Бесова длань
Шрифт:
— Твоя особая сила тоже не делает сражение против тебя честным, однако…
— Какая сила? — резко прервала она его речь.
Лука резко схватил её за руку, развернул ладонью вверх, от чего она ойкнула. Ладони были грязными от лежания на земле, но он легко отряхнул их и проговорил:
— Эти руки знали рукоять меча ещё до того, как ты ходить научилась, — он поднял на неё какой-то странный взгляд. — И кровь они на себе чувствовали даже раньше, чем ты сказала слово "мама".
Лука выглядел безумцем, особенно, когда в глазах блеснуло хорошо знакомый огонёк. Как у тех тёмных тварей. Она
— В твоих глазах виден огонь богини Морры. Я не знаю, кто такой твой Ишта или Птах… возможно, какой-то бесполезный идол, который держит вас в подчинении городу. Но этот огонь я не перепутал бы ни с чем.
Она смеялась со слов Брайса, когда он рассказывал слухи о ней. Кто-то в городе и в самом деле считал её воплощением Ишты на земле. Она же просто делала свою работу — перед ней молилась именно Иште, считая его своим покровителем. Ну не богу-творцу же молиться, ибо она всегда разрушала, а не созидала.
— Ты видел эту… Морру?
Лука серьёзно кивнул.
— Она стояла ко мне спиной, но я буквально чувствовал её взгляд на себе… не спрашивай, как это. Я недолго смотрел на её спину, а потом взгляд опустил в пол. На всякий случай. Она мне и сказала, что есть особые люди, кроме нас троих, и чтобы я внимательно смотрел по сторонам.
Она нервно сглотнула, на секунду представив — как бы она себя повела, если бы встретила Ишту. А существует ли он на самом деле? Вдруг и в самом деле, их всё время обманывали, рассказывали про несуществующих богов, пока они боролись с тёмными тварями.
— А зачем она хочет убить людей?
Он приподнял брови:
— Ты о чём?
— Мы говорили про вечную войну. Вы творите по её воле этих тварей. Они убивают людей. Значит, она хочет нас всех убить, и… вы помогаете ей в этом.
Лука медленно покачал головой.
— Я потом расскажу тебе. Только скажи для начала: куда ты идёшь?
Она заскрежетала зубами — опять он со своими загадками. Видел же, что она стоит на месте, куда она может идти? Или… она нахмурилась, потихоньку осознавая, о чём он может говорить.
— Я понял… спрошу в другой раз, — улыбнулся Лука и отпустил наконец её руку.
Дэл потерла переносицу, пытаясь найти наконец ответ на этот вопрос. Идти… наверно же имелось ввиду, куда она вообще шла? По жизни, верно? Она прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Но сейчас она не была ни в каком движении, она просто была привязана к Луке, без возможности вернуться в город.
Город. Она медленно сглотнула.
Она всегда возвращалась в свой город, чтобы не происходило, как бы ей не нравился лес. И прямо сейчас она более всего хотела оказаться среди знакомых лиц, без всякой метки и продолжать выходить на вылазки. Она всегда возвращалась домой.
Она открыла глаза уже в своей комнате. Она всегда знала ответ на глупый вопрос колдуна, просто не хотела отвечать честно. Только какой смысл в этом ответе?
Дэл прикрыла уставшие глаза. Этот ответ был тем самым ключом, который мог бы освободить её из лап колдуна. Но после произошедшего… будет ли она свободной? Она же до конца своих дней будет думать о тех ребят, погубленных
ею тогда на поляне.Она такая же тёмная тварь, как и этот проклятый колдун. Наверно, в этом и заключался весь его замысел.
В комнате потемнело. Стало ощутимо прохладней. Она потянулась не за одеялом — за той самой чёрной курткой, которую напоследок подарил ей Брайс.
Она вспомнила его смех и слова «Кто тебя там согреет? Твой колдун?». Он всё-таки оказался прав. Даже удивительно.
А что бы он сказал ей? Наверно, попросил бы не винить себя в этом. И… обнял бы, спас бы от всех этих плохих мыслей, потому что она постоянно им проигрывала. Если бы она ему доверилась, то он бы защитил её.
Какой же она отвратительный человек!
Она поближе притянула к себе чёрную куртку, мягкой стороной приложила к щеке. «Она не чёрная, а тёмно-синяя». «Не различаю оттенки». «Я заметил».
Бывают ли оттенки у людей? Такие малоразличимые, где сложно провести черту — тёмно-синий или чёрный. Или, где люди настолько светлые, что любое пятно на них кажется ещё хуже, чем на других.
Не преувеличивает ли она свои пятна?
Дэл всхлипнула.
Она никогда не умела различать эти бесовы оттенки. В отличие от Брайса.
И он относился к ней хорошо. Видел колдовскую отметину и даже не испугался тогда, обработал её. И поддерживал её всегда.
А ведь на белом пятна на самом деле виднее.
Дэл шумно выдохнула. Брайс умел различать оттенки, и если бы она была отвратительным человеком, то вряд ли бы общался с ней, пытался помочь и просил обязательно вернуться. А она почему-то не торопилась выполнить это обещание, пытаясь то ли пожалеть себя. то ли убить такими тяжелыми мыслями.
Она вдохнула побольше воздуха.
— Ты никогда не была виновата в этом. — сказал тогда Брайс
— Это не моя вина. — проговорила медленно Дэл.
Она медленно встала с кровати, схватила куртку, натянула её на себя. В ней было очень тепло, никакой холод не страшен.
— Это не моя вина, — снова повторила она, чувствуя, как от этих слов становится легче стоять.
Она просто никогда не видела оттенки. Видела в тёмно-синем чёрное. А ещё она всё-таки не осознавала, куда она идёт по-настоящему.
Возможно, именно этого осознания ждал от неё колдун.
В глазах потемнело. Кажется, рана на боку заныла. Она облокотилась о стену, да попыталась отдышаться. От боли хотелось завыть, но она лишь кулак левой руки сжала, да оторвалась от стены, чтобы сделать пару шагов. Следующая вспышка боли поразила её у двери. Она сжала зубы, да зажмурилась, чтобы пережить её, чтобы не заорать, чтобы не сдастся.
Не имела право на это. Она же пообещала, что постарается.
Она выдаст ответ этому бесову колдуну, чтобы он наконец дал нормальные ответы на её вопросы.
Дэл раскрыла дверь зала, в котором обычно она видела Луку. Но в нём было пусто… и чуть прохладно. Она нахмурилась, прикрыла дверь и пошла в сторону выхода, медленно, вслушиваясь в звуки. В доме было тихо. И возле шкафа до сих пор валялись книги, которые она тогда уронила.
По телу дрожь пошла.
Она наконец доковыляла до улицы, открыла дверь и подняла голову на тучи. Собирался дождь. И на поляне никого не было.