Чтение онлайн

— Я — король!

Веласкер, усевшись в кресло, нервно барабанил пальцами по подлокотнику, постепенно приходя в себя.

— Ладно, это всё лишнее — наконец произнёс он — Мы живём настоящим, и бессмысленно рассуждать, как бы изменить его в прошлом. Я должен заключить с Итанией мир, пусть хоть весь Вествар будет корчиться от бешенства. Вот только мой посланник задерживается.

— И кто же этот посол?

— Насчёт посла не волнуйтесь. Я выбрал человека опытного, того, кто объездил все Королевства и Свободные Земли, и, главное, лично знаком с нынешними правителями Итании. Барона Велингвара.

— Велингвара? — вздрогнув, вскрикнула королева. Поспешно

прогнав свои мысли, она постаралась взять себя в руки — Что же, наверняка это достойный выбор.

— Я рад, что вы так думаете — с облегчением сказал король — Мне казалось, что у вас с ним какие-то разногласия.

— Нет, государь, я виделась с ним всего несколько раз, и у нас нет разногласий. А сейчас, с вашего позволения, я хотела бы удалиться.

— Хорошо — ответил король — Через полчаса я созову совет. Вы присоединитесь?

— Постараюсь — ответила королева и направилась к дверям. Но тут они распахнулись и один из гвардейцев, поклонившись королеве, обратился к королю.

— Ваше величество, барон Шатри прибыл из Прайбурга и просит принять его.

— Наконец-то! — воскликнул король — Городской Совет сумел определиться со своей версией. С удовольствием её послушаю. Вы остаётесь? — обратился он к королеве, которая остановилась возле входа.

— Пожалуй, что да. Думаю, перед таким докладом мои дела подождут.

Когда барон вошёл в комнату, король сидел за столом, а королева стояла позади него, положив руки на спинку кресла.

— Итак, господин барон, рассказывайте.

Шатри начал свой доклад твёрдо и уверенно, но чем ближе подходила его история к встрече с мятежниками, тем сбивчивее и тише становилась речь. Когда он, заикаясь, рассказал, как секретарь подписал бумагу об ополчении, Веласкер не смог сдержаться.

— Что? — в гневе воскликнул король, вскакивая на ноги — Указ о создании народной армии? Вы в своём уме, Шатри? Это или вопиющая глупость, или открытая измена!

— Я его не подписывал, ваше величество — пролепетал побледневший барон.

— А что же Йоркдейл?

— Его не было, ваше величество. Герцога не могут отыскать с самого утра.

— Как? — в свою очередь воскликнула королева, гневно сдвинув брови — Мой кузен, мэр города, пропал, а вы сообщаете об этом только сейчас?

Барон, бледный и дрожащий, молчал, не зная, что отвечать.

— Заканчивайте — приказал король.

Конец у истории был короткий. После того, как советники увидели дым над Ледфордом, они немедленно выслали туда отряд солдат. По прибытии командир доложил, что тюрьма разрушена и разграблена, что в ней бушует пожар, что солдаты и комендант убиты, а заключённые — сбежали. Возле тюрьмы удалось схватить полсотни нападавших, и еще полсотни были убиты, когда открыли по солдатам огонь. Совет, получив донесение, тут же отправил барона к королю.

— И вот вы здесь — мрачно закончил король.

Шатри кивнул, не в силах больше вымолвить ни слова.

— Хорошо. Ступайте и соберитесь с духом. Через полчаса будьте готовы рассказать на собрании то, что говорили сейчас. Нет, каков Совет! — воскликнул король, едва барон удалился — Подписать указ о создании ополчения!

— Вас совсем не волнует, куда исчез герцог? — с негодованием спросила королева.

— Бросьте, Эстер — махнул рукой король — Мы оба прекрасно знаем, куда он делся. Испугался последствий и спрятался, надеясь переждать. Хотел бы я увидеть его лицо — невольно рассмеялся король — Когда он услышит о разрушении Ледфорда.

Королева, ни слова не говоря, стремительно вышла из комнаты. Король лишь покачал головой,

глядя на эти вспышки гнева. Затем, вызвав капитана Редвина, приказал ему пригласить вельмож в Зал Совета.

Тем временем королева проследовала в помещение Церкви при дворце и, закрыв глаза и склонив голову, начала молиться Четверым. Несколько минут спустя рядом с ней встал архиепископ Церкви и Разума Митендории. Королева бросила на него короткий взгляд и снова закрыла глаза.

— Что вас беспокоит, ваше величество? — архиепископ смотрел прямо, на картину с изображением Четверых.

— Если Ледфорд пал, то барон на свободе — ответила королева.

— Не обязательно. При штурме происходят разные вещи. Барон мог пострадать или вовсе исчезнуть.

— Да перестаньте — королева открыла глаза и посмотрела на архиепископа — Не такой человек Велингвар, чтобы пропасть, когда ему открыли дверь. Вы знали, что это король послал его в Итанию?

— Да. Но нам не известно наверняка, с какой целью.

— Эрих хочет мира. Барон должен был провести переговоры и узнать предварительный ответ.

— Вот как — задумчиво произнёс служитель — Интересно. Благодарю вас, ваше величество.

— А вы что думаете? — с заминкой спросила королева — Нам нужен этот мир?

— Если вас интересует официальная позиция Церкви, то все четыре скажут вам, что да. Но если нужно лично моё мнение — нет, мир с еретиками невозможен.

Королева с облегчением выдохнула.

— А сейчас извините, ваше величество, король ждёт меня — с этими словами архиепископ поклонился и вышел из комнаты.

Совещание, куда король пригласил немногих избранных, состоялось там, где раньше заседал Королевский Совет. В прежнем Совете состояло двадцать благородных представителей самых знатных семейств Митендории. Он был создан триста лет назад, при смене династии, и в разное время то пользовался большим влиянием, то играл лишь декоративную роль. И вот теперь, обвинив Совет в потакании интересам противника и ереси, при поддержке Церкви Света Веласкер избавился от Королевского Совета. На смену ему пришёл личный совет короля, где его последнее слово было законом. Сейчас в совет входили лишь те, кому король доверял — всего шесть человек. Этим людям Веласкер дал возможность свободно высказывать свои мысли и критиковать его поступки.

Советники выслушали доклад барона, который вёл себя куда увереннее, чем в кабинете короля, и Веласкер предложил высказаться всем желающим.

— Думаю, вопрос состоит лишь в том — начал граф Уоренгейт, единственный среди присутствующих участник прошлого Совета — Насколько сильно нужно наказать мятежников. Либо мы повесим и посадим всех, кто взял в руки оружие, либо полностью сравняем с землёй беспокойные районы.

— Ничего себе — сравняем с землёй — воскликнул граф Дюбуа, друг детства короля и потому многое себе позволявший — Граф, кажется, вы забыли, что вернулись в родное королевство. Вы говорите о подданных короны, а не итанских мятежниках.

— Для меня нет разницы, из какой страны мятежник — возразил граф — К тому же, я предложил ещё и просто повесить виновных.

— Но ведь их там немало — возразил барон Сент-Арон, получивший своё место за счёт личных качеств, и глубоко преданный королю — Если мы начнём ловить сотни мятежников, это будет немногим отличаться от войны.

— Думаю, для начала следует повесить всех заключённых в Ларенберге торговцев — высказался герцог Корнуел — Это подтвердит серьёзность дела и отрезвит многих горожан. Те, кто после этого не сложат оружие, и будут нужными нам бунтовщиками.