Чтение онлайн

«Кто теперь сильнее, глупая телочка?»

Полностью сконцентрировавшись на сладкой пытке, Крис даже не сразу услышал, как сначала еле слышно, а затем оглушительно громко скрипнули створки открывающейся крыши ямы. Отпрянув от подпрыгнувшей Берты, вскочил на ноги, едва сдерживая рвущиеся изо рта шипящие проклятия. Мануарцы пришли. Но очень не вовремя.

То краснея, то бледнея, я завязала брюки и натянула кирасу. Времени думать не было, а то немногое из мыслей, что осталось в голове, рассеивалось, стоило глянуть на

Криса. Голову нещадно кружило.

Это было так... ого.

Я не успела подобрать слово. Невероятному сладкому томлению пришлось уступить место напряжению, которое мгновенно перетянуло грудь, стоило услышать чужие голоса. Они пришли за нами.

Крыша с грохотом распахнулась в обе стороны, обнажая уже не черное, а сизое небо, какое бывает перед скорым рассветом. Пахнуло холодом и свежим ветром, который тут же вызвал порцию озноба на коже. Сердце заколотилось и бык во мне мощно и спокойно вздохнул. Почти секс, немного неба, ветер и готовые к смерти чужаки... Неплохо!

Отпрыгнув подальше друг от друга при первых звуках, мы с Крисом не сговариваясь остались на местах, придерживаясь негласного воинского этикета: не вскакивать при врагах. Если и подниматься, то нужно делать это лениво, не спеша, будто решил встать на ноги сам, исключительно от нечего делать.

На фоне неба виднелись несколько угрожающе широких фигур. У меня засосало под ложечкой: вот и мануарцы. Вниз спустили грубо сколоченную лестницу и что-то пролаяли на своем. Перевода не требовалось: приказывали подняться. Что делать в этом случае? Подчиняться, конечно. Только не торопясь.

Явно выждав несколько секунд, Крис плавно поднялся и первым двинул к лестнице. Проводила его взглядом, автоматически краснея. В голове мелькнула мысль, что только что он и я... «Берта, очнись!» Запрятав мысль поглубже, я сосредоточилась и, соблюдая этикет, начала считать до пяти, делая вид, что мне крайне нравится яма и абсолютно не волнуют ни мануарцы, ни дальнейшие события.

На меня прикрикнули.

«Пошевеливайся!» — перевела я очередной «гав», и, подчеркнуто неспешно вступила на лестницу. Пальцы схватились за грубые деревянные ступени. Несколько шагов вверх, и я тоже поднялась из ямы.

Тут же в шею ткнулось копье, ненавязчиво демонстрируя, что резких движений делать совершенно не стоит. Холодный наконечник остро уперся в кожу, и пульс взлетел до небес.

Вокруг стояли воины. Много. Воины, воины, воины. Копья торчали над ними словно жестоко обрубленный лес. Я слышала их дыхание, слышала, как они шаркают ногами и как скрипят кожаные ножны, перекинутые через грудь. Я чуяла их запахи. Мануарцы пахли мясом и кровью. А еще — смеялись, переговариваясь между собой. О нас. Обо мне. О ком им еще переговариваться?

«Зачем же так много?» — подумала с тоской, прикидывая, что всех не убью.

— ЙА-Р!

Копье подтолкнуло меня вперед.

Что там Крис говорил? Шанс выжить небольшой? Я бы сказала, что его нет. Воинов слишком много, а копье надежно прижималось к шее, красноречиво подсказывая, что будет, если я решу взбрыкнуть. Скосив глаза, увидела, что Криса ведут так же. Они все смотрят на нас и поднимут на копья через минуту после рывка.

Вокруг

звучали грубые мужские голоса. Фраза и взрыв смеха. Фраза, а затем гогот. Это, наверное, неплохо, что я ничего не понимаю. Превозмогая желание заскулить от ужаса, я начала собирать ярость, питая ее этими голосами, этими запахами и своим страхом.

«Концентрация, Берта. Они ещё познают, на что способна дочь рода Быка».

Я интересовала их больше Криса. Это было для меня не в новинку. Я привыкла к грубым мужским проявлениям интереса и ждала, что именно ко мне подойдет один из мануарцев и именно меня дернет за кирасу, явно желая сорвать ее.

Хруст! — Вспыхнув, я прихватила и надломила чужую руку до щелчка. Воин взвыл, а все остальные оглушительно захохотали. От металлического наконечника копья, резко врезавшегося в кожу, по шее заструилась кровь. Боль не ощущалась: укус комарика, не больше.

Бык с готовностью взбил копытом землю. «Сейчас?»

Я мрачно сжала кулаки...

— Э! — сказал кто-то и копье от моей шеи убрали. Рослый воин вышел из толпы и поманил меня на себя, улыбаясь широко, с оскалом. Я заметила остро наточенные зубы и татуировку на его щеках. Он скинул куртку, под которой оказалась только грубая льняная рубаха. Широкий...

«Хочет побороться», — поняла.

Мой бык хмыкнул.

Расступившись, мануарцы образовали круг, давая нам место для размаха.

«Угу...»

Испуганно оглядев соперника, я пригнулась, отбегая от него подальше. Вокруг загоготали и заржали. Он тоже засмеялся и, быстро приблизившись, протянул руку, хватая меня за плечо.

«Вот же дурачок».

Этого и ждала. В следующую секунду я перехватила мужскую руку и перебросила его через плечо на лопатки. Тяжелое тело мужчины с грохотом рухнуло, всей силой своего веса ударившись о землю, а я, оказавшись сверху, быстро рубанула его в висок, и мужчина бессильно уронил голову на редкую затоптанную траву.

Готов.

Я часто пользовалась этим приемом. Особенно хорошо он действовал прилюдно, после от меня всегда отставали даже самые настойчивые. С кривой улыбкой ожидая следующего, я отступила на пару шагов.

Мануарцы перестали гоготать, резко притихнув. В воздухе запахло уважением. Любой род проникается, когда видит демонстрацию силы высокородного Быка.

— Ты! — из толпы вышел зрелый мужчина, и показал на меня пальцем. В руке он держал топор. — Убить!

Никто не может предугадать, когда наступит момент, в который нужно действовать. Я просто ждала наилучший, мы оба ждали. «Итак, вот оно?», — уже весело подумала. Кровь заревела. Я приготовилась дорого продать жизнь и прихватить еще несколько.

Смуглое татуированное лицо исказилось в звериной гримасе. Резко взмахнув топором, он со всей силы неожиданно опустил его... на шею поверженного мной противника. Ого! Перерубив голову несколькими мощными ударами под моим ошарашенным взглядом, торжественно бросил ее на землю рядом с обезглавленным телом и небрежно махнул рукой на меня.