глядя мне в глаза, - и не для того, чтобы отомстить или расчистить дорогу своей матери!
– добавляет она раньше, чем я успеваю открыть рот, - А для того, чтобы все мы, наконец, смогли вздохнуть с облегчением. Ты не представляешь, что это такое - жить в нашей благородной семье, и, поверь, тебе сильно повезло с отъездом. Никто не может и слова сказать против действий жены первого дяди! Твой отец почти не имеет права голоса в доме, а моя мать никогда не сможет претендовать

на роль хозяйки несмотря на то, что мой отец вошел в нашу семью в обход правил - по настоянию нашего деда... Мы все заложники обстоятельств, сложившихся в этом доме, и лишь тебе посчастливилось вырваться и найти своё место.

– Зачем ты говоришь это мне?
– напряженно спрашиваю, стараясь не смотреть на генерала, не отрывавшего от меня глаз.

– Если всё получится, я не попрошу ничего - но, если первая госпожа останется главной в доме, не взирая на все промахи и непомерные амбиции... я хочу попросить тебя пригласить меня в гости в Приграничье через пару месяцев, максимум полгода: дольше мне там просто не выжить, она сведёт меня в могилу за сказанные при генерале слова.

– Всё не может быть так ужасно, - ощутив озноб, протягиваю неуверенно.

– Какая ты всё-таки наивная... тебе повезло с защитником! Берегите её, генерал, - обращается к моем спутнику двоюродная сестра.

– Здесь не будет ни больших праздников, ни гуляний по саду цветов, ни смотрин для завидных женихов: тут даже нет высокопоставленных чиновников, - неожиданно выглянув из окна рядом со мной, замечает Итай.

– Это неважно, - качает головой Атара, - я найду себе мужа сама - пусть он будет не знатен и не богат! Это куда лучше, чем терпеть самодурство недалекой женщины в надежде, что мне подберут объедки со стола старшей сестры.

Переглядываюсь с генералом. И получаю едва заметный кивок.

– Хорошо, Атара. Если разобраться с Первой госпожой не выйдет, генерал пригласит тебя в Приграничье - погостить и скрасить мой досуг. А там уж посмотрим, как будет!

– Благодарю тебя, сестра, - на лице Атары появляется неуверенная улыбка, в которой можно было разглядеть тень надежды.

Подав знак извозчику, генерал прикрывает окно, и мы трогаемся с места... а я всё не могу забыть выражения её глаз.

– Она боится, не верит, но надеется. Разве можно испытывать всё это одновременно?
– шепчу совсем тихо.

– Твоя сестра права. Ты ещё слишком наивная и почти не знаешь жизни, - протягивает генерал и отсаживается вглубь, о чём-то глубоко задумываясь.

Неприятно признавать, но все они правы. Этот день станет для меня большим уроком.

Нельзя судить о людях по их поведению. Нельзя судить о людях даже по их поступкам.

Люди могут обманывать.

И не от хорошей жизни...

***

До самого вечера я была предоставлена себе самой. Как только мы прибыли в поместье, Итай ушёл в кабинет, вероятно, по какому-то важному делу: Вэнь успела заметить, как с внутреннего двора хозяйской половины был отправлен голубь. Попытавшись вспомнить все подробности произошедшего, я не нашла в событиях ничего, достойного так сильно озаботить супруга... разве что присутствие советника Наместника на том же постоялом дворе. Но, если Эзра и связан с мачехой, то разве что мимолетным знакомством: такой человек, как он, просто не мог не воспользоваться возможностью влезть в семейные разборки генерала - это безусловно пошло бы на пользу Наместнику! Однако, никто в нашу гостевую комнату так и не вошёл...

Так что же вынудило генерала запереться в своих покоях до самого позднего вечера, проигнорировав возможность вернуться на тренировочный плац?..

Покрутив на столе чашу с остывшим чаем, перевожу взгляд на потемневшее небо. Сидеть в беседке становится прохладно, но заставить себя подняться - не могу. Я буквально разрываюсь от необходимости понять озабоченность генерала и... обдумать информацию, полученную от кузины!

Мысли скачут то в одну сторону, то в другую, не давая сосредоточиться на чём-то одном!..