Барышня-бунтарка
Шрифт:
– Не зря ведь меня убрали из пограничной службы. Да, я больше не чародей, но я готов был служить наравне с обычными солдатами, которых там всегда не хватает. Вот только приказ свыше не дал мне вернуться к охране рубежей. Меня отстранили без права вернуться, без права появляться в княжеском дворце. И кто-то отчаянно сопротивляется, чтобы я попал на приём к князю Изяславу. Я писал прошения, о возвращении на службу но все они отклонены. И моя просьба о встрече с государем, раз за разом отвергается, – продолжил Радимир.
– Вы думаете заговор? – Бран Гостемилович с тревогой взглянул на Ярогорского. –
Никто не стал возражать. Яромила заговорила о погоде, затем перевела разговор о предстоящем празднике в честь урожая, что каждый год отмечается в столице с большим размахом, и все с облегчением поддержали лёгкую беседу.
Глава 33
После завтрака Радимир предложил мне прокатиться в открытой коляске до парка, а там прогуляться по аллеям. Я сразу же согласилась, ведь сидеть без дела в чужом, мрачном доме ужасно не хотелось.
Я быстро переоделась в другое платье, больше подходящее для прогулок – персикового цвета с розами, вышитыми по подолу, надела плетёную шляпку, украшенную лентой в тон наряду, и спустилась вниз.
Ярогорский уже ожидал меня. Он окинул меня быстрым взглядом и вдруг улыбнулся.
– Ты прелестна. Такая юная и при этом восхитительно женственная, – проговорил он, подавая руку.
– Спасибо… – только и смогла пробормотать я покраснев.
Мне ужасно льстило, что Радимир находит меня привлекательной. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь иначе он не стал бы платить за право обладать мной.
Мы вышли из дома и направились к летней коляске, что уже поджидала нас на подъездной аллее. Ярогорский протянул руку, помогая мне усесться, а затем, устроившись рядом, подал знак кучеру трогать.
День для прогулки выдался замечательный. Небо покрывали белоснежные облака, закрывая солнце, тем самым спасая от палящего зноя, лёгкий ветерок ласково шевелил мои волосы и кружево на платье, приятно холодил кожу.
Летняя столица утопала в зелени лип и акаций, которые росли здесь в огромном количестве, а перед каждым зданием благоухающими островками пестрели клумбы с розами, бархатцами и петуниями.
Мы ехали в молчании, лишь изредка перебрасываясь парой слов. Просто любовались окружающей красотой и наслаждались великолепной погодой. Радимир держал меня за руку, и я позволяла ему эту вольность. Прикосновение горячих пальцев доставляло удовольствие, вызывало мурашки всему по телу.
Молодой мужчина поглядывал на меня, изредка тихонько улыбаясь. Я чувствовала, что он рад находиться рядом, доволен моим внешним видом и даже горд обладать мною.
«Как красивой игрушкой», – с внезапной горечью подумала я, но вслух ничего не сказала, не желая портить прогулку.
Коляска остановилась возле входа в городской парк. Ярогорский галантно помог мне выйти и, подхватив под локоток, повёл
вдоль тенистых аллей.В это утро здесь наблюдалось не так много гуляющих, но время от времени навстречу нам попадались супружеские пары или шумные семейства с детьми.
– Вы не выполнили своего обещания, – неожиданно вспомнила я.
– Не «вы», а «ты», – спокойно поправил меня молодой человек.
– Хорошо, ты не выполнил своего обещания и не рассказал, каким образом следил за мной.
Радимир вздохнул, но не стал отнекиваться или увиливать от ответа.
– Я наблюдал за тобой с помощью ворожбы на воду. Заговор делала бабушка. Она обладает некоторой магией, не слишком значительной, но для такого заклинания достаточной, – ответил он.
– Заговор на воду? Но для чего ты следил за мной? Госпожа Ярогорская тоже была рядом всякий раз? – воскликнула я отпрянув.
Мне вдруг сделалось неловко оттого, что мужчина мог увидеть меня в любой момент моей жизни.
– Бабушки рядом не было, она лишь подготовила всё и оставила мне нужные предметы, а я самостоятельно активировал магию заговорённой воды. Зачем следил? Чтобы убедиться в том, что ты именно та девушка, что мне нужна. К тому же я хотел узнать тебя получше, чтобы подготовиться к твоему появлению в доме, иметь возможность радовать подарками, которые ты точно оценишь.
Я вспомнила платья, цветы и пирожные. И понемногу памяти начали всплывать полузабытые сцены из жизни. Вот я с восхищением замерла перед кустом гладиолусов и восторженно разглядываю нежно-лиловые соцветия. Пересчитываю свои скудные карманные деньги возле кондитерской, с трудом наскребая на корзиночку с белым кремом.
А то дорогое цветочное мыло, что приготовили для меня в купальне? Ведь я брала его в руки в одной из хозяйственных лавочек и с сожалением отложила, узнав цену. И даже эта шляпка из соломки, с бежевой лентой! Я ведь примеряла её во время похода по магазинам, пока ждала сестёр, выбирающих бальные платья.
– А знаешь, Радимир, я ведь гораздо больше люблю пирожные с голубикой и малиной, но корзиночки стоят в два раза дешевле, вот я их и покупала, – выпалила я и тут же, покраснев, отвернулась.
– Значит, будут пирожные с малиной! – рассмеялся он и прижал меня к себе крепче.
Я не выдержала и тоже улыбнулась. В груди вдруг стало тепло, а глаза защипало. Никто и никогда не стремился порадовать меня, сделать приятное, исполнить любой каприз. Никто, кроме Ярогорского.
«Может быть, с ним мне будет лучше, чем с родителями, озабоченными лишь будущим младших сестёр?» – промелькнула нежданная мысль.
– Доброе утро, Радимир! Какая неожиданная встреча! – женский голос, упомянувший имя моего спутника, мгновенно вывел меня из задумчивости.
Я обернулась в сторону звука и замерла в нерешительности. Сердце непонятно почему бешено заколотилось, а дышать стало трудно, хотя на первый взгляд причин для такого волнения не наблюдалось.
В нескольких метрах от нас стояла пара. Девушка с тёмными завитыми волосами, в элегантном платье из бирюзового атласа, и молодой человек в офицерском кителе. Они во все глаза разглядывали меня, даже не пытаясь скрыть своего любопытства.
Глава 34