Без названия
Шрифт:
Я продолжал сидеть на астральном диване Золотова и, честно говоря, даже не ведал, что и предпринять в такой ситуации. Я никак не рассчитывал на столь набожную реакцию Игоря!
– Успокойся же ты!
– наконец не выдержал я.
– Прочь! Прочь, нечистая!
– завопил Золотов, вскочил на ноги и выбежал в прихожую. Здесь он, продолжая бормотать молитву, скоро оделся и, страшно громыхнув дверью, уже через несколько мгновений очутился на улице. Я проследовал за ним.
– Дубина! Я же тебе помочь хочу!
– попытался я еще раз образумить своего подопечного, но он только лишь плотно опять зажал свои уши ладонями и устремленно
Я же неотступно следовал за ним в надежде, что все-таки удастся войти в контакт с Игорем.
Минут через десять Золотов суетливо вбежал в церковь: он пересек храм, и остановился слева от алтаря, и упал на колени перед громадной иконой Матери Божьей Казанской.
В храме я говорить не мог, потому что все было насыщено медитационной энергетикой чувств и образов, в которой мои чувственные посылы Игорю тут же растворялись.
– Царица Небесная!
– возопил Золотов.
– Прости меня, грешника! Отведи от меня дьявола!.. Господи! Помоги мне, спаси меня!
– неистово молился Игорь и уже начал рыдать, густо всхлипывая, содрогаясь плечами.
Старушки пристально молились поодаль от него и время от времени одобрительно кивали друг другу.
Игорь вскочил в растерянности, раскрасневшийся и заплаканный, и подбежал к какой-то девушке, она драила церковный пол, состругивала с него особой лопаткой налипшие капли воска.
– Девушка!
– прохрипел, оглядываясь по сторонам, Игорь.
– Он во мне!
– Что случилось?
– переспросила она.
– Он во мне, - повторил Золотов.
– Кто?
– подозрительно, но спокойно и непоколебимо посмотрела на него девушка и заботливо прикоснулась к его плечу, пока Игорь молчаливо ошаривал глазами углы церкви.
– Ну, что с вами случилось?
– добродушно спросила она.
– Во мне кто-то говорит!
– тихо признался Золотов.
– Ясно, - тут же подытожила девушка.
– Вам необходимо молиться и обязательно принять причастие! Вы крещеный?
– засуетилась девушка возле Игоря, обрадовавшись своей роли наставника.
– Да. Я крещеный, - доверчиво ответил поэт.
– Боже мой!
– снова взмолился Игорь.
– Он говорит все время во мне!
– Вы одержимы лукавым, и от него надо избавиться, - подытожила девушка.
Я притаился в Астрале Храма поодаль от Игоря и девушки, и, честное слово, они оба выглядели в моих глазах - заговорщиками против меня, Лукавого!
"Боже мой!
– подумал я.
– Этого еще не хватало!"
Игорь было уже направился, озираясь по сторонам, на выход из храма, как девушка негромко крикнула ему вслед:
– Обязательно по четыре молебна в трех церквах!..
И я оставил затею как-то помочь поэту, решил посоветоваться прежде с Екатериной Васильевной. Конечно же было очень жаль, что пока не вышло у меня подчинить, рассеять астральную волю Зои Карловны, но надежда унеслась вместе с моим астральным воображением навстречу следующему астральному бою. Теперь уже мне предстояло столкнуться с проделками художника...
"Я еще вернусь к Игорю Золотову!" - подумал я, нащупывая своим воображением энергетические проявления недавно знакомой мне влюбленной парочки из салона автобуса.
Как я уже и предчувствовал,
я и здесь опоздал с предупреждением, избежать "заклятия" дьявольски настроенной женщины влюбленным не удалось!Воля художника торжествовала воочию: парень и девушка находились в ссоре, и оба страдали от этого и даже не понимали, отчего же так вышло скорое расставание?..
А поссорились они совершено необычно! Собственно говоря, они даже и не ссорились вовсе, а просто в один прекрасный день, в день, когда должно было состояться их новое свидание, назначенное искренне и влюбленно с обоих сторон, они почему-то не явились обоюдно в условленное место и в условленный час!
В этот день, отчего-то, каждый из них находился у себя дома и припоминал всевозможные обиды, нанесенные партнером, надумывал несусветный смысл совершенно ветрено сказанным, невзначай, случайно произнесенным словом и фразам любимого человека.
Так они просидели оба дома, абсолютно не зная, что они сидят оба! Каждый из них был уверен, что их любимый пришел на свидание, но ушел огорченный, и поделом ему!
Они сидели и взмысливали глубочайшую пропасть между собою, пропасть, в образном русле которой, на самом сокровенном дне текли их одурманенно медленные чувства. И грозила беда этим чувствам: утечь, просочиться из русла в глубочайшие трещины невежества.
Вот уж воистину передо мною был живой пример того, как часто мы тормозим, и порою даже вовсе останавливаем бег настоящего времени, если начинаем думать прошлым, а в особенности чувственно думать, переживать его заново! Да, да! Именно заново, слово "заново" как никогда уместно здесь! Потому что мы действительно видим прошлое вторично, с высоты нашего сегодняшнего опыта, а разве можно судить поступки детского, или, скажем, более детского происхождения? Наверное - нет! Ибо жизнь остановить нельзя, а можно только продолжать!
Человек, думающий прошлым, о прошлом - слепой человек, его душа горит пламенем, и таким образом он бесцельно прожигает каждый свой сегодняшний день. Такой человек мучительно выглядит со стороны для окружающих его людей. У него все время что-то сосет в груди, и печальность и бесцельность на пути его.
Забывать прошлое по возможности не надо, но и не надо его чувствовать! Пусть оно будет лишь сверкающими камешками, холодными и красочными, и из этих камешков иногда не помешает строить мозаику, чувственную мозаику сегодняшнего дня...
Я долго размышлял над тем, как помочь влюбленным нарушить заклятие, посланное художником. Мне очень не хотелось повторить печальный опыт моего контакта с поэтом и потому я особенно тщательно конспектировал модель помощи. Я рассуждал приблизительно так: если легло заклятие на этих влюбленных людей и оно неведомо для своих жертв держит последних на расстоянии друг от друга, значит, необходимо высветить обратное, но не тайно, а открыто! Это означало, что необходимо было воссоединить эту влюбленную парочку путем тоже заклятия!..
Но как это сделать? Объявиться внутренним голосом в одном из них, но такая практика уже усомнила меня в своей общедоступности!
Это отпадало... Но кто-то же должен нанести заклятие, и сделать он это должен воочию, в открытую, то есть сказать в лицо...
"Может, мне направить прямо на улице к одному из влюбленных, скажем, цыганку... Она подойдет к парню или девушке, а я вполне смогу чувственно внушить цыганке, направить ее на это действо... Итак, она подойдет и произнесет заклятие".