Бешеные Молнии
Шрифт:
Но если город надежно защищен от излучения «Сибиллы» кольцом приборов РЭБ, окружавших город со всех сторон, то Дальние сектора и некоторые эвакуационные туннели находились в так называемой серой зоне, которую «пробивали» приборы «Сибиллы», когда они находились поблизости, а поскольку и комплекс помещений криохранилища находился очень близко от поверхности земли, напоминание Грана было обязательным.
Стей и Шод невольно переглянулись – и не потому, что давно с ними никто так не разговаривал, а скорее потому, что они об этом просто не думали, хотя напоминание о чем-то подобном они и видели в предписаниях в их новом назначении.
– Вы, наверное, давно забыли, что это такое! –
– Сколько у нас времени на вопросы? – Спросил Стей.
– Вообще-то я на все время исследований в вашем распоряжении, сэр! Мой позывной в инфосети вы знаете, а комнату А9 найдете на карте. Но периодически я буду вам недоступен, и через десять минут я вас покину – нужно проверить патрули, и вся моя занятость упомянута и в вашем графике работ. А в остальное время – обращайтесь, буду рад вам помочь! И вы обращайтесь! – Гран перевел внимательный взгляд на Шода, а потом и на Элью: – Не стесняйтесь, мэм!
Элья едва заметно хмыкнула.
– Эта часть боевой машины… – Неожиданно осипшим голосом начал Шод: – Это еще довоенная, или?..
– Довоенная, сэр! – Ответил Гран. – Это часть станка с пулеметом М249, который мы нашли в помещении охраны этого сооружения. Не знаю, зачем им был нужен пулемет, да еще на автоматическом станке, но он хранился в отдельном шкафу, причем с патронами в ленте.
– То есть это не оружие «Сибиллы»? – Уточнил Шод.
– Так точно, сэр!
Шод успокоился, и вдруг вспомнил, что его интересовало на самом деле:
– Говорят, вы видите поверхность Земли?
– Это сканар. Мы подняли датчики по шахте лифта, и теперь он показывает почти тысячу квадратных метров поверхности планеты, сэр.
– И что там?
– Камни, сэр. – Равнодушно ответил Гран, а Элье в этот момент почудилось, что он пожал плечами.
– Хотелось бы посмотреть. – Расплылся в улыбке Шод.
– После возвращения в город, Шод, после… – кивнул Стей, и обратился к своему коммуникатору, ибо появились новые сообщения.
Стей и Шод сверились с графиком работ – их сотрудники еще разгружали исследовательское оборудование и готовили его к работе, потом Стей опят перевел взгляд на Грана.
– Еще семь минут, сэр. – Ответил Гран.
– Вы прекрасный солдат, сэр! – Произнес Стей.
– Возможно, сэр. – Согласился Гран с равнодушным лицом.
– Насколько я помню, вы сержант первого класса уже восемь лет?
– Почти девять. – Согласился Гран.
– И по своей воле пропустили три сезона переподготовки?
– Да, сэр!
– Вы стали бы прекрасным лейтенантом, Гран, как в свое время – прекрасным аналитиком или инженером! – Шод невольно вспомнил молодого Грана, проходившего стажировку в центре Развития в период практики выпускного класса средней школы. В те времена Гран подавал большие надежды и был перспективен в самых разных отраслях деятельности Ньюи. – Я был-бы рад видеть вас в своем центре… сержант Гранд.
– Возможно,
профессор, но лишь когда мне перестанет доставлять удовольствие воевать своими руками, или надоест иметь дело с простыми бойцами! – Произнес Гран, прекрасно осознавая, что на этом вопросы закончатся, а потому сделал пару шагов к выходу из комнаты.Шод кивнул с задумчивой улыбкой, погружаясь в свои мысли. В комнату быстро вошел один из его помощников с рабочим планшетом в руках, и вопросом во взгляде, и они отошли в сторону.
Элья внимательно наблюдала за этой беседой с мыслями о необходимости дополнительного изучения странного разрыва в осознании действительности у гражданских и военных Ньюи. Она уже в который раз поймала себя на мысли, что уже очень многое не понимает в действиях военных, хотя знает их больше, чем остальных не медиков Ньюи.
Ее взгляд оценил профиль Грана в шлеме, подсвеченный небольшим экранчиком справа от глаза, и понимая, что у сержанта есть еще несколько минут на их вопросы, шагнула к нему.
– Сержант!
– Да, мэм! – Гран развернулся к Элье, пропуская Рэма, который в свою очередь спешил к Стею с каким-то вопросом.
Элья и Гран оказались в самом центре комнаты управления, и Элья автоматически отшагнула в сторону, освобождая проход. Гран подошел к ней.
– Сержант… – Элья вдруг почувствовала странную застенчивость – она крайне редко обращалась с личной просьбой к кому-то не из близкого ей круга знакомых.
– Да, док, мэм! – Чуть понизил голос Грин, прекрасно поняв состояние собеседницы.
В проеме двери возникла щуплая фигурка ее помощника Уби, Элья увидела за его спиной активное движение теней, и поняла, что это ее люди вносят оборудование в зал криохранилища.
– Простите, сержант, у меня была к вам небольшая просьба, но сейчас есть дела поважнее.
– Обращайтесь, когда сможете.
На экране у уголка глаза Грана изменилась яркость, вероятно там появилась какая-то новая информация, и Элья поняла, что свободное время Грана закончилось по его воле. Опуская забрало и визор шлема, Гран сделал широкий шаг в сторону, обходя начальника медиков в криохранилище, и направился к двери из комнаты управления.
Элья с кривоватой ухмылкой наблюдала, как испуганно отскакивает за стену Уби, а Гран протискивается в проем двери – сначала боком, а потом по диагонали в сторону, чтобы не повредить деревянный дверной проем сначала бронепанелями на плечах, а потом и угловатым ранцем на спине. Глаз Эльи выхватил рисунок на одном из шевронов Грана – голова носорога с выпученными глазами и высунутым языком, и отметила, что Гран протиснулся даже с некоторым изяществом, ибо зазоры между его экипировкой и проемом двери были одинаковы с обеих сторон.
«С изяществом носорога!» – Усмехнулась про себя Элья, и шагнула следом за сержантом за порог двери комнаты Б25.
Простая работа
Страх перед боевыми машинами, как ужас древних людей перед буйством стихии был врожденным для людей Ньюи, а потому напоминание о режиме эфирной тишины в помещениях криохранилища оказалось не лишним.
Но и без того, общая атмосфера этих древних помещений была слегка угнетающей: остатки штукатурки и потемневшие пластиковые панели отделки стен, довоенные бытовые приборы и компьютеры, огромный слой пыли, накопившийся за 375 лет, местами треснувшие, местами полуразрушенные стены от землетрясений и сырости… Резкий контрастный свет мощных прожекторов с резкими черными тенями тоже не добавлял особой жизнерадостности, и Ньюи постоянно вспоминали о своей близости к поверхности земли и боевым машинам, которые где-то там и обитали.