Берта сдаваться не умеет
Шрифт:
Мы встали у стены и он, развернувшись в мою сторону своими могучими плечами, опять не сводил с меня глаз. Не в силах долго выносить прямой настойчивый взгляд, я уставилась на ноги. Носок моих ботинок был укреплен, чтобы в случае чего, можно было бы пнуть без потерь... Поспешно взбила подол, чтобы скрыть улику своей неженственности.
— Нет, деньги были нужны, — легко брякнула и, подняв глаза, увидела удивление на сильном лице.
«Берта, как должны отвечать нежные телочки?»
Быстро спохватилась, поправляя ответ:
—
— Не хочешь замуж? — он удивленно почесал затылок, от чего густые мужские брови смешно изогнулись. — Первый раз слышу, чтобы не хотели замуж.
— Не то, чтобы не хочу... — замялась. — Просто я сирота, приданого нет, потому выбор небогат. Надо или выходить за того, кто возьмет или крутиться самой. Я и выбрала. А ты как здесь оказался?
Он сощурил глаза и посмотрел вдаль. От воздуха тянуло тем самым холодком, который предупреждает, что совсем скоро изо рта будет тянуться пар.
— Тоже решил деньжат подзаработать, сама знаешь, здесь платят немало. Как получу деньги по контракту, хочу дом построить, да завести семью... А то никто не хочет идти за бедного Быка, который только силой и владеет, — Байнар подмигнул мне, и я понимающе улыбнулась, испытывая облегчение и однозначную радость.
«Не наказанный! Доброволец! И такой же бедный как я. Сходится!»
— Смотри, — он откинул плащ и приподнял руку, надув впечатляющие мускулы. — Силы у меня много, сам могу буйвола на плечи поднять, сам могу дом построить.
«Ну, мускулы — не показатель Силы», — чуть не заявила, когда вдруг осеклась.
«Силу не демонстрировать, улыбаться и восхищаться изо всех сил», — вспомнила слова матушки.
— У тебя очень... большие мышцы, — старательно восхитилась. — Очень... красивые.
Бык усмехнулся. Кажется, его устроила моя реакция.
— Можешь потрогать, — подсказал, видя, что я сама не спешу.
Под его снисходительным взглядом я аккуратно пощупала налитую руку такой толщины, что ее не обхватить двумя руками. Очень даже... В животе огоньком закрутилось сладкое томление.
— Такую как ты на одной руке носить могу!
Не предупреждая, он махом подхватил меня на локоть. Я вскрикнула от боли и неожиданности, он, приняв возглас за восхищение, несколько раз качнул меня, заставляя вскрикнуть.
— А ты для меня пушинка. Да! Так буду тебя называть. Берта-пушинка!
«Бо-о-о-о-оольно!»
Скривившись от боли, я встретилась глазами с Крисом, который проходил мимо именно в этот момент.
Какого хаоса он попал с ним в одно дежурство?
Насмешливая улыбка, возникшая на губах зловредного Змея, сигнализировала о том, что последние слова он услышал.
«Зад змеи», — мысленно
выругалась я, одновременно пытаясь расправить лицо. Указывать Байнару на его оплошность мне не хотелось. С кем не бывает? Я же ничем не напоминала ему о своей ране, он мог забыть и забыл.К сожалению, когда Бык спускал меня вниз, не забыв прижать к себе потеснее, приятные ощущения от процесса были полностью замещены захватывающей болью в собственном заду, жестко отдающей в ногу.
Твердо решив играть роль прекрасной мисы до конца, я мужественно не показала своих ощущений, сохраняя все судороги, пронизывающие тело подальше от лица. Даже когда медовые глаза Байнара были близко-близко, я ухитрилась не стереть с губ нежную полуулыбку.
«Сдохну, но не испорчу это свидание» — думала я, пока меня мутило от боли.
Матушка бы мною гордилась.
...может и отец тоже.
Уже скоро, отговорившись тем, что мне нужно собираться на кухню, я максимально плавной походкой вернулась на лестницу. Там выдохнула, согнулась и с облегчением застонала. Ничего себе, пытка! Нежные мисы должны быть очень сильными, чтобы вслух матом не орать.
Глава 12. Главное помнить, что это не помощь
Странное ощущение от смешения боли и радости после удачного, но непростого свидания, быстро превратилось в уныние, как только я взглянула на лестницу.
— Ну что, Берта... Ты молодец! Теперь аккуратно назад, — пробормотала сама себе.
Попыталась шагнуть вниз и едва удержалась от стона: теперь потревоженная рана настойчиво дала о себе знать. Шагать вниз оказалось сложнее... Я прилипла к стене, пытаясь опираться хоть на какие-то выступы камней, чтобы перенести вес с ног, но тщетно.
За следующие полчаса я смогла преодолеть только десять ступеней и готова была расплакаться от бессилия. Застряла ни с чего! Да как так?! Я — и не могу по лестнице спуститься? Невиданно, совершенно неприемлемо!
Переждав приступ паники, я медленно выдохнула.
Лекарь, конечно, говорил, что не надо пользоваться Силой. Но ещё он говорил и по лестницам не ходить... Нарушила одно, делать нечего, будем нарушать и другое, выбора-то и нет. Ярость уберет боль, и я не спущусь, а слечу вниз. Миг! И готово.
Я сконцентрировалась и... ничего не произошло.
Изумлённо распахнула глаза.
«Не могу?!»
Острая боль забирала концентрацию, не давала сосредоточиться, отодвигала Силу, заменяя ее на себя.
«Не могу...»
Такое со мной случилось впервые. Вот теперь я ощутила себя слабой, бессильной... Ужасно! Мне совсем, совсем не нравится!
«Ладно. Ничего страшного. Вот ещё... Сдаваться я не буду. Дойду. Эта дурацкая лестница мне поддастся!»
Развернувшись, я нагнулась, оперлась руками о ступени и медленно попятилась назад. Даже так шагать тоже было больно, но хотя бы терпимо и устойчиво из-за того, что половину веса приняли руки.